Его Сиятельство Вовчик. Часть 2 - Тимур Машуков

— Андрей не в счет, потому как что он есть, все знают, но видят его редко. К тому же, хорошее отношение к себе я заслужил не по праву крови, а по праву дел. А это, знаете ли, дорогого стоит.

В общем, ничего не предвещало беды, и даже никто там, наверху, не смеялся над моими планами хорошо провести время. Правильно, хватит уже. Дайте хоть один день прожить спокойно!!!

Ах да, сегодня же прибывает моя типа невеста. Где-то тут для нее даже подарок завалялся — мама мне его отдала еще вчера, а я его куда-то сунул. Порыскал по комнате… Ага, только я мог засунуть его в комод, причем так глубоко, что фиг сразу увидишь.

Повертел в руках. Коробочка, красивая. В бархате такая. И что внутри? Потряс — тишина. Надеюсь, она не пустая, а то облом будет. Но, судя по виду, что-то ювелирное. Пофиг что, главное, чтоб не кольцо обручальное. А то я знаю маму — вдруг захочет ускорить события.

Посмотрел на часы — до начала приема еще пять часов. Времени вагон, а я трезвый… Так, отставить бухать! Сегодня будем вести относительно трезвый образ жизни. А то буду гостей встречать улыбкой и крепким выхлопом. Я ж не Бим с Бомом, которые как-то раз перед своей днюхой умудрились так нарезаться, что и на ногах стоять не могли. Благо, хоть догадались молчать, а то конфуз бы случился. Они и трезвые ничего умного не скажут, а уж по пьяни тем более.

Пошел к Софе от нечего делать, но был вытолкан за дверь. Она, видите ли, наряжается и наводит боевой макияж. На мой резонный вопрос — зачем так рано, был удостоен возмущенного фырка. Оказывается, пять часов — это крайне мало, чтобы навести всю красоту.

Ляпнул, что она и без всякого очень даже ничего. На этот раз фырк был больше похож на мурчание, но внутрь все равно не пустила. Эх, кажется, реально сломал я сестру — тоска-печаль.

Так что, не придумав ничего лучше, пошел помогать Ладе. Она девушка хорошая и напрягать особо не будет. Иначе был шанс попасться на глаза отцу, и вот этот как раз таки может напрячь и сильно. А мне бы такую работу, чтобы поменьше работать.

Не прокатило. И чего, спрашивается, полез? Отправили следить за накрытием столов. И при этом ничего нельзя с этих самых столов утащить!!! Нет, так-то там почти ничего нет еще, но сам факт. Посмотрел я на это дело и понял, что не мое. Поэтому под благовидным предлогом удрал куда подальше.

Пробежался по поместью и окрестностям, стараясь не попасться на глаза отцу, выбесил брата, требуя от него подарок. Он, правда, так и не понял, что за подарок я хочу — у него там акции чего-то там повысились, и шла лютая заруба на бирже. В общем, я был культурно послан в неопределенном направлении с угрозой огня в морду, если не свалю. Пришлось валить, потому как слова у Андрея редко расходились с делами.

Вот так бездарно, доставая всех (а чего? Сегодня мой день и поэтому право имею), я и прослонялся четыре часа. А там уже приоделся в красивую одежду и пошел готовиться к встрече начинающих прибывать гостей.

И кто бы, вы подумали, приедет самым первым или первой? Вот ни в жизнь не догадаетесь, потому как я сам был в шоке и почти в истерике! Оказывается…

Ну да об этом далее. Буга-га-га-га!..

Глава 24

Глава 24

Стоим мы, значит, как культурные люди, встречаем подъезжающих гостей. Я довольный, Андрей недовольный — понятное дело, оторвали от важного дела. Он еще и попробовал уточнить, а что, собственно, происходит, за что получил подзатыльник от мамы. И сразу вспомнил, что у меня днюха, виновато улыбнулся и извинился.

Я, конечно, простил. На него в принципе нет смысла обижаться, потому как он этого даже не заметит.

В комитете встречающих, кроме меня и Андрея, были обе мамы и Софа. Батя дежурил чуть в отдалении — он у нас работает по самым важным гостям.

И тут подкатывает первая машина, из которой выходит… княгиня Зотова и моя бабушка по совместительству. И улыбка у нее на лице такая добрая, что у меня сразу сжались булки в предчувствии подвоха.

И я таки оказался прав — следом за ней из машины вылезла… Анна свет Николаевна Болконская! И тоже улыбнулась.

И что она тут делает, спрашивается⁈

Но я сделал приветливую морду, по-родственному раскланялся с бабушкой, пообнимался, учтиво кивнул Ане — ну а что мне еще было делать?

Если Ника что прознает, быть беде. Или не быть — тут как пойдет. Вот ведь чувствовал, что так просто все не начнется. А уж про закончится я вообще думать боюсь.

Андрей отправился их провожать в дом, а я увидел, что следом за одной бабушкой приехали еще три и дед, но уже по линии Романовых.

Ну да, они у меня есть — я ж просто не рассказывал о них. Да там и говорить-то особо нечего — живут в Ливадии, наслаждаются жизнью, к нам не лезут. Их дети, то есть, мои тети давно вышли замуж и живут за границей. В общем, что есть они, что нет — все равно.

С ними тоже обнялись, слуги споро утащили подарки — потом посмотрю. Этих повела Софа — вообще-то они дорогу сами знают, но так уж положено.

Следом заявилось семейство Меньшиковых — раскланялись, с Борей и Толей обнялись. Их пошла провожать моя мама, которая очень дружила с графиней Меньшиковой, Светланой. Гостей было положено завести в дом, а там уж им предоставлялась свобода, могли идти, куда хотят. В основном, все хотели на улицу, по причине летней духоты, так что шли в сад, где стояли накрытые столы с закусками.

Приехали Апраксины — этим я был рад, без преувеличения. Глава рода меня крепко обнял и поблагодарил за спасение Саши, который тоже был тут. Заверил, что Апраксины всегда будут на нашей стороне.

Батя все слышал и стоял, надувшись от гордости, как индюк. Богатый род, сильные связи и не только родственные. Хорошо же.

А вот и Скуратовы — большая семья, но меня интересовали не они, а точней, только одна из них, Ника. При виде ее я чуть не задохнулся от восхищения. Белое приталенное платье в пол, сложная прическа, комплект рубиновых сережек и ожерелья, от которых так и