Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

— Ты ведь знаешь, о чём я хочу поговорить? — начал Колин после нескольких ничего не значащих реплик о моей работе и самочувствии.

— Догадываюсь, — вздохнув, не стала ходить вокруг да около, с удобством устраиваясь в кресле для посетителей.

— Я не знаю, как начать, чтобы тебя не обидеть, но…

— Не тяни, говори уже прямо, — поморщилась я.

— Так каким образом ты оказалась в постели с Райзеком? Он тебя не принуждал — это точно не в его духе. Да и выглядела ты потом не так, как жертва насилия. То есть ясно, что всё не добровольно, но и не силком. Чем он тебе угрожал, на что надавил? Мне нужно знать, чтоб в дальнейшем я мог тебя защитить, — начал Колин строгим тоном.

— От кого? — перебила его я, заинтересовавшись.

Не то, чтобы всерьёз опасалась, но всё же. Райзек в заключении, второй такой точно на моём пути попасться не может, а на задержания меня пока не берут. Так от кого меня можно желать защитить, в ком видит опасность?

— Да хоть от тебя самой. Что он сказал такого? Как вынудил пойти на это? — Колин повторил вопрос, упёршись локтями в стол и с напряжением всматриваясь в моё лицо, словно пытаясь на нём прочитать ответы.

— Он мне не угрожал. Наоборот, пообещал не причинять вреда и собирался вскоре покинуть мой дом. Я должна была его задержать, — пересилив себя, ответила ровным голосом, устремив свой взгляд в стол, с преувеличенным интересом рассматривая старые царапины на его поверхности.

— Не понимаю. Какой смысл пытаться задержать его, если неизвестно, чем всё закончится и получится ли освободиться? Демоны с ним! Пусть бы уходил, девочка моя, зачем? Всех не поймаешь, всех не спасёшь, запомни уже наконец! — воскликнул Колин, откинувшись на спинку кресла, растерянно мотнув головой.

— А мне было плевать уйдёт он или нет, веришь? — негромко хмыкнув, почти спокойно сказала тихо.

— Что? — Колин даже замер от удивления.

— Всех не спасёшь — это верно. Но я пыталась спасти тех, кого могла, — произнесла медленно, всё так же, избегая смотреть на дроу.

— Ты о ком сейчас? — недоумённо вскинул брови мужчина.

— О Тайлере, Алане и Дилане.

— О рабах, что ли? Зачем их спасать? Они не один год жили с Райзеком, если вернулся за ними — ничего особо смертельного им не грозило. Да и в любом случае они не стоят того, чтоб ради них так рисковать. Особенно тебе! — нахмурился Колин, на лице которого было открытым текстом написано непонимание.

— А это уже мне решать. Они живые, понимаешь? Со своими стремлениями, мнением, чувствами. И я буду их защищать, насколько смогу. Более того — через год планирую и вовсе освободить, дам возможность самим построить себе такую жизнь, какую захотят, — с вызовом высказалась я.

Понимала, что мои взгляды на жизнь немного отличаются от общепринятых, но ничего поделать не могла. В нашем доме никогда не было рабов отнюдь не потому, что мы не могли их себе позволить. Раньше к этому всему относилась нейтрально, особо не вникая в проблемы взаимоотношений хозяев с рабами, наивно веря, что законы в большинстве случаев соблюдаются. Но сейчас, столкнувшись со всем этим вплотную, ещё раз переосмыслила свои взгляды.

Тем не менее после этой моей фразы Колин будто бы по-новому на меня посмотрел и усмехнулся каким-то своим мыслям, практически мгновенно успокаиваясь.

— Вся в мать, чего ещё можно было ожидать? Тоже была поборницей за справедливость, защитницей обездоленных… Знаешь, мне многое хотелось бы сказать на этот счёт, но не буду. Это твоя жизнь и принимать решения, которые могут на неё повлиять, лишь тебе. Даже если не принимать во внимание то, что произошло, не скажу, что одобряю твою привязанность к этим рабам. Но, должен признать, их общество действительно повлияло на тебя положительно. Ты стала более живой, что ли. Как любила говорить твоя мать — они подарили тебе крылья. Не знаю, причина в этом шикарный секс или просто само осознание того, что ты несёшь за них ответственность, но это явно идёт тебе на пользу. И всё же не увлекайся слишком сильно. Хочется тебе — отпускай через год, твоё право, но будь осторожна. Ты же знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне за помощью или советом, — высказался Колин, посерьёзнев.

Я помолчала, что на это можно сказать — понятия не имела. Разговор, которого так опасалась, получился странным и непонятным. Тем не менее, неприятные воспоминания не всколыхнул, как опасалась, и одно уже радовало. Разве что упоминание о матери, которая умерла, когда я была ещё совсем маленькой, заставило загрустить.

— Знаю, Колин, и ценю это. Я пошла? — после непродолжительного молчания всё же ответила, поднимаясь со своего места.

— Погоди. Что не так с тем рабом, которого ты таскаешь с собой в участок? — поинтересовался Колин почти равнодушно.

— О чём ты? — я довольно искренне изобразила удивление.

— Вот только не надо. Твоё недоверие больно ранит. Во что ты успела ввязаться такое, о чём я не знаю? — спросил он, поморщившись.

В этот момент мне как никогда раньше захотелось рассказать ему всё и о магии Дилана, и об ошейнике, и о странных иллюзиях Райзека. Но я промолчала. Что собой представляет маг-иллюзионист в столице и так должны знать. А вот о Дилане и всем, что с ним связано, чувствую, лучше молчать. И дело здесь совсем не в недоверии. Подставлять начальника и вынуждать его нарушать закон совсем не хотелось. Рисковать Диланом тем более не могла. Поэтому улыбнулась ему как можно беззаботней и встала из-за стола.

— Я не скрываю ничего из того, что тебе следовало бы знать, можешь мне верить. Спасибо за заботу. У меня всё в порядке, правда. Кстати, когда я могу приступить к своим прямым обязанностям боевого мага? Почему все выезды обходятся без меня? — поинтересовалась, воспользовавшись моментом.

— Ты неисправима, — вздохнул Колин.

По нему было видно, что моим словам он не поверил, но что не стал настаивать на немедленном ответе, уже радовало. И следующие полчаса я потратила на то, чтобы убедить его вновь позволить мне выезжать на места преступлений. К счастью, вполне успешно.

* * *

Следующие несколько недель пролетели незаметно. Само собой получилось, что с парнями теперь спала по очереди, старалась две ночи подряд не брать ни одного из них в свою кровать. К счастью, ревности друг к другу у них всё равно не было. Конечно, постельным утехам предавалась не каждый день, всё же я не секс-машина, да и временами до