"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

была под угрозой. – Причитал он, глядя на профессора. – Конечно, с этим мог бы справиться и один охранник, но, знаете, я им всем не доверяю, чтобы вот так, без присмотра, оставлять дорогую вещь! А ваш Ромич точно не предаст, уж это я вижу точно!

А мне хотелось вцепиться в эти бесстыжие глаза ногтями! Нет! Вы только послушайте, как принца сопровождать, так он не может отказаться от дополнительного охранника, а как парнишку оставить, а потом ждать, когда он всего с одним сопровождающим нас нагонит по тем же опасным землям, так это пожалуйста! Сволочь!

Однако, отказать профессор не мог, так как в этой ситуации сильно зависел от купца. Все-таки двигаться по неизвестным землям караваном гораздо безопаснее и проще, чем втроем. Нанимать же каких-то незнакомых людей для сопровождения, тоже чревато определенными трудностями. В общем, профессор, скрежетнув зубами, дал обещание, что оставит Ромича в городе. Однако, потом долго с ним о чем-то беседовал и что-то вручил, отчего у Ромича глаза на лоб полезли.

- Ну что, наезднишки. – Подъехал к плетущимся в конце колонны нам, чтобы в очередной раз позубоскалить, Зарух. У него в речи слышался небольшой акцент, отчего он часто говорил вместо «ч» и «ж» «ш» - Как дела?

Мы с Наримом даже не ответили, измученные постоянно болью, и лишь покосились на него исподлобья. Лицо парня исказило какое-то непонятное чувство и он, резко пришпорив коня, поскакал прочь, что-то злобно выговаривая себе под нос. Но мы почти не обратили на это никакого внимания, постепенно скатываясь в некое отупленное состояние. До вечерней стоянки оставалось совсем немного и я надеялась все-таки дотянуть до этого времени, а потом найти какой-нибудь ручей или бадью с водой и просто без прикрас засунуть туда свою задницу, чтобы хоть ненадолго остудить тот пожар, что сжигал мое тело ниже пояснице, хотя, поясница тоже побаливала, но в сравнении с остальной болью, эта не требовала даже внимания.

На этот раз привал планировалось осуществить в небольшой деревеньке по ходу следования нашего каравана и, в отличии от предыдущей ночи, которую мы провели на еловых ветках, нам выделили комнаты в доме старосты. Одну нам троим, и одну купцу с профессором, если быть точнее. Сам же староста со старшим сыном пошел спать к соседям. Мы с Наримом, отказавшись от ужина, на который не было ни сил, ни желания, сразу же поплелись в комнату, где просто упали ничком на соломенные тюфяки и тут же то ли просто отключились, то ли почти потеряли сознание. Подозреваю, что Нариму было еще паршивее, чем мне, но он не жаловался. Я хотела еще перед сном снять штаны и осмотреть пострадавшее место, помазав заживляющей мазью, которая спасла нас вчера вечером, но, повторюсь, сил ни у меня, ни у него не хватило.

Проснулась я от звуков заковыристого мата. Повернув голову, в свете свечи, я увидела, как Зарух склонился над Наримом, с которого уже успел приспустить штаны.

- Вы ненормальные! – Глядя на меня, наконец, выдал он что-то более- менее цензурное. – Я уже два дня слешу за вами! И даше припомнить не могу более упрямых дураков! Шего? Ну, шего вы добились своим молшанием? Вы же завтра в седло уже не сядете, а если сядете, то просто вырубитесь от боли!

- Мы сядем. – Упрямо проговорила я.

- Ты? – Зло усмехнулся он. – Ты мошет и сядешь, а вот он, даше сейчас не реагирует на мои прикосновения!

Я попыталась встать, чтобы проверить, как там Нарим, однако, от движения нижняя часть заболела так, что из глаз сами собой брызнули слезы. А Зарим снова выругавшись, вылетел из комнаты, чтобы вернуться минут через пять. А когда приступ боли схлынул, я начала понимать какой была непроходимой дурой! Ладно сама, так я еще и пацана чуть не уморила! Ведь вон, лежит и даже не шевелится! Благо, видно, что дышит. От самобичевания меня отвлек голос Зарима:

- Сейшас принесут воды, нушно будет промыть ваши раны, а потом я нанесу порошок и мазь. Взял у лекаря.

Я попыталась что-то возразить, но он меня оборвал:

- Да не дергайся ты! – Неправильно понял он меня. - Я никому не сказал, что для вас. Сам все сделаю, никто и не узнает, какие вы безмозглые обезьяны!

От подобной тирады  у меня чуть глаза из орбит не вывалились. Зарух будет нас лечить? Зарух будет нас прикрывать?

- З-зачем? – Все же не могла не поинтересоваться я.

- Что зашем? – Не понял мальчик.

- Зачем ты все это делаешь?

Он посмотрел на меня долгим немигающим и каким-то взрослым взглядом, но ответил.

- Знаешь, как воспитывают мальчиков в Турании? Не всех, конечно, но многих.

- Нет. – Даже попыталась покачать головой я, но вовремя спохватилась.

- Каждый мальчик долшен быстро усваивать науку, и если у него этого не полушается, то его бьют розгами. Сильно бьют, чтобы запомнил и никогда больше не повторял ошибок. Так вот, глядя на вас с Наримом, я понял, что он очень глупый, а ты очень везучий.

- П-почему? – Даже начала заикаться я от подобных выводов.

- Потому что его шасто и сильно бьют, а тебя нет, хотя и стоило бы.

- Т-то есть, как бьют? – В полном шоке от подобной информации выдала я.

- О! Да я смотрю в тебе наблюдательности, как у слепого крота! Неушели ты не видел, как часто он передергивает плечами, при резких двишениях? Явный признак, что рубец на спине беспокоит или рубцы. Да и я, после того, как отбыл воспитатель, жил в Ворвеле в соседней комнате с ним и прекрасно слышал как этот жирный боров  приходил его учить жизни и бил не щадя розог.

У меня даже в глазах потемнело от этих откровений. Слепая! Какая же я слепая и глупая!

- Знаешь, я даже могу понять этого недотепу. Ну, не хотел он давать опекуну лишнего повода для «учебы» вот и терпел изо всех сил. Но ты! Ты-то шего молчал? Никто бы тебе и слова не сказал! Я же видел, как к тебе все относятся! Тьфу. – Сплюнул он на пол. – Как к девчонке какой относятся! Разве что платье не одевают.

Я была просто убита этими откровениями и на поддевку даже не обратила внимания.

В это время, в комнату тихонько постучались, и Зарух, не впуская никого внутрь,