Служебный контракт - Алекс Войтенко

место, для винтокрылой машины. Все же как не крути, здесь была армия, и потому старались, хотя бы соблюдать видимость устава. Может раньше, когда здесь служили срочники и требовался плац, для строевой подготовки, но сейчас, когда срочнослужащих заменили контрактниками, о какой подготовке могла идти речь? Поэтому вместо обычной разметки, на забетонированой площадке была намалевана буква «Н», указывающая на место приземления.

В данный момент, здесь в гарнизоне, вместе с вновь прибывшими, находилось два комендантских взвода солдат, по тридцать одному человеку в каждом взводе, учитывая и командиров отделений и заместителей командиров взводов. Одним из которых стал я. Плюс отдельное подразделение в количестве десяти человек, в составе которого находился повар с двумя помощниками, фельдшер — заведующей местной Медицинско-Санитарной частью, четыре связиста, обеспечивающих роту связью и электричеством, посредством двух ветрогенераторов, и дизеля, который включался в основном зимой, при снегопадах, когда ветрогенераторы, не могли выдавать ток, из-за обледенения. Восьмым был писарь при командире роты, и еще один младший сержант, которого скорее можно было назвать мастером на все руки. Он закрывал собою сразу несколько должностей. Зимой выступал в качестве бульдозериста, расчищая от снега дорожки и подходы к складам и вышкам, кроме того следил за работой местной котельной, обеспечивающей гарнизон и теплом, и горячей водой, считался штатным водителем на имеющимся в роте командирском УАЗ-469. Правда последним, чаще пользовался старший прапорщик Смирнов, выезжая на нем на охоту. Ну и стоит, наверное, упомянуть, наверное, упомянуть начальство, в качестве которого выступал командир роты Капитан Сиделев Геннадий Васильевич, и трех прапорщиков, заведовавшие складами. Один из них являлся заместителем командира роты, два других командирами взводов. Одному из них, прапорщику Нечитайло, который заведовал складом «Материально-технического снабжения» я привез и передал посылку от его кума. Что у ней было не знаю, но судя по хитрой улыбающейся физиономии прапорщика, явно не сладости, а скорее, что-то против простуды.

Служба была поставлена так, что в караул, или внутренний наряд, заступали сразу два отделения. Одно занималось охраной складов и периметра базы, второе обеспечивало службу на КПП, внутренний наряд, и помощь в столовой. Хотя учитывая не такой уж большой гарнизон, это было не слишком и обременительно. Служба строилась так, что после суточного наряда, получалось два дня отдыха. И каждый занимался тем, чем хотел. Разумеется, проводились и кое-какие мероприятия, типа изучения уставов, политинформация, чистка оружия, наведения порядка, но по большей части, все это кроме разве что, оружия и поддержания порядка скорее просто отмечалось в журналах, разумеется под роспись. Что являлось, чем-то похожим на проведение занятий по Технике Безопасности. Иногда, по указанию из батальона, проводились стрельбы, но чаще всего, проверив новичков, на знание вооружения и умение стрелять, далее эти мероприятия, просто отмечались на бумаге, а сэкономленные таким образом патроны использовались для охоты.

Старший прапорщик Смирнов, который заведовал складом техники и вооружения, был заядлым охотником и довольно часто выходил на промысел, добывая для гарнизона, или оленя, или косулю, а иногда и кабана. Все это было неплохим приварком в питании. Хотя из батальона, как минимум раз в месяц прилетал транспортный вертолет, снабжающий нас продуктами. Но одно дело получить из батальона месячный запас говядины или свинины, в которой жира больше чем мяса, и совсем другое, питаться свежатинкой добытой в местных лесах. А положенное роте мясное обеспечение, заменять чем-то другим, более приятным на вкус.

Сам гарнизон представлял собой территорию, площадью около десяти-двенадцати гектаров, обнесенную по периметру высоким бетонным забором, и колючей проволокой по верхней части ограды. По углам находились четыре, вполне благоустроенные вышки, снабженные застекленными рамами, и поворотными прожекторами, с любой из которых, помимо забора, были видны две соседние, что достигалось прорубленной просекой, за которой постоянно присматривали и расчищали. Внутри периметра находились три огромных склада, практически полностью утопленных в земляной холм, так, что взору открывались только входы в склады, а верхняя часть холма, под которым они располагались, была заросшей самым настоящим лесом. Правда учитывая забор периметра. никаких крупных животных в этом лесу не водилось. Неподалеку от казармы, в дупле жила местная белка, слегка голубоватого цвета, с удовольствием принимавшшая подношение от военнослужащих. Никогда раньше не видел такую. И в общем-то все. А вот грибов в этом лесу, было видимо невидимо. Я правда в них не понимаю, но знающие парни в свободное время собирали их, и сдавали в столовую, что тоже было неплохим приварком.

На всей территории гарнизона, не только на холме над складами, рос самый настоящий, в своем большинстве хвойный лес, конечно слегка облагороженный, проложенными внутри бетонными дорогами, ведущими к складам и вышкам, но тем не менее остающийся все той же тайгой, окружающей гарнизон снаружи. Если кому-то вздумается рассмотреть все это с высоты птичьего полета, то единственное, что можно увидеть, так это почти прямые неширокие просеки, с вышками по углам, небольшую вертолетную площадку и извилистую грунтовую дорогу, уходящую куда-то в сторону, от гарнизона. В первый день, когда нас доставили сюда на вертолете, пилот специально сделал кружок над территорией, сказав, что служить нам предстоит именно здесь. И честно говоря, все это показалось мне скорее полузаброшенным лагерем ГУЛага, сохранившимся с тех времен, чем военным гарнизоном. Я фактически смог разглядеть просеку периметра с вышкой, и вертолетную площадку, этакой проплешиной, выделяющейся на фоне непроходимого леса. Даже крыши строений, и то были не слишком заметны сквозь кроны деревьев.

Мне выделили отдельную комнату, с окном и двойной деревянной рамой, из которого основательно дуло уже сейчас, смотрящим на вертолетную площадку. В комнате, как и предполагалось, находилась обычная койка, застеленная армейским бельем с перовой подушкой, и байковым одеялом. Под окном были проложены две довольно толстые трубы отопления, тянущиеся вдоль всего строения, и питаемые от местной котельной.

Вместо тумбочки имелся двух-тумбовый письменный стол, когда-то стоящий в ротной канцелярии, и вполне заменивший мне и рабочий и стол, и место где можно и посидеть у компьютера и попить чаю. Платяной шкаф, стоящий в углу, завершал имеющуюся у меня мебель. Как и задумывалось с самого начала, часть купленного паласа, была мною отрезана, и укреплена на стене, возле койки. Остальное легло на пол, закрыв практически всю оставшуюся свободной, часть пола. Чайник, занял место на столе, запасы чая, кофе пряников и конфет, в одной из его тумб. Ноутбук, показанный сержанту связисту, был одобрен, и уже на следующий день, в мою комнату, была проведена оптоволоконная линия. Хотя несмотря, на, казалось бы, такое шикарное подключение, скорость соединения выдавала в лучшем случае сорок-пятьдесят мегабит