Несгибаемый граф - Александр Яманов

Рядом послышался скрип стула и тяжёлое дыхание, а затем меня обдало смрадом, исходящим изо рта. Доктор явно не следил за своим желудком и весом. Или просто не заморачивался подобными мелочами, раз его амбре перебивало не самые приятные запахи в комнате. Я ведь тоже немного пованиваю. Гадить-то приходится под себя.

Пытаюсь сфокусировать взгляд на госте, перекрывающем мне обзор. Но вижу только силуэт, одетый в камзол старинного покроя и необычную конструкцию на голове. Парик? Что за маскарад? Я уже обращал внимание, что мужик, пытавшийся меня растормошить, и женщина носят странные наряды. Но сделал скидку на галлюцинации. Только глюки малость затянулись и становятся всё более реальными.

Сначала эскулап снял с моей головы повязку, что сделал излишне грубо. Было больно, но терпимо. Однако от таких манипуляций закружилась голова, а картинка моргнула и затуманилась. Или мне стало хуже ещё и от ядрёного запаха пота, шибающего от доктора? Он совсем не моется? Или проблемы с железами? Судя по тому, что мне удалось увидеть, дядька здоровенный и толстый. Может, дело в излишней потливости. Но для кого тогда придумали дезодоранты?

Далее дядька смазал мою голову чем-то вонючим, и быстро замотал повязку. Странно, что он не стал менять бинт на новый. Какая-то необычная медицина. Ещё и с душком.

Все манипуляции сопровождались вопросами парочки мужиков, которым доктор отвечал крайне неохотно.

А далее товарищ произвёл манипуляцию, ставшую катализатором моего внедрения в окружающую реальность.

Сначала мне показалось, что доктор решил сделать укол. Видно же плохо. Однако резкая боль в предплечье заставила дёрнуться. Затем дяденька прислонил к ране какую-то штуку. Он берёт у меня кровь? Зачем, если травмирована голова? Тут я почувствовал нахлынувшую слабость и попытался на остатках воли сконцентрировать зрение.

Жирный мужик в парике приложил к моей руке необычную конструкцию, куда текла тёмно-красная жидкость. Мне пускают кровь! Пришло воспоминание о методах лечения, применяемых в средневековье. Что за идиотизм? Я и так ослаблен, не могу кушать и еле-еле глотаю тёплую воду. И вдруг такое!

Ненавижу таких деятелей! Сколько людей угроблено из-за так называемых врачебных ошибок! Не пойму, откуда у меня нашлись силы, но я попытался отдёрнуть руку и одновременно заорать. Только из горла раздался звук, похожий на клёкот. Касательно руки, то мне удалось сбить процесс отъёма крови. В ответ доктор начал что-то ворчать. Неожиданно на помощь пришёл один из мужиков, разговаривавший со мной по-славянски:

— Барин, ты очнулся? — Примерно перевожу вопрос. — Остановить немчуру?

— Да! — буквально выталкиваю ответ из пересохшего горла.

Острая боль пронзила голову, которой я случайно дёрнул. Организм отреагировал тошнотой и рвотными позывами.

— Ты чего делаешь, морда басурманская? Он же сейчас захлебнётся! — воскликнул мужик.

Затем я потерял сознание.

* * *

Необычное ощущение. Если это сон, то очень странный. Очнулся я в полной темноте и тишине, будто в вакууме. Позже пришло понимание — это чертоги моего разума. Как бы необычно ни звучали подобные догадки. Хотя со мной произошло столько странностей, что можно не удивляться.

А вот далее начались настоящие чудеса. Моё сознание начало меняться. Вернее, его стали заполнять чужие воспоминания. Это я понял позже, а пока относился к происходящему, как к забавному кино. Весьма реалистичному, с полным погружением, только без звука. Вместо него информация автоматически укладывалась в мозг, будто записывались компьютерные программы.

Вот полная женщина с добрыми глазами и резкими чертами лица что-то объясняет мне с улыбкой. После беседы она потрепала меня по волосам. Мама!

На следующей картинке мы ходим по теплицам необычного вида с высоким и статным мужчиной. Он с энтузиазмом рассказывает мне о растущих здесь растениях. За окнами лежит снег, значит, многие из них не из здешних мест. Например, кусты ананаса! Я не знал ранее, как растёт этот плод. Отец!

Далее передо мной оказались две забавные девчонки: одной лет двенадцать, второй –семь. Они одеты в платья старинного образца, у обоих волосы заплетены в косички. У нас урок музыки. Девочки сосредоточены и внимательно слушают пожилого учителя. Такие забавные и милые! Я их люблю! На душе потеплело. Сестрёнки!

Не знаю, сколько времени занял показ. Он оказался насыщенным и интересным. Я внимательно смотрел и запоминал происходящее. Хотя делал это зря. Оказалось, что чужие воспоминания стали моими. Или наоборот. Есть подозрение, что именно я оказался в чужом теле. Пусть разглядеть себя не получилось, но есть мелкие детали, натолкнувшие на такую мысль.

* * *

В этот раз картинка оказалась столь яркой, что мне пришлось закрыть глаза. Очнулся я рывком и снова оказался в той самой комнате. Солнечный свет, бьющий из окон, сначала меня ослепил, а затем позволил более детально рассмотреть окружающую обстановку.

Мои первоначальные выводы оказались верными. Вокруг что-то вроде музейных экспонатов из далёкого прошлого. Грубоватые стол, стулья, шкаф и кровать, на которой я лежу. В углу узкая печь с двумя створками, покрашенная белой краской. Три небольших окна позволяют солнечным лучам хорошо освещать комнату. Кстати, дизайн окон совершенно не наш. Рядом с кроватью стоит столик, где расположились кувшин и чашка.

Сразу захотелось пить. Горло сильно пересохло, мне даже хрипеть сложно.

Зато порадовала голова. Она почти не болит, а просто тяжёлая, как после долгого сна или болезни. По идее, со мной произошло всё сразу.

Вдруг раздались тяжёлые шаги, и дверь распахнулась с резанувшим по нервам скрипом. Плохо, что я её не вижу. Но передо мной сразу появился усатый шатен лет тридцати трёх. Высокий и крепкий физически, судя по размаху плеч. Человек передвигался плавно, а шум производили грубые сапоги до колен.

Гость бросил на меня взгляд, отвернулся и подошёл к столу. Потом его будто ударило током, и он с воплем подскочил ко мне:

— Барин! Николай Петрович, родной! А я уже совсем пал духом. Четыре дня, как ты в беспамятстве. Ещё и немчура этот проклятый со своими ножами! Чуть всю кровь твою не сцедил, ирод!

Оказывается, теперь я прекрасно понимаю язык, на котором изъясняется вошедший. И он русский, только на нём разговаривали двести пятьдесят лет назад.

Мужик рухнул на колени и попытался поцеловать мою руку. Но затем одёрнулся, видно, боясь потревожить.

Ермолай, подсказала память. Мой дядька, то есть воспитатель, слуга и телохранитель в одном лице. Предан мне, как пёс, но имеет собственное мнение и старается оградить от соблазнов окружающего мира в меру своего понимания. В общем, наседка, как я его иногда называю. Я? Или прежний обладатель моего