Доспех духа 1-11 - Фалько

— Здесь, — он похлопал по ящику, на котором сидел, — тело. Я знаю технику, неотличимую от черного огня. Ни у кого вопросов не возникнет.

— Что за техника?

Мужчина посмотрел на меня, немного наклонив голову.

— В смысле, что за «черный огонь»? — добавил я. — Никогда о таком не слышал.

— А, понятно, — он кивнул. — Существует группа наемных убийц, которая так и называется Черный огонь. Их отличительной меткой является умение самовозгорания, когда тело сгорает за считанные минуты в очень жарком пламени. Остаются лишь сильно обугленные кости и установить личность после этого крайне сложно. Нужно говорить, что ни одного из их группы еще не взяли живым?

— Никогда о них не слышал, — я посмотрел немного удивленно на собеседника и ящик под ним. — Хорошо, скажу герцогу, что преследовал мастера воздуха и он сам себя поджег.

Он кивнул, встал с ящика, снял крышку и легко вытащил тело с мешком на голове. Встряхнул его и бросил на землю.

— На железнодорожном вокзале Рима есть камера хранения, — сказал он. — Рядом стойка с администратором. Если оставить письмо для седьмой ячейки хранения, я узнаю о нем в течение суток. Ответ придет туда же. За умеренную плату решу любую проблему.

— Нет, спасибо, я предпочитаю самостоятельно решать собственные проблемы.

— Ситуации бывают разные, — многозначительно сказал он.

— Странно, что такой человек, как ты, занимается подобным. Частные заказы, особенно на головы самой высокой знати — это какой-то особо хитрый способ самоубийства.

Он выпрямился, полез в карман за третьей сигаретой, закурил. Интересно, как он их поджигает так ловко?

— Деньги нужны, много и сразу — неохотно признался он.

— На яхту не хватает? — улыбнулся я и быстро поднял руки, почувствовав холодок на спине. — Прости, прости, не хотел обидеть. Просто мы на днях катались на яхте герцога, которая стоит миллионов двадцать пять. Для него это деньги на развлечение, а свободному наемнику подобную сумму не собрать и за всю жизнь.

— Это правда, — сказал он так холодно, что я подумал, как бы сигарета у него в руках ни превратилась в сосульку. — Но мне деньги нужны не на яхту. Чтобы долг не рос, мне в этом году нужно собрать еще восемь миллионов.

Было видно, что он пожалел о сказанном. Он пару раз сжал и разжал кулаки и мне показалось, что даже воздух немного похолодел. Выходит, тема эта очень болезненная, но я все же решил ее немного развить.

— Если это только проценты, то стесняюсь спросить, насколько большой сам долг? — я нервно хохотнул, затем откашлялся. Оглядевшись, нашел недалеко удобный ящик и уселся на него. — Проще помереть, чем отдать. Или прибить того, кому должен. У меня знакомые наемники за пару сотен тысяч убивали. Нет… ну… Хочешь, я твоим кредиторам сообщу, что прикопал тебя здесь, под виноградником?

— Они отнюдь не глупые люди, — он покачал головой, закрыл большой ящик крышкой и уселся на него. Посмотрел на тело, лежащее перед нами. Вроде немного успокоился. — Мне умирать нельзя. Иначе я бы рассчитался с ними, как подобает…

— Я за сумму, в десятки раз меньшую, чем проценты по этому долгу, найду команду наемников, которые и из подвалов королевского дворца кого хочешь вытащат. Если они кого-то из твоих родных в заложниках держат…

На меня посмотрели, как на ребенка, ничего не понимающего в жизни. Но голову даю на отсечение, что я попал почти в цель.

— Хотел тебе работу предложить, — сказал я задумчиво. В голову залетела мысль, закружилась, привлекая внимание и говоря, что она очень хорошая и ее не надо выгонять. — Один арабский принц досаждает двоюродной сестре короля Италии и портит мне планы.

— За пятьсот тысяч он прекратит досаждать и портить, — сказал мой собеседник. — Деньги вперед, только наличными или драгоценными камнями.

— Ты знаешь, что расценки у тебя грабительские?

— Принц, — он начал разгибать пальцы на левой руке, — наверняка охрана в виде мастера, возможно, двух, плюс недовольство местной власти.

— А ты никогда не хотел поработать на какой-нибудь клан? Или даже войти в его состав вместе с семьей?

— Платят мало, — довольно быстро ответил он.

— А сколько ты должен? — уточнил я. — Есть у меня на примете маленький клан, который, правда, только собирается заявить о себе. Но он перспективный, с большими связями и сильнейшими в мире мастерами.

— И они готовы расстаться с сотней миллионов ради старого мастера? — саркастически хмыкнул он.

— Деньги, конечно, огромные, — я слегка поморщился. — На них можно целую флотилию кораблей построить, команду нанять и еще груз закупить… Есть у меня в заначке штука, которую можно продать за эту сумму. Надо только пару звонков сделать. Ты торопишься?

На меня ночной гость посмотрел подозрительно и оценивающе.

— Давай сделаем так, — я встал. — Я сейчас сбегаю к дому за телефоном. Если вернусь и обнаружу горящее тело, то останемся при своих. Утром скажу герцогу, что дрался с воздушным мастером и он сам себя сжег, чтобы не сдаваться. Оставь только рядышком пару стержней, которые вокруг летают. Если дождешься меня, поговорим предметно. Долг у тебя астрономический, ничего не скажешь. Но если с помощью денег можно решить все проблемы, то я готов сделать вложение на развитие клана. Только один маленький вопрос, перед тем как мы возьмем паузу для размышлений. Мы как-то спешили на помощь англичанам, отдыхающим в бухте Фунду, но не успели. До сих пор интересно, из-за чего все произошло. Говорят, что они партию алмазов присвоили.

— Фунду, — он произнес это слово сквозь зубы. — Надо заплатить местным шаманам, чтобы подняли тела из могил и снова их убить. Эти крысы несколько лет отщипывали от каждой партии десять, иногда пятнадцать процентов. А когда все вскрылось, продались американцам.

— Тогда хорошо, что мы опоздали, — сказал я. — Сейчас телефон принесу и побеспокоим несколько важных людей в Англии.

Пока я шел к дому, было время все еще раз тщательно обдумать. Деньги, пусть и огромные, сейчас не играли большой роли, задумка была в другом, и до этого момента я никак не мог найти повод воплотить ее в жизнь. Мама бы на это ни за что не согласилась, но брат обязательно одобрит. Скажет, что я слишком расточительный, но поддержит.

Войдя в дом через главный вход, оказавшийся незапертым, я поднялся в свою комнату, нашел телефон и спустился тем же путем. Во дворе, освещенном парой уличных фонарей, меня ждал Джим в шортах и сланцах. Почувствовал кинетическое поле, про которое я забыл.

— Все нормально, — негромко сказал я. — Присмотрите с Василием за домом, а я прогуляюсь немного. Здесь недалеко, метров двести