Проект: "Возмездие" Книга 8 - Игорь Игоревич Маревский

в глазницу Крысолова и продолжали погружаться глубже. Он орал не только от физической боли, но и от того, что его разум буквально рассыпался на осколки. Я чувствовал, как глаза урода превращаются в кровавую кашу, а пальцы удобно касаются черепа его глазниц

Чем глубже становился, тем отвратительнее была сама мысль, что он дышит со мной одним и тем же воздухом. Одно дело похищать детей, другое… Как же мне надоели Рубежи… Порой кажется, будто их создал больной на всю голову маньячина, чтобы специально сидеть над ними и выжигать всё человечество лупой, получая от этого извращённое садистское удовольствие.

Я посмотрел на застывшее на экране безликое изображение матери и пообещал, что когда всех разыщу, сожгу это место дотла. Принтера оно не коснётся, но Ясли перестанут существовать раз и навсегда. С этой мыслью я сильнее впил пальцы и с совершенно спокойным выражением лица разорвал голову ублюдка на две половинки. Содержимое, включая мозги, где хранилась память извращенца упала на холодную землю опустевшего лагеря Бродяг. Лагеря, который когда-то был домом Павлику и ему подобным. Теперь, он превратился в могилу для тех, кто не заслуживал даже похорон.

Они буду здесь лежать и гнить, пока всепоглощающий огонь не заберёт их и не превратит в пепел, а до тех пор, у меня была цель, был путь, но главное, меня изнутри разрывало от ненависти, а это, сука, очень опасное состояние.

Глава 19

Руки в пропитанных формалином перчатках без пальцев пытались схватить меня то за воротник, то за волосы, в надежде отыскать путь к спасению. Я чувствовал, как от урода несло кисловатой вонью препарата и немытым человеческим телом. Не существует такого места и не хватит всей воды Рубежей, чтобы отмыться от того, что творили эти люди. Я резким движением сломал ему позвонки шеи и позволил обмякшему телу упасть на холодный пол.

После долгого пути сквозь тьму Голодного узла мне наконец удалось добраться до места, где собирались все Крысоловы. На входе в место, которое я мог лишь описать, как погрузочную станцию, они оставили двух жалких охранников. Надеюсь, они не пытались тем самым меня остановить, и если так, то моя самооценка опустится до уровня плинтуса.

Внутри гудела работа, причём в прямом смысле этого слова. Кто бы мог подумать, что та дыра, где Крысоловы держали рабынь и яростно бухали, была всего лишь одной из нескольких. На самом деле, они развернули настоящее производство, поработав над этим местом.

Я забежал внутрь и, спрятавшись за зелёными бочками, от которых откровенно несло формалином, присмотрелся. Когда сказал, что всё здесь выглядело, как настоящее производство, не оговорился. Перед тем, как отправлять «товар» в Старый город, где его передадут в руки Тысячников, над ним хорошенько работали. Несколько Крысоловов готовили те самые злосчастные капсулы, тщательно намывая их изнутри. Даю левую почку на изъятие, что потом туда зальют формалин из этих бочек и окунут бедных детей. К слову, о них.

Недалеко, в хорошо освещаемой зоне довольно просторного помещения, трудилась другая группа, предварительно выложив пятилеток на хирургическое столы. Сначала могло показаться, что они готовили их к операции, учитывая количество лежащих вокруг острых даже на вид инструментов. Однако, на самом деле, они вытягивали длинные резиновые шланги, подключённые к огромным пластиковым контейнерам.

Прежде, чем погрузить детей в капсулы, больные ублюдки тщательно их отмывали, уделяя особое внимание ушам, подмышками и паховым зонам. Я заметил, что среди них были и Железяки, с которых сняли весь допотопный хром, обнажая больные и опухшие участки их тел. С ними возились больше всего, так как из красных болезнетворных точек постоянно сочилась бурая жидкость, напоминающая гной.

Я и представить не мог, что они существовали подобным образом, и, пожалуй, жизнь длинною в год для них была спасением. В дело пускали даже Взросляков, которые без сознания, не открывая ртов, были похожи на обычных десятилеток. Однако главная проблема заключалась в том, что среди них я не видел ни Павлика, ни Фи.

Само помещение напоминало небольшую цеховую зону с будкой смотрителя на втором этаже, откуда за процессом следило руководство всей операции. На первом этаже проводили основную работу и подготовку к отгрузке, а, учитывая количество «единиц», остатки Крысоловы должны хранить в другом месте. Возможно, там меня и будет дожидаться Фи, если, конечно, она ещё жива.

В весь процесс было вовлечено порядка трёх десятков уродов, не считая тех, кто находился в комнате выше. Они не станут такой уж и большой проблемой, однако волновали меня не они. Среди Крысоловов были и те, кого совершенно не ожидал увидеть, а именно мутанты Шва, офицеры из Ордена и один человек, который сначала показался мне знакомым.

Он носил такой же длинный тёмно-синий плащ с высоким воротом, что и Ямидзава, и, судя по взгляду, скорее всего, тоже являлся агентом. Именно он созерцал с высоты наблюдательной комнаты за всем процессом и не отрывал взгляда от мытья детских тел. С агентом я тоже должен справиться, в конце концов, одного мне практически удалось убить, и с тех пор я стал намного сильнее.

Главная проблема заключалась в том, что в идеальной ситуации воспользовался бы нейрококтейлем и окрасил бы стены кровью. Однако в таком состоянии, плюс то, что мутанты были вооружены тяжёлым оружием, могут пострадать невинные дети. Дети, которых я сюда пришёл спасти. Нет, этот вариант не рассматривается. Шальная пуля может меня и не задеть, зато пролетит через всё помещение, срикошетит от стены, пролетит в вентиляцию и попадёт кому-нибудь прямиком между глаз. Опыт давно научил не спорить с хозяйкой случая, поэтому придётся сделать всё по-тихому.

Вряд ли у меня получится убить тридцать человек, разобраться с десятком стоящих на страже мутантов и убить всех, кто находится в наблюдательной комнате, включая агента. И всё это без единого звука. Нейролинк подсказывал, что есть несколько вариантов развития событий, но я сгрёб их в кучу, собрал в один общий шар и принялся вылепливать свой план.

Крысоловы меня не заметят, как и мутанты, а вот агент почувствует моё присутствие, если подпущу к нему червя Нейролинка. С ним, видимо, придётся разбираться последним. Я перебежал от бочек, к которым отправился один из работников, и скрылся за пластиковой цистерной, из которой поступала вода.

Можно собрать мерзавцев в общую сеть и избавиться сразу от всех, так как столь слабые разумы и банальный хром не смогут выстоять против моего червя. Я ещё раз