Пробуждение - Егор Аянский

По сути оставалось дождаться возвращения ученых, однако в обещанные девять часов вечера никто не пришел. Изнывая от безделья я попытался выбраться в коридор, чтобы поискать комнаты остальных членов команды и обсудить произошедшее, но попытка не увенчалась успехом. Дежуривший в коридоре медбрат был непреклонен и загнал меня обратно в палату. Устраивать с ним перепалку я посчитал неуместным, а потому подчинился.

Ближе к ночи меня все-таки навестили. Визитером оказался красный от гнева Николай Евгеньевич, который, как я понял, только что устроил взбучку Лехе. Ожидалось, что я тоже попаду под горячую руку, но пронесло. Вместо ругани он организовал мне тщательный осмотр всего тела и успокоился лишь тогда, когда убедился, что я не пострадал. Рассеченная бровь не в счет.

— А Яков Натанович почему не пришел?

— Все-таки запомнил его имя! — Кудрявцев недовольно поморщился.

— Ага, — невинно улыбнулся я. — Просто оно старомодное и очень необычно звучит.

— Наш коллега отправился в Краснодар для глубокого исследования твоих образцов, а также дополнительной экспертизы одного китайского вещества. Еще он хотел с твоей матерью повидаться и собирался наконец-то поспать. Так что до завтрашнего вечера можешь его не ждать.

Ух ты, как подробно! После скрытного Виганда коротышка смотрелся образцом честности и открытости.

— С матерью — это хорошо, — отозвался я. — А как скоро вы меня заберете отсюда? Умираю со скуки.

Ученый лишь покачал головой:

— Сегодня тебе придется ночевать здесь. Но завтра что-нибудь придумаем с твоим жильем, обещаю.

— Понял. А как себя чувствуют остальные ребята? Ну… с кем я на охоту ездил…

— У Елены ничего серьезного. Легкое сотрясение плюс вывих плеча. Станислав сломал голеностоп и завтра будет направлен на принудительную психологическую экспертизу.

— В смысле принудительную? Типа у него с головой не все в порядке?

Кудрявцев на секунду задумался, будто взвешивал, стоит ли со мной делиться этой информацией:

— Скажем так, у него и до этого имелись некоторые проблемы. Сегодняшнее происшествие их только усугубило.

Вот, кстати, и ответ, почему он себя так странно вел и по отношению ко мне, и во время нападения урзы.

— Печально. А Василий?

— Нет больше Василия, — горестно вздохнул Кудрявцев, поднимаясь с кровати. — Прости, Константин, но мне нужно идти.

И хотя меня терзала еще целая куча вопросов, начиная от напавшего монстра и заканчивая предстоящим обучением у Лехи, настаивать на продолжении разговора в сложившейся ситуации было не тактично.

— Значит до завтра, Николай Евгеньевич?

— До завтра.

После его ухода мою голову еще долго не отпускали самые разные мысли, причем гибель охотника стала далеко не центральной. Предшествующая ей смерть друзей и два лично совершенных убийства перевернули мою реальность с ног на голову. Еще один труп, не самого близкого человека, теперь воспринимался, как неприятная обыденность.

Более того… Меня охватил необычайный эмоциональный подъем. И связан он был с тем, что я впервые в жизни понял, чему должен посвятить оставшуюся жизнь.

Охоте на мутантов?

Именно! Мне вдруг захотелось узнать об этих существах все, что только можно: их повадки, виды, места обитания, способы ловли. А те фантастические ощущения, что приносила их смерть, лишь убеждали в правильности выбора. Волей-неволей, но я все больше становился заложником волшебной эйфории и понимал, что подсознательно буду стремиться к ней снова, и снова.

Даже если за это придется поставить на кон собственную жизнь.

Интерлюдия V

Краснодарская Метрополия, сектор E , скрытый блок в одном из складских помещений Структуры.

Яков Натанович вышел из портального перехода и включил мобильный телефон. Циферблат на дисплее показывал ровно восемь вечера по иркутскому часовому поясу. Мужчина перевел стрелки на 15.00 и протяжно зевнул. Последнюю пару суток ему так и не довелось поспать.

Прикинув в голове варианты, он неспешно набрал короткое сообщение в мессенджере.

«Я на месте».

Ответ пришел через несколько секунд:

«Не смог до вас дозвониться. Встреча по Китаю переносится на неопределенный срок.»

Приехали…

Ученый задумчиво почесал затылок и снова написал:

«А когда я смогу передать на исследование собственные образцы? »

На этот раз пришлось ждать чуть дольше:

«Давайте увидимся завтра утром на обычном месте. Часиков в семь.»

В другой день Эдельштейн бы обязательно расстроился такой досадной оплошности, но только не сегодня.

— Вот и замечательно, — пробормотал он себе под нос. — Хоть выспаться нормально смогу.

Ученый убрал мобильник и наконец-то осмотрел место, в которое его привел телепорт. Это была хорошо ему знакомая точка на одном из тайных складов Структуры, позволяющая почти сразу выйти в жилые районы.

Яков Натанович натянул на электронный глаз повязку, чтобы не привлекать внимание местных, после чего прижал ладонь к сканеру на стене. Раздался негромкий звуковой сигнал и дверная панель заскользила влево.

Краснодарская Метрополия, сектор С, кабинет начальника Управления Карательных Операций.

Сергей Алексеевич с хмурым видом закрыл ежедневную сводку. Выброшенные им прямо под окна Клейменовых останки криминалисты опознали и теперь в государственных базах данных господин Гриднев официально числился погибшим.

Вот только на этом дело и заканчивалось. О матери пацана в полицейских отчетах не было сказано ни слова. Это означало, что прибывшая на место происшествия следственная группа отнеслась к своим обязанностям халатно и не провела необходимый комплекс мер. Как минимум они должны были объявить потенциальную свидетельницу в розыск, а как максимум — вскрыть ее пустующую квартиру.

Шерстобитов вытащил из кармана брюк маленький ключик и задумчиво покрутил его в руках. Возвращаться на место преступления очень не хотелось, но на сердце было неспокойно.

Тяжело вздохнув, он убрал в ящик стола папку с оперативным делом. Его электронную копию, как и положено, он сегодня утром отправил в Москву, переложив бремя расследования на вышестоящие структуры. Оставалось дождаться прибытия их человека и можно было забыть о неуловимом пацане, как о страшном сне.

Но пока дело официально не было принято другой стороной, он все еще имел право продолжать проводить по нему процессуальные действия. Так что прогуляться до места жительства подозреваемого, якобы для допроса его матери, выглядело очень даже нормально и никак его не компрометировало.

На месте, как и ожидается, он обнаружит запертую квартиру, после чего опросит соседей на предмет ее жильцов. Те скажут, что уже пару дней никого не видели, чем предоставят ему