Режиссёр из 45-го - Сим Симович

Через полчаса вся посуда была чистая. Раковина блестела.

Владимир слил грязную воду, вытер руки. Посмотрел на плиту.

Взял тряпку, соду. Начал тереть. Въевшийся жир, копоть, пятна. Тёр упорно, не жалея сил. Постепенно плита светлела.

— Володенька, ты чего делаешь? — В дверях стояла мать в халате, удивлённая.

— Порядок навожу, мам.

— Да зачем? Это ж не твоя обязанность...

— Ничья обязанность. Вот и запустили. А я свободен сегодня, сделаю.

Анна Фёдоровна покачала головой, но улыбнулась:

— Ну раз взялся — доделывай. Только не переусердствуй.

Она ушла. Владимир продолжил.

Когда плита заблестела, взялся за стол. Протёр от крошек, от пятен. Потом за подоконник. Потом за полки.

На кухню начали подтягиваться соседи.

Клавдия остановилась в дверях:

— Володя?! Ты что, генеральную уборку устроил?

— Поверхностную. Генеральная — это когда потолок и стены мыть.

— Ну ничего себе... А мы-то думали, кто это тут хлоркой пахнет.

— Содой. Хлорки не нашёл.

Зина зашла с младенцем на руках:

— Володь, ты герой! Я уж три недели собиралась помыть, всё времени нет.

— Теперь не надо. Я помыл.

Соседи расселись за чистым столом, пили чай, переговаривались. Владимир взял ведро, веник, тряпку.

— Ладно, я пол помою. Только не ходите полчаса, пусть высохнет.

— Володь, да ты что! — запротестовала Клавдия. — Это ж надо...

— Надо — сделаю.

Он вымел пол — тщательно, из всех углов. Потом набрал ведро тёплой воды, добавил соды, начал мыть.

На четвереньках, с тряпкой. Под столом, под лавками, вдоль плинтусов. Вода темнела быстро — грязи было много.

Менял воду раз, второй, третий. Постепенно пол становился светлее.

Мать стояла в дверях, смотрела:

— Володь, ты бы хоть отдохнул...

— Не устал, мам.

— Откуда у тебя столько сил?

Владимир выпрямился, вытер пот со лба:

— Хорошо спал. И настроение хорошее.

— Это из-за той девушки, да? — Мать улыбнулась хитро.

Владимир смутился:

— Может быть.

— Вот и правильно. Любовь окрыляет.

Она ушла. Владимир домыл пол, вылил грязную воду, поставил ведро сушиться.

Осмотрелся. Кухня сияла. Чистая плита, чистый стол, чистый пол. Посуда блестит на полках. Даже окно протёр — теперь свет проникал ярче.