Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

Вид с высоты в несколько десятков метров открывался просто чудесный. Лес, укрытый сверкающим одеялом из снега, расходился безбрежным морем почти до самого горизонта. С юга виднелся город Ярославль. А на севере лес встречался с голубым небом. Что-то привлекло внимание графини и других членов экипажа — слуг Дубова. Некоторые из них прильнули к окнам. То же сделал и Петрович.

Графиня ахнула, когда поняла, что именно с лесом не так. Он шевелился, будто живой! Деревья качались и падали. А в прорехах что-то мелькало.

— Монстры… — шепнула она.

— Монстры! — закричал один из слуг барона с биноклем. — Там монстры, Петрович! Целые полчища!

— Приготовиться к бою, — грозно сказал старик, поворачивая штурвал, чтобы лучшим образом развернуть дирижабль. Тут же схватил рацию, сообщая: — Быков, готовьтесь к схватке!

Никон не успел ответить дирижаблю, как весь мир будто содрогнулся. Всех защитников поместья захлестнула волна огромной магической мощи. Её эпицентром был бункер с архивами. Графиню Вдовину волна так и вовсе чуть не отправила в глубокий обморок, но она смогла совладать с ускользающим сознанием.

«Что же там за зелье⁈» — одновременно с восторгом и ужасом подумала она.

Энергию даже простолюдины почувствовали. Правда, для них это выразилось в странном зуде между лопаток и чувстве первобытного ужаса, когда кажется, что из темноты на тебя кто-то смотрит.

Магическая аура подействовала и на монстров, которые ускорились, пытаясь настигнуть свою цель.

Дриада верхом на олене ворвалась в сад Дубова, и по ней чуть не открыли огонь. Её спасла отданная Петровичем команда. Он уже видел зелёную девушку среди подруг господина.

Никон, залезая через спину в древний доспех, приказал своим бойцам:

— Защищайте особняк! А я прикрою бункер! Дриаду пустите в дом!

Последний приказ он договаривал уже из доспеха через его грохочущие динамики. Груда старого желез вдруг налилась голубоватой энергией, растёкшейся по специальным каналам внутри и снаружи брони. Никон довольно крякнул, вдевая руки в стальные рукава и хватаясь за рычаги управления внутри. Кристаллы, данные господином, оказались чудо как хороши.

— Отличный будет бой, — пробормотал он.

Дриада же в дом не пошла. Спешилась недалеко от крыльца и приникла к земле. Её деревянные ногти впились узловатым корнями в промёрзшую землю, а волосы тонкими травинками протянулись следом вниз. Маша закричала, отдавая всю энергию, что у неё была. Она понимала, что если не выстоит сейчас, то погибнет много людей. Лавину монстров просто некому будет остановить.

С дирижабля уже вели огонь установленные там зенитки. Они стреляли по лесу, но с земли противник ещё не был виден. Слышались рёв и другие ужасные звуки, от которых сердца людей леденели. Многих обуял страх, но бежать никто не хотел. Слуги, благодаря заботе господина о своём поместье и о них самих, чувствовали себя здесь как дома.

Многие ощутили это впервые за очень долгое время. Все предшествующие недели они знали, что их господин где-то там сражается за них, за то, чтобы маленькое баронство жило всё лучше. И это знание наполняло их сердца любовью и верой.

На северной опушке леса, окружившего поместье, в нескольких сотнях метров от дома на простор вырвались первые монстры. Они были ужасны и разнообразны. Ползли гигантские улитки, лиловые, пышущие огнём раки, впереди бежали, капая слюной, Лютоволки. И ещё много других тварей рвались к поместью.

— За Дубова! — вдруг проорал какой-то парень на крыше.

В подвале особняка прятались его жена и маленькая дочка. И он собирался отдать свою жизнь, чтобы спасти их. А Его Благородие о них точно позаботится. Как заботится о своих подругах.

Пулемёт в руках парня застрочил, сея смерть.

— ЗА ДУБОВА!!! — заорали остальные, открывая огонь.

— ЗА ДУБОВА! — грохотал человек в древнем доспехе, сиющем энергией.

В его руках появились два больших орудия, отдалённо напоминающих автоматы. Пули крупного калибра тут же разорвали на части нескольких тварей.

Но монстров было слишком много. Волна тварей неумолимо приближалась. Все и каждый понимали, что их смертный час пробил. Здесь и сейчас они умрут.

Так они думали.

Пока в бой не вступили дриада и графиня Вдовина.

* * *

Духовное пространство

Николай

Когда глаза привыкли к яркому свету, я увидел, что нахожусь внутри купола из переливающейся энергии. Стенки купола походили на молочную пенку, которую я никогда не любил в детстве. Снаружи купола было мало что видно. Только очень тёмные сумерки. И они мне очень не нравились.

Внутри я был не один. Маленькая девочка с тёмными волосами и загорелой кожей, на вид лет шести, сидела в круглой песочнице с деревянными бортами и… лепила куличики. Одета она была в лёгкое ситцевое платьице с рисунком из зелёных и жёлтых дубовых листьев.

— Ты кто? — спросил я.

— Съешь печеньку, — вместо ответа сказала девочка.

Она перевернула маленькую формочку с песком на бортик и постучала деревянным совочком сверху. Показалось пирожное из песка с вылепленным дубовым листочком сверху.

— Это куличик, — поправил я её.

— Хорошо. Съешь куличик.

От куличика сильно фонило чистой духовной энергией. Рядом с девочкой её вообще море было, и я чувствовал, как она питает меня. Но тем не менее, песочное пирожное непонятно от кого есть не очень хотелось.

— Кто ты? — повторил я вопрос.

— Ты знаешь, кто я, — был мне ответ. — Съешь куличик

— Не, не знаю, — честно признался я. Загадки меня начали напрягать. — Слушай, там снаружи у меня куча проблем. Я хочу вернуться, чтобы их решить. Понимаешь?

Девочка взглянула на меня ясными глазами — зелёными, как море. И этот взгляд дал понять, что разговор не продолжится, если я не съем проклятый куличик. Ладно. Вообще, маленьким девочкам отказывать — не очень по-мужски. Даже если они предлагают съесть песок.

Я протянул руку, рядом с которой куличик высотой в добрый десяток сантиметров и правда выглядел как печенька, сгрёб его, удивившись, что он не развалился, и махом закинул в рот. Себе, конечно. Я же не изверг какой.

Песок сразу связал язык, как очень недозрелая хурма, и захрустел на зубах. Вместе с тем я ощутил, как этот песок буквально тает, словно сахар, напитывая моё духовное тело невиданной энергией. Она струилась по мана-каналам, обжигая изнутри.

— Ну? Теперь ты вернёшь меня? — спросил я.

Девочка пожала плечами и улыбнулась. В этот же миг