Четвертый всадник - Алексей Валерьевич Шмаков

Уж очень комично выглядела Ленка, готовая взорваться от ярости.

— Они даже не понимают, как сильно влипли, — буквально прорычала рыжая. — У каждого на заднице будет постоянно вырастать молодая крапива, а любая одежда будет колоться.

— Не получится, — покачал головой Гришка. — И Ульяна, и Варвара с Денисом легко разбираются с твоими заклинаниями. Тут нужно действовать куда тоньше. Предлагаю сделать так, чтобы в школу они пошли не менее красочными, чем мы.

— Только без всяких красок. Исключительно магия. Так они точно долго не смогут отмыться и будут вынуждены просить у нас пощады, — улыбнулся я, уже разработав план.

— Ты же знаешь, что я бесхребетная бабушка и смогу так поступить с Алёшей, — глядя на меня, сказала Алёна.

— Ты и не сможешь ему помочь. Всё продумано, — ответил я и сделал шаг в сторону.

Ладошка Алёны пролетела мимо.

— Голосуем, — чтобы не разводить политесов, сказала Мира, и через минуту практически единогласным решением было принято моё предложение.

Осталось только поймать шутников и привести казнь в исполнение. И, что не мало важно, не попасться их родителям.

Если бы Каспер сейчас был рядом, он бы одобрил. Наставники исчезли, когда у нас родились первенцы. Как ни странно, в один день. С тех пор началась новая, но ничуть не менее интересная жизнь.

И вот спустя полвека мы собрались вместе с детьми и внуками, чтобы отметить это великое достижение и показать всему миру, что Великолепная Четвёрка ещё на коне.

Запустить наше величайшее заклинание, которое готовилось почти сорок лет.

Если кому и суждено переплюнуть нас, то это станут сорванцы, осмелившиеся бросить нам вызов.

— Что же, эта битва будет легендарной! — сказал я, обводя взглядом тех, кто всё это время был рядом.

Всегда приходил на помощь и никогда не отворачивался.

Тех, с кем я всегда чувствовал себя тем ребёнком, который, несмотря на все преграды, шёл следом за манящим запахом выпечки.

Тех, чьё присутствие позволяло вернуться в детство.

Куда уходит детство —

В какие города?

И где найти нам средство,

Чтоб вновь попасть туда?

Оно уйдёт неслышно,

Пока весь город спит,

И писем не напишет,

И вряд ли позвонит.

Конец.