Ада - Гала Мрок

кому я тут нужна-то? Три жалкие улочки, одна захудалая аптека да супермаркет на окраине… — она горестно качает головой, и её старческие ноги, обутые в стоптанные тапочки, начинают шаркать по полу, медленно уводя её к спасительной двери спальни. — Просто… не открывайте никому, вот и все дела…

Кайл бросает в мою сторону короткий взгляд — в нём читается решимость. Я открываю рот, собираясь вмешаться, остановить этот разговор, но он опережает меня, чеканя слова:

— Отец нанял тебе сиделку. Мы уезжаем в ближайшее время — он приказал.

Старушка резко оборачивается — и в этот миг что-то ломается в ней. Осмысленность мгновенно гаснет, как задутая свеча. Губы вытягиваются в тонкую, бескровную линию, лицо искажается гримасой боли и ярости.

— Катитесь к чертям, предатели! — её голос срывается на крик, пронзительный и отчаянный. — Вы хотите меня отравить?! Квартиру мою задумали отобрать, да?! Вот вам! — Бэлла, потеряв над собой контроль, яростно тычет в нашу сторону обеими руками, показывая обе фиги, и с ненавистью, с горечью, попеременно плюёт в нашу сторону.

— Кайл, ну кто тебя за язык дернул? — я с упреком смотрю на брата. — Теперь как её успокоить?

Он небрежно отмахивается:

— Да не переживай, я её успокою. — Кайл подходит к старушке и мягко кладёт руки ей на плечи. — Пойдём, бабуль? Приляжешь, отдохнешь, а я тебе сказку расскажу, ладно?

— Сказку? — Бэлла удивлённо распахивает глаза, в них вспыхивает искорка надежды. — Ты точно не обманешь?

— Зуб даю! — уверенно кивает Кайл и аккуратно подталкивает её в сторону спальни.

Бэлла, довольно улыбаясь, медленно заходит вглубь комнаты. В этот момент дверной звонок раздаётся резко и пронзительно, словно электрошок, бьющий по и без того натянутым нервам.

— Я открою! — поспешно выкрикиваю я и бросаюсь к двери.

На пороге застывает полноватая женщина лет пятидесяти — её добродушное лицо обрамляют слегка вьющиеся каштановые волосы. В руках она держит коричневый кожаный чемоданчик, с которого стекают капли недавнего дождя, рядом — аккуратно сложенный зонт. От неё веет спокойствием и надежностью.

— Здравствуйте! — её голос звучит открыто, с лёгкой улыбкой. — Я Олли Ши. Судя по всему, меня нанял ваш отец.

Делаю шаг назад, глубоко вдыхаю, стараясь унять внутреннее напряжение, и широким жестом приглашаю женщину войти:

— Здравствуйте. Меня зовут Ада. Проходите, пожалуйста… Мы вас очень ждали.

— Кто там пришел?.. — доносится приглушенный голос Бэллы из глубины комнаты.

— Добрая фея, бабуль, — мягко отвечаю я, аккуратно вешая плащ Олли на старую деревянную вешалку у двери.

— Буянит? — тихо уточняет сиделка.

— Ага…

Олли приседает на корточки возле своего коричневого чемоданчика, щёлкает замками. Она открывает крышку, и я вижу аккуратно разложенные инструменты: ампулы, шприцы, салфетки, блистеры. Ловкими, отточенными годами практики движениями она достаёт всё необходимое, вскрывает ампулу с лёгким треском и набирает прозрачную жидкость в шприц.

— Эта вакцина всё исправит, — произносит она уверенно, как человек, который привык верить в силу медицины. — Раз уж её массово внедряют, значит, в ней есть смысл, правда?

Я пожимаю плечами, следя за ее спокойными движениями.

— Наверное… — наконец отвечаю я. — Нас вакцинировали перед вылетом. Выбора не дали…

Из спальни Бэллы появляется Кайл. Его лицо озаряет та самая фирменная улыбка — ослепительная, обезоруживающая, способная растопить сердце любой женщины. Он словно на мгновение включает какой‑то внутренний свет.

— Добрый день, — его голос звучит ниже обычного, бархатно и обволакивающе, будто специально созданный для того, чтобы успокоить и расположить. — Я Кайл.

Он протягивает руку. Олли пожимает ее:

— Олли. Могу я пройти к пациентке?

Кайл галантно отступает в сторону, широким жестом приглашая её войти:

— Разумеется, позвольте вам помочь. Сегодня бабуля не в настроении.

Я тихо следую за ними в спальню. Бэлла лежит на кровати, обхватив старого плюшевого кота — потрепанного, с одним глазом на нитке. Она прижимает его к груди, как ребенок, ищущий защиты.

— Я уже ко всему привыкла, — философски произносит Олли, осматривая комнату. — В этом районе одни старики живут — брошенные, забытые, словно выпавшие из времени… Но вы, — она переводит взгляд на нас с Кайлом, — вы молодцы. Что нашли время приехать, проведать бабушку. Это дорогого стоит.

Её улыбка становится теплее. Она бережно протирает спиртовой салфеткой плечо Бэллы.

Кайл тем временем прислоняется голой спиной к прохладной стене, глубоко вздыхает и, словно решившись, произносит:

— Кстати… мы в ближайшее время уезжаем. Отец