Современная зарубежная фантастика-5 - Стивен Рэй Лоухед

Все в ужасе переглянулись и отвечали в один голос:

— Путь наш ясен, король и повелитель. Надо тебе идти войной на Ибернию, выручать сестру и везти ее домой, дабы положить конец этому унижению.

Бран согласился. Он собрал дружину — а лучшей дружины еще не видел Остров Могущественного — и отплыл из Абер-Менеи в Ибернию. И воины его были один лучше другого.

И свинопасы Маллолоха пасли свое стадо на морском берегу и завидели флот Брана. Они побросали свои палки и, не заботясь о том, что свиньи разбегутся, побежали к королю, который в это время держал со своими приближенными совет.

— Луг вам в помощь, — приветствовал их ирландский король. — Какие у вас вести?

— Господин, мы видели удивительное зрелище. Такое, что удивительнее его трудно вообразить, — отвечали свинопасы.

— Говорите же скорее, что вы такое увидели.

Они отвечали напрямик:

— Не думай, что мы пьяны, господин, но мы видели лес в волнах, где прежде не росло ни единого дерева. Более того, лес этот движется на нас. Вообрази!

— Поистине удивительное зрелище, — отвечал Маллолох. — Видели вы что-нибудь еще?

— Мы видели гору посреди леса. Из вершины ее била молния, а в расселинах бушевал гром.

— Грозовая гора, окруженная лесом, — задумчиво повторил Маллолох. — Говорите, она надвигается на нас?

— Да, государь. Что бы, по-твоему, это могло значить?

— Жизнью клянусь, не знаю. Однако женщина, на которой я был женат, весьма разумна. Давайте спросим ее.

И король с советниками отправились к Бронвен и спросили ее:

— Госпожа, растолкуй нам это диво.

— Хоть я больше не госпожа, — отвечала она, — я прекрасно знаю, что это такое. Ллеу ведает, свет давно не видывал подобного зрелища.

— Так ответишь ты нам?

— Отвечу. Это все воинство Острова Могущественного плывет на бой. Полагаю, брат мой Бран Благословенный прослышал про мою горькую участь и явился за мной.

— Что же это за лес мы видели?

— Это мачты и весла кораблей и копья воинов, которые на них.

— А что это за гора?

— Это сам Бран в гневе.

Ирландцы услышали это и испугались.

— Господин, не дай им напасть, ибо они перебьют нас без всякой жалости.

Маллолох отвечал с горечью:

— Луг свидетель, вы сами навлекли на себя эти бедствия.

— Нечего нас укорять, — отвечали злодеи, — лучше защищай, как тебе положено.

— Из-за вас это нелегко будет сделать. Клянусь Тутатисом, все вы аспиды и ехидны! Век бы вас не знать. Однако я поступлю, как считаю лучшим: уступлю престол Гверну, родичу Брана. Он не станет воевать с сыном своей сестры.

И Маллолох отправил гонцов к Брану сообщить тому эту весть, когда он вступит на берег.

Гонцы повиновались и учтиво приветствовали Брана, когда тот вступил на берег с обнаженным мечом.

— Какой ответ передать нашему повелителю? — спросили они.

— Скажите своему господину, что не будет ему ответа, покуда он не предложит мне что-нибудь получше.

Ирландцы вернулись к своему господину, а звон обнаженной стали стоял в их ушах.

— Господин наш и защитник, — доложили они. — Бран сказал, что не будет тебе ответа, покуда не предложишь ему что-нибудь получше. Наш тебе совет — приготовь ему что-нибудь получше, ибо мы не лжем и он не желает слышать о том, что мы ему говорили.

Маллолох печально кивнул.

— Тогда скажите брату моему Брану, что я выстрою ему величайшую крепость, какую видывал свет, с таким залом, чтобы в одной половине помещались все его люди, а в другой — все мои. И пусть он владеет Ибернией и Островом Могущественного, а я буду при нем управителем двора.

И советники вернулись к Брану и передали ему это предложение, которое его удовлетворило, так что он сразу согласился. И они заключили мир и начали строить крепость с огромным домом.

И люди со всей Ибернии принялись рубить для него лес и разговаривали между собой, как все работники. Эвниссиэн, притворившись одним из них, стал сетовать на жестокость Брана и несправедливость его правления. Подстрекаемые Эвниссиэном, работники начали говорить:

— Негоже, чтобы наш господин и повелитель стал управителем двора в собственном королевстве. Для него это большое бесчестье, да и для нас тоже.

И работники устроили ловушку: прибили по крюку к каждому столбу, повесили на каждый крюк по кожаному мешку и посадили в каждый мешок по свирепому воину.

Когда дом был готов, Маллолох послал известить Брана. Эвниссиэн узнал про это и поспешил войти в дом вместе со всеми. Он кривился на богатый чертог, словно на самую жалкую пастушью лачугу. Обратив коварный взор на ближайший кожаный мешок, он спросил:

— Что это?

— Ячмень, — отвечал один из работников.

Словно желая пощупать зерно, Эвниссиэн запустил руку в мешок, нащупал голову воина и сдавил ее так, что его пальцы сквозь кости вошли в мозг.

И как он сделал с первым мешком, так поступил и со всеми остальными мешками по очереди, так что никого из двухсот воинов не осталось в живых.

— Ну вот, — радовался он про себя, — пусть ирландцы узнают и вознегодуют, что сотворил Бран с их родичами.

Тут подошли и все остальные. Люди Ибернии сели по одну сторону от большого очага, а люди Острова Могущественного по другую.

Заключили мир, и король Ибернии, сняв с себя гривну, протянул ее Брану.

Увидев это, Бран сменил гнев на милость и сказал:

— У меня есть гривна и вдоволь людей и земель. Пусть моя сестра вернется на прежнее место, а больше ничего мне не надобно.

Маллолох услышал это и зарыдал от радости.

— Воистину благословен ты, — вскричал он. — Ты обходишься со мной лучше, чем я заслуживаю.

— Зачем же мне плохо обходиться с родичем? — отвечал Бран.

— В залог чести, которую ты мне оказал, — промолвил ирландский король, — пусть мой любимый сын, а твой племянник, выйдет вперед. Его коронуют вместо меня, а я буду ему служить, как служил бы тебе.

Вывели маленького Гверна, и Маллолох надел гривну на него. И всем, кто его видел, полюбился мальчик, ибо не было еще отрока красивее и благороднее.

И тут заговорил Эвниссиэн, чья душа