Второе дыхание - Ольга Кобзева

Устала я безумно, одежда истрепалась, вся в земле, представляю свой видок. Но все же постучала.

В ответ тишина. Никакого шевеления внутри. Постучала снова — и опять тишина. Выбор невелик — либо ночевать под дверью, либо пытаться попасть внутрь.

Потянула узкую щелястую дверь, поддавшуюся на удивление легко. Неуверенно вошла внутрь. Домик внутри ничуть не отличался от того, как выглядит снаружи. Единственная комната, маленькая, низенькая. Под невысоким потолком тусклый темно-желтый шарик. На первый взгляд и не понятно, на чем держится. В углу куча тряпья, поблизости какие-то доски. То ли стол, то ли тумба. Ни кровати, ни плиты, ни людей.

Обернулась вокруг себя, всматриваясь пристальнее. Запах! Поморщилась. Пахло в домике чем-то отвратительно-сладким, гнилостным. Шагнула ближе к куче в углу, кажется, вонь идет оттуда.

— А-а! — закричала, зажимая рот рукой, когда куча зашевелилась.

Не сразу заставила себя наклониться ниже, присматриваясь. Женщина и ребенок. Женщина явно была мертва и уже довольно давно, минимум несколько дней, а вот ребенок дышал. Дрожащими руками потянула малыша на себя. Девочка. Истощенная, измученная. То ли спит, то ли без сознания. Я и сама уже с трудом держалась на ногах, удержать еще и ребенка была уже не в силах. Опустилась на земляной пол, оттаскивая малышку от мертвой женщины. Забилась в противоположный угол, прижимая ребенка к себе и закрыла глаза.

Первые минуты прислушивалась к слабому дыханию малышки, ругала себя, что медлила, что не пошла к этому домику раньше!

Реальность вдруг накатила. Неожиданно и неотвратимо. Странный остров, который вдруг перестал быть крохотным. Появившийся лес и хижина эта! А еще мое состояние. Ну не дура я, не дура! А объяснения найти не могу! Плавание могло быть удобным обоснованием, только вот не слишком правдоподобным, увы.

Так и просидела до рассвета — в неудобной позе, с малышкой на руках. Глаза хоть и держала закрытыми, уснуть снова не вышло. Девочка тихонько сопела на руках, а я прикидывала, что делать дальше.

К утру запах стал просто невыносим, усиливаясь с каждым часом. Едва рассвело, опустила девочку на пол, а сама вышла наружу. Мне нужен был глоток свежего воздуха. Просто необходим!

Надышавшись, набравшись сил, вернулась за ребенком.

Девочку вынесла и положила неподалеку от входа. Тряпья на ней намотано оказалось немало, все вонючее, грязное, изорванное. Разворачивала неспешно. Личико малышки намекало, что ей не больше трех лет. Щечки впалые, бледные. Но красивая. Волосики спутанные, грязные, сваленные. Цвет не угадывается. Однако черты лица правильные: носик маленький, прямой; глазки большие, кажется, миндалевидные, но пока не откроет не поручусь; губки выцветшие, но пухленькие и формы красивой.

— Зайка, просыпайся, — затормошила чуть сильнее. — Малышка, открой глазки. Солнышко!

Девочка дернулась, веки затрепетали, приподнялись.

— Айсхи, — выдохнула малышка едва слышно. — Майли айсхи саш.

— Ага, — поддакнула я, не поняв ни слова.

Оставила девочку у входа, а сама вернулась в хижину. Дверь закрывать не стала, чтобы воздух стал хоть чуточку свежее. При свете дня в домике было ненамного светлее. Головой слегка задела подвешенный шарик, только сейчас обратив на него внимание, вспомнив, что ведь еще ночью он привлек мое внимание своей необычностью.

Глава 6

Опасливо тронула странную светящуюся сферу, почувствовав исходящее от нее тепло. Нахмурилась. Странный какой-то шарик. Попыталась взять в руки, но он не дался, ускользнув, буквально уплыв от меня по воздуху.

Не поняла, это что такое вообще? Рывок! И вот шарик у меня в руках. Теплый, не обжигает, но очень ощутимо теплый. Я держала его в руках, но сжать не могла, пальцы легко проходили сквозь световое пятно. Очень странно чувство. Я держу его в руках, но словно и не держу. Осторожно разжала пальцы, шарик остался висеть в воздухе прямо над моей ладонью.

Приблизила к глазам, разглядывая, снова попробовала сжать чуть сильнее, словно пытаясь согреться от него, перетянуть на себя тепло и свет. В следующую секунду странный предмет стал стремительно тускнеть, пока совсем не пропал, просто растворился у меня в руках! Зато у меня в груди потеплело. Случилось это одновременно. Шарик будто переместился мне куда-то в район солнечного сплетения. Потерла это место, не совсем понимая, что произошло. В груди явно ощущалось тепло и легкое покалывание.

За дверью раздался тихий стон девочки, и я вспомнила, зачем пришла. На время мысли о странном происшествии пришлось оставить. Сейчас есть более срочные дела.

Моей целью было найти в хижине хоть что-то съедобное и воду. В угол, где лежит мертвая женщина старалась не смотреть. А еще старалась не дышать слишком глубоко, не втягивать отравленный воздух.

Света в дом поступало скудно, искать пришлось чуть ли не на ощупь. В стенах кое-где обнаружила ниши, замаскированные так, что сразу и незаметны. Обшарила все. Горсть сухой крупы, завернутая в тряпку, пара горстей бобовых, несколько плошек разного размера, такие древние, что и не видела таких никогда. Неужели еще глиняные? Да нет, не глина, другой материал, но похожий, несомненно.

Ничего типа ведра не нашла. Как не нашла ни ножа, ни приборов. И что мне со всем этим богатством делать? Ладно, допустим, одна из емкостей вполне подходит для приготовления еды, скромной такой порции. Только вот где воды взять? Как костер развести?

Вышла снова на свежий воздух. Девочка завозилась, перевернулась на другой бок, зашарила ручкой. Маму ищет? Не найдя, захныкала и открыла глазки.

— Майли? — посмотрела на меня вопросительно.

— Привет, малышка, — опустилась возле нее на колени, устав удивляться собственной физической выносливости.

Глазки девочки расширились то ли от удивления, то ли от страха. Она не пыталась отодвинуться или как-то закрыться, просто смотрела на меня, не моргая.

— Как тебя зовут? — попробовала наладить контакт я. — Виктория, — положила ладонь на грудь. — Виктория, — снова повторила я.

— Ория, — неуверенно повторила девочка и впервые робко улыбнулась.

— А ты? — спрашивая, медленно положила ладонь на грудь девочки. — Как тебя зовут? Виктория, — рука на своей груди. Переношу ладонь на девочку и смотрю вопросительно.

— Шайлас, — выдыхает она.

— Шайлас? Это твое имя? Виктория, — ладонь на груди, взгляд глаза в глаза. — Шайлас? — переношу руку на девочку.

— Ория, — повторила она мой жест. — Шайлас.

— Отлично, — выдохнула, устав за такой короткий разговор. — Вот и познакомились. Шайлас, нам бы воды раздобыть. Ты не знаешь где?

Девочка смотрела на меня непонимающе, что, впрочем, вполне объяснимо.

— Пойдешь со мной? — поднялась, протягивая малышке руку.

Свою она не дала, напротив, отдернула и спрятала за спину.

— Айсхи?