Испытание - Пётр Николаевич Жгулёв

Ашу: ты сегодня задаёшь слишком сложные вопросы!

Размышления и внутренний диалог заняли всего несколько секунд, но даже это можно было считать слегка затянувшейся паузой, которую пора было прервать.

— Это так? — уточнил я. — Вы действительно пришли сюда для того, чтобы признать меня в качестве нового хозяина этого мира и принести клятву верности?

— Да, старший, — ответил второй старик, выделяющийся завязанной в косички рыжей бородой. — Если мы договоримся, то взамен мы поможем вам взять под контроль наш мир без лишней крови!

— Представься.

— Я Вэй Дун, Прорубающий Путь, глава секты Кровавого Клинка!

Ещё один глава — причём не самый скромный, судя по взятому прозвищу. Скорее даже наглый, потому что не проигравшим о чём-то договариваться с победителем — их участь лишь просить, надеясь на снисхождение.

— Забавно, — даже не улыбнулся я. — Неужели глава секты Кровавого Клинка полагает, что меня испугает перспектива пролить немного крови?

— Ни один правитель не захочет править безлюдными землями! — не отступил Вэй Дун. — Иначе с кого ему собирать налоги и где брать солдат в свою армию? И раз мы здесь, а не сидим в темнице, дожидаясь казни, то вам определённо нужна наша помощь!

Вот так — стоит проявить немного милосердия, и тебе тут же норовят сесть на шею, принимая это за слабость и нерешительность. Впрочем, это было ожидаемо и мне было даже любопытно увидеть, сколь далеко может зайти чужая наглость.

— Логично, — согласился я. — И чего же вы хотите?

— Клятвы, что вы не будете вмешиваться в наши внутренние дела и требовать отречься от путей предков!

На первый взгляд — не так уж и много, но по сути — это предложение вассалитета, а не безусловное подчинение, которого я требовал. Не говоря уже о том, что «пути предков» демонических кланов вполне могли включать в себя что-то вроде жертвоприношений.

— Всего лишь не вмешиваться? — задумчиво почесал подбородок я. — Ну а остальные… что вы думаете по поводу этих условий?

— Я Бай Гуйлин, первый старейшина клана Алого Истока! — шагнул вперёд старый лучник, которого я встретил на входе в столицу. — И наши кланы считают эти условия справедливыми!

Иронично, что он не только выжил, но и де-факто занял место кланового лидера. Причём меня, разумеется, не узнал — в прошлый раз на мне была личина низкоуровневого демонического практика.

— Говори за себя, глупец. — раздался голос Вэй Чанцзу. — Клан Мёртвого Завета не имеет к этому никакого отношения!

После чего мой вассал шагнул в сторону, демонстративно дистанцируясь от остальных старейшин. И, после недолгого колебания, к нему присоединились ещё двое… молодая на вид женщина и мужчина средних лет. Средних для практика ядра, разумеется.

— Хуа Линьмэй из секты Цветов также понимает своё положение! Надеюсь, господин возьмёт нас под своё покровительство!

Секта Цветов, к слову, несмотря на провокационное название, позолоченные рога и живописно порванную в нужных местах одежду своей главы, специализировалась не на борделях или чём-то подобном, а на духовных травах, аптеках и лекарских домах.

— Чи Юйхань из клана Багряного Предела не выдвигает никаких требований!

Столь явный раскол заставил двух ещё не выразивших мнение старейшин переглянуться, а затем опирающаяся на клюку дряхлая старуха качнула головой и шагнула в сторону.

— Ван Юэлин из клана Мёртвой Луны склоняется перед победителем, — прошамкала она. — Точнее склонилась бы, если не моя больная спина — надеюсь, старший поймёт!

Причём из всех присутствующих Ван Юэлин была сильнейшей, находясь на пике стадии ядра — и, перейдя на мою сторону, имела неплохие шансы сформировать зарождающуюся душу. Приятно, что убивать её, похоже, не будет необходимости…

— Ну а ты?

— Чжу Фэнъи Режущая Кости, глава клана Рубиновой Печати, — представилась последняя из членов делегации. — И мне кажется, слова брата Бая не лишены смысла. Мы готовы поддержать вас, но не просто так, а в обмен на небольшие преференции…

Любопытно, но из трёх пошедших против меня лидеров впереди оказался Бай Гуйлин, хотя старый лучник находился всего лишь на начальной стадии ядра. Тогда как Вэй Дун и Чжу Фэнъи достигли поздней. Ну и имена — язык сломаешь.

Ашу: если ты их всех убьёшь, то запоминать имена не придётся!

Василий: ты уверена, что сама не злодейка?

Ашу: я просто предложила — решать в любом случае тебе. Но если решишь убить — лучше дай сначала системный статус!

С учётом расы и культивации, опыта за каждого из них можно получить целую кучу. Но для меня даже десятки тысяч — всего лишь несколько дополнительных уровней.

— Звучит действительно разумно. — с улыбкой ответил я. — Однако, мне кажется, вы неправильно понимаете слово капитуляция…

Духовное давление!

Я начал с лёгкого давления, от которого они лишь слегка пошатнулись, и медленно наращивал его, наблюдая за тем, как поведут себя старейшины. И Ван Юэлин, ещё недавно жаловавшаяся на больную спину, подчинилась одной из первых.

— Я даю вам и вашим кланам возможность выжить. — продолжил я. — Но если вы будете ставить мне условия, то обойдусь и без вашей помощи…

К этому моменту все они уже упали на колени, не выдержав тяжести моего неудовольствия, но если некоторые покорно склонились, то другие явно боролись, пытаясь сверлить меня взглядом. И это даже не злило — скорее утомляло.

— Поэтому либо вы принимаете мои условия, либо умрёте, а ваши секты будут обращены в руины!

Деактивировать духовное давление!

Теперь ничего не мешало старейшинам подняться на ноги, но даже трое мятежников не осмелились сделать это без моего разрешения, инстинктивно понимая правила игры и возможные последствия.

— Чжу Фэнъи осознала ошибку и просит у господина прощения!

— Вэй Дун признает силу старшего!

Теперь остался только Бай Гуйлин — и старый лучник продолжал сверлить меня взглядом, не торопясь объявлять о капитуляции. Похоже, ему требовался ещё один, добивающий удар…

Активировать Эльфийскую Истину!

Моя внешность поплыла и застыла в новой форме, превращая меня в генерала Наргоса — пропавшего предка клана Алого Истока. Который, в отличие от других практиков зарождающейся души, формально был жив — его тело хранилось в карте стазиса, а душа, очищенная от воспоминаний, находилась у меня в инвентаре.

— Ну а ты, старик? — произнёс я. — Всё ещё хочешь поторговаться?

— Предок?

Вместо