Доспех духа 1-11 - Фалько

— Подобные скандалы происходят довольно часто, — сказала мне София. — Но на моей памяти впервые, чтобы подобное перешло в драку.

— Если бы это перешло в драку, им бы досталось еще больше, — сказал я. — И вообще, у меня скверный характер, Оскар не даст соврать.

— Мой дедушка тоже никому не давал спуску, — улыбнулась принцесса. — Не любил, когда кто-то вел себя неподобающе, особенно по отношению к девушкам. Мог вызвать любого на дуэль, поэтому во дворце всегда было тихо, а во время приемов даже злейшие враги обращались друг к другу вежливо.

— Твой дед был великим мастером, поэтому его все боялись, — вставила Мартина. — Никто в здравом уме не вышел бы против него.

— Это что-то меняет в моих словах? — принцесса приподняла бровь, посмотрев на нее. — Он не сразу стал великим мастером. И дуэль — это не соревнование, когда у каждой из сторон одинаковые шансы на победу. Это способ отстоять честь и убеждения. К тому же он всего однажды убил соперника во время поединка и вполне заслуженно. Кузьма, а ты дрался на дуэли с кем-нибудь?

— Проще вспомнить, когда я с кем-нибудь не дрался. Это было в то время, когда меня отправили в монастырь.

Пока я вспоминал школьную жизнь и драки с гопниками из соседнего колледжа, прошло минут десять, но Сабину мы так и не дождались. Еще через пару минут прибежала взволнованная женщина, натянуто улыбнулась и передала извинения Сабины, сказав, чтобы мы завтракали без нее.

Во время завтрака нас навестил Вито. Точнее, я почувствовал его присутствие в коридоре, но заходить он не спешил и минут пять ходил по этажу туда-сюда. В итоге я не выдержал, вышел сам, когда он в очередной раз приблизился к обеденной, постоял немного и решил навернуть еще один круг. Увидев меня в коридоре, он обрадовался, сделал вид, что случайно оказался на этаже. Странно было видеть такую нерешительность у взрослого мужчины и серьезного мастера.

— Доброе утро, — Вито подошел и пожал мою руку.

— Здравствуйте, — кивнул я. — Насчет утра, не знаю, было добрым, а потом как-то резко начало капризничать. Ругать будете?

— Нет, — он искренне удивился, говоря с еще большим акцентом, чем обычно. — Должен? За что?

— За драку. Но если вы не знаете, то не важно.

— За драку? — уточнил он. — Видел беспокойную охрану и синьора Гранде. Что случилось?

— Какой-то наглый мастер пристал к Алене и получил коленом промеж ног. Он хотел сломать ей руку, но я успел раньше.

— Он жив? — серьезно спросил Вито.

— Жив. Отделался сломанной рукой и челюстью. Если у него был мозг, возможно, еще сотрясение добавится. Если честно, странно все это произошло.

— Я разберусь. Сейчас этим займусь. Алена в порядке?

— В порядке. Знаете, это долго объяснять, а я очень не люблю оправдываться. Исключительно из уважения к герцогу, которому я доставил неприятности, когда у него и своих полно. Минуту.

Я заглянул в обеденную и, поймав взгляд Алены, жестом поманил в коридор.

— Беспокоит синяк? — спросил я, когда она вышла, провожаемая любопытными взглядами девушек. Взял ее ладонь.

— Не очень, — ответила она. — После твоих тренировок — это пустяк.

— Второй уровень укрепления используешь, чтобы быстрее прошел? Хорошо.

Я показал Вито синяк на запястье Алены, ставший немного темнее, за это время. Взяв ее за другую руку, подвел поближе к Вито.

— Попробуйте сжать запястье Алены. Можете со всей силы, только без способностей мастера. Мы с ней изучаем укрепление тела, поэтому ничего страшного не случится.

Вито все так же серьезно кивнул, взял Алену за руку, осторожно сжал. Посмотрев на девушку, он сжал сильнее и сразу понял, о чем я говорил.

— Я понял, — кивнул он, отпустив руку Алены, на которой не осталось и следа. Если бы на ее месте был обычный человек, Вито бы сломал ему запястье. — Оставьте мне этот вопрос.

— А Вы зачем приходили? — остановил я его в последний момент, когда он уже собрался уходить.

— У меня личная просьба, — вспомнил он. — Хотел спросить насчет умения, которое Вы показывали Оскару Фернандесу де Кардона. Могли бы Вы продемонстрировать его мне?

— Могу, это не сложно, — я пожал плечами. — Завтра утром приходите на нашу тренировку. Как раз будет возможность оценить защитную технику против сильного мастера. Только… что с Вашим оружием?

— У меня есть запасной меч, — сказал он. — Завтра утром. Я приду.

Он еще раз кивнул и ушел в сторону западной лестницы.

— Нас выгонят, как… ту актрису? — спросила Алена.

— Нет, вряд ли. Хотя скандал будет, к гадалке не ходи. Сейчас выяснится, что пострадавший наследник какого-нибудь влиятельного рода, близкого к герцогу. Начнут давить на него, добиваясь справедливости для себя. Только герцог — человек серьезный, быстрее давилку сломаешь, чем своего добьешься. Не переживай, все путем.

Сабина вернулась только через полчаса после начала завтрака, когда мы перешли к десерту. Внешне она выглядела спокойной, но я заметил на левой руке два сломанных ногтя, а между костяшек на правой красовалась парочка маленьких синяков. Как ни в чем не бывало она села за стол, благодарно кивнула, когда перед ней поставили капучино в небольшой кофейной чашке. Слегка поправила ободок, из-под которого выбилось несколько прядей светлых волос.

— Алена, Кузьма, я прошу у вас прощение за этот неприятный инцидент, — сказала она. — Из-за шумихи во дворце сложно за всем уследить. Это снова отличился мой брат. Хотел устроить скандал с участием Кузьмы, чтобы выставить его в плохом свете перед отцом. Недоумок!

Она сжала кулак, словно хотела стукнуть им по столу, но взяла себя в руки.

— Вроде бы мы с ним даже не ссорились, — удивился я. — Или он все нашу встречу в ателье забыть не может?

— Это было бы слишком глупо даже для него. Скорее всего, он не может простить отцу и мне, что отправили на север, решать безвыходную проблему в то время, когда здесь происходит столько всего интересного. И с этими pendejo он договорился еще три дня назад. Я всегда говорила, что его дружки находятся с ним на одном уровне умственного развития.

— Если упомянула pendejo, то это наверняка Ботелья? — заинтересовалась Мартина.

— Они самые. Кузьма, Алена, еще раз прошу нас простить. Давайте забудем об этом неприятном происшествии. Папа с ними разберется, как только решит насущные проблемы.

Глядя на искренне переживающую по этому поводу Сабину, я кивнул.

— Хорошо. Ален, простим негодяев, что приставали к тебе?

— Им уже неплохо досталось, — сказала она. — Можно простить.

— Спасибо, — улыбнулась Сабина.

До обеда больше ничего особого не происходило. Насчет продуктов, разгрузку которых мы увидели утром, то выяснилось, что