Бастард рода Неллеров. Книга 10 - Серг Усов

Дальше мы перешли к частностям, надолго я задерживать помощников не стал. Думал, начнут выспрашивать, с чего вдруг так срочно потребовалось чуть ли не бежать из столицы, однако соратники здраво рассудили, что если бы захотел, сам бы об этом сказал. Ну, а на нет и суда нет. Карл всё же, смотрю, немного расстроен. Надеялся застать рождения ребёнка. Ничего, успеет ещё повидать. К тому же, получилось ли у семьи Джессики обзавестись одарённым ребёнком, станет известно не раньше, чем лет через двенадцать-пятнадцать, а может, как в случае с самим Карлом, и ещё позже.

Строго настрого наказал хранить пока дату нашего отъезда в тайне ото всех. Даже вояки должны думать, что просто идёт подготовка к путешествию, которое состоится не так уж и скоро. Им сказал, а сам вот мучаюсь, что мне-то делать с Бертой? Ей когда сказать, что мы расстаёмся?

Скрывать от безумно нравящейся девушки вроде бы некрасиво, а с другой стороны, моя молчаливость поможет ей избежать упрёков принцессы, которая, уверен, попытается обвинить подружку в том, что та намеренно умолчала о спешном отъезде Степа. Берта ведь совсем не умеет врать. Краснеет как рак, брошенный в кипяток. Да и выражение лица становится виноватым.

Собираюсь уже вернуться в особняк и приступить к изготовлению амулетов отвода глаз — сигнал посреднику невидимок Эрик уже оставил — когда ко мне подбежал капрал Данг, неприятный тип со склочным характером, но отличный наездник и стрелок, что из лука, что из арбалета, в своё время капрала Герберт рекомендовал, дескать, хоть и неуживчивый, зато полезный в боях и походах.

— Милорд, там наёмник у ворот. Спрашивает, не нужны ли вам бойцы. — доложил Данг. — Я ему сказал, что все, кто нужны, уже служат. Но он настоял, чтобы передать вам это, — протянул он половинку медной монеты. — Говорит, вы знаете, для чего.

Конечно я знаю. Сам ведь монету рубил. Прибыл кто-то от милорда Джека Мстителя. Даже интересно стало, зачем. Мы вообще-то договаривались, что вче новости и сообщения он будет с оказией отправлять в Готлинскую обитель. А если бы гонец меня не застал в столице, и откуда бывший глава мятежа знает, что я в Рансбуре?

— Проведи его сюда, — приказываю и опять сажусь на скамейку.

Наверное я до отъезда из беседки так и не выйду, если в том же ключе всё продолжится.

Ха, могли бы обойтись и без пароля, в прибывшем мужчине, одетом в доспехи наёмников, легко узнаю Петра, одного из тех, кто привозил ко мне на исцеление Вику, подругу Мстителя. Хотя, нет, обрубок монеты — доказательство того, что Пётр здесь не сам по себе, а от милорда Джека.

— Ваше преподобие, — склонил передо мной голову гость.

— Данг, оставь нас, — приказываю капралу. — А ты садись, в ногах правды нет. Рад тебя видеть, Пётр, в добром здравии. С чем пожаловал?

Глава 22

О поражении, которое королевская армия потерпела в сражении на Перекатных холмах, мы узнали уже в Олске. Сражение между графом Борским, которого Эдгар Первый произвёл в маршалы совсем недавно, и принцем Филиппом состоялось ещё пять дней назад, но мы в это время тонули в грязи раскисшего от зарядивших почти с самого нашего отъезда из Рансбура дождей.

Да уж, немного переборщил я со временем пребывания в столице, надо было бы отправиться в путь неделей, а лучше парой, пораньше. Тогда самый гадкий участок дороги за Навором успели бы проскочить посуху. Так-то тракт кое-как поддерживается в более-менее приличном состоянии, однако есть участки в милю-две-три-пять, на которых вместо щебёнки или утрамбованного грунта в качестве дорожного покрытия выступало грязевое месиво.

Спасала магия, причём не только наша с Карлом. У Герберта из его шести оттенков два воздушной стихии, и он присоединился к нашим с милордом Монским стараниям по высушиванию наиболее влажных участков тракта. Так мы с помощью Создателя и добрались до Олска.

К городским воротам добрались уже затемно — сейчас день стал совсем коротким — но нас сразу же впустили. Алиса молодец, я как-то в дорожных заботах упустил момент раннего закрытия города, а она напомнила, и с пятёркой бойцов умчалась вперёд. Предупредила ратушу и замок о подходе нашей колонны, получила указание графа городской страже нас пропустить, а от ратуши распоряжение городским конюшням приготовить стойла.

Там же в конюшнях на сеновалах заночует и третий десяток второго взвода. Не с целью стеречь коней — да что с ними будет? — а в виде наказания за ту безобразную драку, которую эти лоботрясы устроили в Наворе. Там, правда, лесорубы из местной гильдии сами частично виноваты, незачем было задирать уставших после дороги и расслабившихся вином солдат славного аббата Готлинского, но всё ж в драку первыми полезли мои.

Мы с миледи Алисой остановимся в замке, воспользовались приглашением графа Олского, с чьей младшей дочерью, Хельгиной фрейлиной, я неплохо ладил, бывая при дворе, а с племянницей, преднастоятельницей женской обители Исцеляющих, познакомился ещё при своём первом посещении этих мест. Со мной и Ангелиной, хватит пока её одной, в графскую резиденцию отправились десяток солдат сержанта Николая Торела, заместителя и друга Эрика Ромма.

В нынешние средневековые времена здесь в Паргее, как и когда-то на Земле, случается, что один феодал может заманить к себе другого, напоить и убить. Графа Олского подозревать в таком намерении глупо, его владение граничит с Неллерской провинцией. Решись он на такое, от Олска камня на камне не останется. Однако Карл с офицерами, которые поселились в городских трактирах со своими подчинёнными, настояли, чтобы ночью мои покои сторожили наши бойцы. Что ж, ладно. Пусть выставляют караул. Хотя б ради моего престижа.

В прошлые свои поездки мне удавалось отпетлять от приглашения графа Андрея переночевать в его доме, и не зря — замок производил гнетущее впечатление, именно такими я представлял себе феодальные твердыни времён раннего средневековья. Мрачные стены и башни из тёмного камня, понизу покрытые мхом, мерзкий запах нечистот и гниющих трупов изо рва, трупы, раскачивающиеся не только на виселицах перед мостом, но и на четырёх выставленных в бойницы надвратной башни брёвнах.

До полуночи ещё часа три, но темнота, хоть глаз выколи, если б не большое количество факелов в руках дружинников на стенах