"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

– Приветствую вас, сэр, чем могу помочь? – встретила меня женщина лет сорока пяти с угольно-черными волосами.

– Здравствуйте, – сказал я в ответ и, увидев на руке обручальное кольцо, добавил: – миссис. Прошу прошения, но не знаю вашего имени…

– Долорес Уориган, к вашим услугам, сэр, с кем имею честь разговаривать? – Вон она как, уела!

– Смит, Гарри Смит, предприниматель из Колорадо.

– Слушаю вас, мистер Смит.

– Я хотел бы узнать, можно ли как-то освободить человека из-под стражи, залог или как там это делается, я не очень в курсе.

– Кто у нас арестованный? – просто, по-деловому спросила тетка.

– Один мужчина, Коби Джоунс. – Женщина встала из-за стола и подошла к большому шкафу. Пару минут рылась в нем, перебирая бумаги, наконец, найдя нужные, вернулась за стол.

– Вы родственник?

– Да, в общем-то, нет. Хороший знакомый. Думаю, что приключившееся с ним просто недоразумение. А даже если он и заслуживает наказания, то вполне может дождаться суда дома.

– Что ж, это действительно возможно. Я сделаю вам выписку, с ней сходите в кабинет дальше по коридору, восьмой. Вот там внесете нужную сумму, и через пару часов его выпустят. Тут действительно не очень серьезное дело, просто за него никто не мог внести залог, две тысячи долларов.

– Спасибо, мэм, рад был познакомиться. – Взяв у тетки из рук бумажку, я направился в следующий кабинет.

Когда формальности были улажены и меня заверили, что Коби скоро выпустят, я наконец-то и сам покинул здание. С Джоунсом я поступил так по причине того, что парень мне понравился, в хорошем смысле этого слова. Бывший начальник мало того что кинул его на деньги, на копейки, так еще и заявил, что тот состоит в их ниггерской банде и угрожает убить как самого начальника, так и всю семью. Фэбээровцы и рады стараться. Закрыли его, надеясь, что тот поедет в тюрьму, взяв заодно на себя еще пару эпизодов. Он же ниггер, с ними не считаются.

На улице меня ждала вся компания, даже Малой приехал, прямо в полицейской форме. Оливия ласково обняла, и мы, рассевшись по машинам, отправились домой.

– Слушай, Гарри, смотри какая погода, может, замутишь нам шашлык, как тогда у немцев в тылу делал? – Это наш «желудок».

– Сань, ну где я тебе мясо возьму?

– Да в багажнике. Мы уже все сделали, только не знали, в чем ты вымачиваешь, поэтому набрали просто всего в магазине. Даже уксус взяли, я помню, как ты тогда в лесу жаловался, что у фрицев его нет.

– Ну, вы, блин, даете, – выдавил я из себя, вспоминая генерала Иволгина. Все заржали, одна только Оливия сидела и хлопала глазами, не понимая, о чем вообще идет речь. Еще бы, говорили-то мы на родном.

– Оливия, извини, не успел еще тебя расспросить, эти «желудки» на меня навалились. Что там с федералами было?

– Гарри, я, кажется, поняла, с каким именем созвучно твое новое.

– Я всегда говорил, что ты очень умная девушка, – улыбнулся я. Она вряд ли знает русский язык, но имя Игорь, возможно, где-то слышала.

– Так ты… вы все – русские? – распахнув глаза еще больше, выпалила девушка.

– А разве это плохо?

– Нет, что ты! Я вовсе не это имела в виду. Просто у меня из головы не выходило, что же за имя-то такое, а тут раз, услышала, как ты говоришь с ребятами, и поняла.

– Ты слышала раньше наш язык?

– Да, не раз. У отца был приятель, офицер. Он приехал сюда, в Штаты, после вашей революции.

– Белогвардеец? – спросил Яхон, влезая в наш разговор.

– Серег, а это что, плохо? – спросил уже я.

– Ну, гражданская война…

– Я, по-моему, уже рассказывал всем, кто ее начал и для чего! А сейчас мы и сами ничем от того «беляка» не отличаемся, сами беглые!

– Извини, просто что-то нахлынуло, так что насчет мяска?

– Поехали уже, черти оголодавшие, наверное, уже и местечко красивое выбрали?

– Обижаешь, все, как ты любишь, помним, о чем рассказывал в минуты отдыха на фронте!

Ребята нашли просто волшебное место на озере. Вокруг ни души, можно сказать, девственная природа, правда, ехали часа четыре и все проголодались как волки. Я еще потребовал остановки, в самом начале пути, и спокойно нарезал мясо и замариновал. Теперь вытаскивая из багажника две огромные кастрюли с мясом, ребята просто на слюни исходили.

– Игорек, а долго?

– Костер разводите, демоны, да устройте девушке место, чтобы сесть могла, она же не солдат, как мы!

Надо отдать должное парням. Они были удивительно сообразительными. Но круче всех в плане комфорта оказался Саня. Он достал пару гаечных ключей из багажника и, просто отвернув четыре болта, вытащил из одной машины автомобильное кресло. А кресла в эти времена были больше похожи на небольшие диваны.

– О, да это просто царский трон! – сказал я, одобряя действия друга.

Оливии было неловко минут десять. Это в самом начале поездки она была в легком шоке и больше молчала, но теперь, да под винцо…

– Гарри, у тебя отличные друзья!

– Знаю, Оливия, но не только у меня, теперь они и твои друзья, более того, старшие братья. Они всегда выручат в трудную минуту, только позови.

– А почему ты говоришь – братья, и что означает – теперь? – Было видно, что девушка все поняла правильно, но кокетничает.

– Оливия, будь моей женой, – просто и без затей сказал я, а все вокруг раскрыли рты. Дело в том, что я уже давно по поведению и разговору девушки понял, что она очень консервативна и воспитана очень строго. Отношения без обязательств явно не по ней, поэтому я и сделал свой выбор. Тем более я реально чувствовал, что она та, к кому у меня лежит сердце.

– Мужики, вашу мать, поставьте меня на место, – орал я на всю поляну, боясь, что мои горе-братья меня уронят. После того, как я попросил у Оливии руку и сердце, парни схватили меня и начали качать. Точнее, швыряли в небо так, словно хотели на луну запустить с низкого старта.

Шашлычок получился обалденным. Не зря потратили полчаса на маринад прямо в дороге. Все объелись и, можно сказать, даже немного перебрали с выпивкой. Самым пьяным к вечеру оказался адвокат. Яша в начале пиршества строго вещал, что он трезвенник, но с русскими этот номер не проходит, споят кого угодно. Вот и сейчас еврей Робертсон, после того как вылакал в одну харю полбутылки вискаря, тихо спал на коврике под каким-то цветочным кустом, иногда подергивая во сне ножкой. Парни купались и веселились, как дети прям, а мы с Оливией