Имя мне Месть - Евгений Фронтикович Гаглоев

Черная блестящая масса хлынула на пол непрерывным потоком. Но это была не жидкость. Холодея от ужаса, Марат смотрел на нечто копошащееся, шуршащее, поблескивающее в темноте. Черная дрянь стремительно растекалась по полу, заполняя свободное пространство.

Он начал отступать назад, брезгливо морщась, а копошащаяся масса уже достигла его ботинок. Марат испуганно вскрикнул, когда ледяное нечто проникло под штанины, поползло вверх по ногам. Еще раз взглянув на пол, он наконец понял, что это тысячи крупных черных тараканов.

Твари валились изо рта мертвой девчонки, словно черная нефть, хлеставшая из толстого брандспойта. Ее лицо и грудь покрывали быстро расползающиеся тараканы, они копошились в ее волосах, ползали по широко распахнутым белесым глазам.

Марат взвыл от ужаса и ринулся к двери, но споткнулся и растянулся на полу. Мелкие копошащиеся твари ползали под его одеждой, по лицу и голове, их были сотни.

Сотни игл вошли в его кожу, они впивались в его ноги, живот, грудь. Марат начал яростно бить себя ладонями, силясь избавиться от этой напасти, но тараканы были повсюду. Он чувствовал их везде. Из-за постоянных укусов ему казалось, что все его тело охвачено огнем. Нужно было немедленно убираться отсюда!

Мертвая девчонка сипло хихикала, давясь тараканами, сыплющимися из ее глотки, а потом, сутулясь, заковыляла к нему.

Марат с криками молотил себя по голове, пытаясь стряхнуть жутких тварей. Он вскочил на ноги, неуклюже ринулся к двери, но тараканы уже проникли в уши, лезли в глаза. Сразу несколько насекомых нырнуло в рот, и Марат поперхнулся, чувствуя на языке их шевелящиеся конечности. Закрыв рот, он услышал тихий хруст, и на его языке разлилась едкая горечь. Он сплюнул и закрутился волчком на месте, стряхивая с себя мерзких существ.

Теперь тараканы покрывали все вокруг – пол, стены и потолок. Марат уже не видел мертвую девчонку, но чувствовал, что она где-то рядом, насмехается над ним. Несколько тварей попыталось пролезть в глаза, и он взвыл, чувствуя их укусы. Тараканы тут же хлынули ему в рот, в ноздри, они нещадно впивались в веки и глазные яблоки.

Марат снова споткнулся и рухнул на пол, и тараканы облепили его с ног до головы. Шевелящийся поток устремился вниз по пищеводу, проник в легкие. Вопль Марата оборвался, сменившись предсмертными хрипами. Тараканы накрыли его сплошной пеленой, и тьма сомкнулась над ним.

Глава 42

Голоса из прошлого

Зинаида Николаевна отперла дверь комнаты и переступила порог. Страшное содержимое большого старинного сундука покоилось там уже восемь месяцев. В каморке висел густой запах пыли и хозяйственной химии, перебивая все остальные запахи.

Зинаида мрачно улыбнулась. Владимир всю жизнь ненавидел и презирал мать. Но она отплатила ему за все обиды, хотя он об этом не догадывался. Две его любовницы погибли в этом доме, и старушка-мама имела самое непосредственное отношение к обеим смертям. Если бы только Владимир знал. Как ей хотелось увидеть лицо сына в этот момент. Но… нельзя было допустить, чтобы правда вышла наружу.

Поэтому следовало немедленно избавиться от этого мусора. Марату всего-то и надо, что вытащить сверток из дома и уложить его в багажник машины. С его силищей на эту операцию много времени не потребуется.

Решетникова прошла в центр комнаты. Здесь ощутимо пахло пылью и гнилью, старыми вещами, которые давно отслужили свое. Запах химии не мог полностью заглушить отвратительную вонь. Зинаида Николаевна и сама ощущала себя старой пыльной тряпкой, давно отслужившей свое… Ей бы только дожить достойно, в богатстве и довольстве, но для этого придется еще немного попотеть. Жаль, что Роман Кукушкин не успел найти венец Марголеаны. С ним ее банковский счет стал бы гораздо весомее. Но увы. Придется Сэнтери повременить с заключением сделки.

В комнате отчего-то было очень холодно. Даже пар шел изо рта. Зинаида Николаевна изумленно огляделась по сторонам. Почему здесь такая низкая температура? Окно было закрыто и плотно зашторено. А на пыльном ковре отчетливо виднелись чьи-то следы. Старуха замерла. Следы принадлежали постороннему, точно не ей. Неужели еще у кого-то имелся доступ в эту комнату? Нет, исключено. Ключ был только у нее и ни у кого больше!

Пока она стояла в растерянности, воздух в комнате наполнился странным шумом, шелестом и стрекотанием невидимых крыльев, тихим невнятным шепотом, и это напугало старуху сильнее всего. Что-то тихо шипело в полумраке, хрипело, проговаривало какие-то странные слова, складывая их в древние заклинания.

Или ей это только казалось? Но беспорядок в комнате ей точно не примерещился. Часть коробок, всегда аккуратно сложенных у стены, была раскидана по полу, словно кто-то недавно уронил всю пирамиду. В комнате снова послышался шелест полиэтиленовой пленки. Что-то зашевелилось в темноте, а затем протяжно скрипнуло старое дерево.

Зинаида Николаевна испуганно обернулась. Сквозь запах моющих средств внезапно пробилась тошнотворная вонь протухшего мяса. Но этого не могло быть!

Крышка старого сундука за ее спиной медленно поднималась. Оставшиеся коробки рухнули с нее, раскатившись по полу.

На глазах Зинаиды Николаевны из сундука встала невысокая фигура, закутанная в длинные полосы старой пластиковой пленки, скрепленные широкой клейкой лентой. Сквозь полупрозрачную оболочку полиэтиленового савана, заляпанную изнутри темными пятнами, фигура казалась костлявой и темно-коричневой. Из прорех торчали свалявшиеся черные волосы, склеившиеся от давно высохшей крови.

– Нет! – изумленно прошептала Зинаида Николаевна. – Это… это нереально…

Когда жуткий призрак перекинул правую ногу через высокую стенку сундука, старуха закричала. Воздух в комнате стал таким холодным, что легкие заледенели у нее в груди.

Сгорбленная фигура, закутанная в полиэтилен, выбралась из сундука и медленно двинулась к старухе, шелестя пленкой. За прошедшие месяцы тело иссохло и сморщилось, превратившись в отвратительную мумию. Ее кости трещали и хрустели при каждом движении, но она неумолимо продвигалась вперед. Длинный кусок пленки, обмотанной скотчем вокруг тощей шеи, тянулся за мертвячкой, словно жуткий шлейф. Из-под шуршащих покрывал доносилось тяжелое сиплое дыхание и тот самый невнятный шепот, который слышала Зинаида Николаевна.

Решетникова, едва дыша от страха, попятилась назад. Шепот, звучавший в ее ушах, вдруг усилился, разделяясь на множество голосов из ее прошлого.

«Как ты могла так поступить?» – спрашивала ее подруга Зина.

«Я лишь использовал тебя», – вторил ей Николай Решетников.

«Старая ведьма», – с ненавистью шипела Анжелика.

«Вам еще что-нибудь нужно?» – издевательски спрашивала горничная Ирина.

– Нет, – прохрипела Зинаида Николаевна, ударившись спиной о дверной косяк. – Нет! Это все