Новая жизнь 1-9 - Виталий Хонихоев

когда все закончится — сказать, что всегда был на вашей стороне… кто бы ни выиграл. Потому на схватку во внутреннем дворе он глядел со смешанными чувствами… с одной стороны жалко ребят, такие вот дела без последствий не проходят. Неминуемо упадет авторитет семьи Кумы, уменьшится зона влияния, станет меньше парней на улицах, лавочники начнут борзеть, организовывать отряды самообороны, упадет доход, а когда нет денег — ребята начнут искать приработок на стороне… и так по спирали, вниз.

А с другой стороны, кто бы ни выиграл — семья будет испытывать жесточайший дефицит кадров, командиры с обеих сторон будут выбиты, кто убит или ранен, а кто покажет себя нелояльным и будет понижен или вовсе отстранен. Что это означает? Это означает что такой как Инноске получит хорошую возможность для карьерного роста. Поэтому чувства, с какими он бежал к Сливовому Павильону для переговоров — были смешанные. Кто победил в противостоянии — Кума или Хиро? Однако, когда он распахнул двери и увидел, что все участники переговоров в Павильоне — лежат мертвые…

В голове у Инноске мгновенно вспыхнула пирамида иерархии в семье — Кума-сан, оябун, Хиро-сан, сайко-комон, потом трое сайро-кан, старшие советники, и… вакагасира, такие как он, лейтенанты семьи. И по-хорошему надо было сейчас показать свою преданность, верность и умение действовать в критической ситуации кому-то из сайро-кан, тому же Акару-сан… но только вот двое из сайро-кан лежали в коридоре с простреленными головами, а сам Акару-сан — лежал внутри павильона по правую руку от Хиро-сана с выпущенными кишками. Провернулись шестеренки в голове. Значит надо искать кого-то из вакагасира, кто станет стихийным лидером, кто успокоит толпу, потому что ни Кумы, ни Хиро уже нет, а бессмысленная бойня подрывает силы и ресурсы семьи. Найти такого человека и встать по правую руку от него — вот так думал Инноске, пока бежал назад, к внутреннему двору, скликая всех, кто остался — неважно, сторонники Кумы или сторонники Хиро — всех. И те и другие пока доверяли ему, пока еще слушались его команд. Надолго ли?

Ему удалось убедить их всех сесть в автомобили и поехать черте куда, просто потому что на телефон Хиро — позвонили и сказали, где находится человек Кумы, который устроил бойню во внутреннем дворе. Любой имбецил мог бы сложить два и два и понять, что девка с мечом, выпотрошившая братьев на воротах — тоже его боец. Не бывает таких вот совпадений, она должна была отвлечь их внимание… Инноске сразу же понял замысел операции и только глаза закатил. Кума-сан все же был великолепный стратег, он собирался вырезать людей Хиро чужими руками, отвлекая всех этим спектаклем у ворот и своим шиноби, лица которого никто не должен был бы видеть… но конечно, план Кумы-сана, столкнулся с планом Хиро-сана… и все пошло в задницу.

Сперва Кума недооценил союзников Хиро и когда он приказал самому Хиро и Акару — вспороть себе брюхо и выпустить кишки — он не учел, что у Хиро были союзники и кроме Акару и… пал от пули в голову. Видимо вот тут шиноби Кумы, паренек, которого между собой называли «внебрачным сыном Кумы» — ворвался в помещение, поразился своей некомпетентности и убил всех остальных. После чего — попытался исполнить контракт до конца, для шиноби это вопрос чести… и принялся вырезать всех людей Хиро во внутреннем дворике.

И сейчас, подъезжая к заброшенному заводу Инноске чувствовал в груди неясную пустоту. Потому что он не знал что делать. Вакагасира… из вакагасира он остался один. Не считать же Исао-куна, который второй месяц в больничке лежит. Все остальные — так и остались лежать во внутреннем дворике и если он прямо сейчас не придумает что-нибудь, какую-нибудь идею, не поведет людей за собой — семьи Кумы больше не будет. Чертов шиноби слишком хорошо сделал свою работу, убрав лучших. Цвет семьи, вакагасира, сайро-кан — были вырезаны. Остался только он, Инноске.

Да, обычно в книгах и кино такие вот как он — только и мечтают оказаться на вершине власти, саботируя своих начальников… у людей не хватает мозгов представить, что таким как он — очень комфортно быть вторым номером. Ему не нужна эта ответственность… а ведь они сейчас в самом разгаре спора с Континентом, если война завтра? Он не знает поставщиков, не имеет связей в муниципалитете, их всех посадят, как только он возглавит собой семью. Нет, должен быть другой выход.

— Тормози! — кричит он, и водитель послушно давит на педаль, скрипят тормозные колодки, дымится резина, он, не дожидаясь, пока машина остановится — выскакивает из нее, выхватывая из кармана пистолет. Да, оружие. Он раздал всем оружие, потому что не знал, что делать. Потому что с оружием его люди представляли собой угрозу, а уж избавиться от стволов они всегда успеют. Вдруг да пригодится.

— ДУН-ДУН-ДУН-ДУН-ДУН! — грохочут выстрелы где-то совсем рядом и Инноске видит позицию пулеметчика — прямо перед ним, метрах в пятнадцати, на водонапорной башне. Пулеметчик гасит длинными очередями куда-то в порт и в голове у Инноске проносится мысль что все как в кино, как в фильмах про войну, что только он тут стоит в своем черном костюме и с револьвером в руке. Ощущение нереальности вдруг охватило его полностью, и он едва удержался на ногах — так закружилась голова.

— ДУН-ДУН-ДУН-ДУН-ДУН! — продолжил работу пулеметчик и сзади за Инноске встали остатки семьи, два десятка парней с оружием. У кого револьверы, у кого — китайские «Калашниковы», кто с обрезом, сделанным из охотничьего ружья, так обожаемые ганстерами «лупары». Незаменимая вещь в ближнем бою накоротке, в зданиях и коридорах, в городских условиях.

— Нам снять пулеметчика? — спрашивает у Инноске кто-то сзади. Инноске открывает рот, чтобы сказать, что пулеметчика снять — это еще суметь надо, вряд ли он там без второго номера, без защиты с тыла, и вообще, прежде чем лезть куда-то, где стреляют из пулемета — надо бы узнать, что там происходит… а они все тут вообще пушечное мясо, только в уличные драки и умеют. Но тут у подножия водонапорной башни появляется фигурка в белом кимоно, в белом кимоно с огромными красными гиацинтами на нем, и он закрывает рот, так и не сказав ни слова.

— А я смотрю вам все мало. Что же… сегодня больше веселья… — говорит фигурка и поднимает руки над головой. В неверном свете отблесков пулеметного огня Инноске замечает взблеск длинного клинка, словно бы продолжающего ее руки.

— Если среди вас есть мужчина