Здравствуй, молодость - Аксюта Янсен

   - Для того мы, собственно,и поставили вас в известность, – пожала плечами Ладияра.

   - И с надеждой на то, что у вас хватит благоразумия не делиться со всеми подряд, если по ходу дела всплывут кое-какие особо интересные сведения, – хитро сощурился Лейнан.

   И опять переглядушки, в которых Ладияра ничего не поняла. Наверное, для того, чтобы улавливать подобные нюансы, нужно не только родиться и вырасти в этой реальности, но и пережить эпоху Циклических войн.

   Аэр Гройс выслушал дoклад своей подчинённой, с трудом заставляя себя молчать, не задавая уточняющих вопросов. И так ведь понятно, что всю имеющуюся у неё информацию старший дознаватель Вин Кора Трая доложит целиком и полностью, не забыв ни малейшего нюанса, а что она не знает, то они вполне смогут домыслить совместно. Очень жаль, что не было возможности подробнее порасспросить пострадавших, но таков уж был формат их обращения. И не стоит грубо перекраивать традицию неформального обращения – так к ним многие бегать жаловаться перестанут, а всесторонний сбор не самой общедоступной информации – один из стoлпов, на котором держится гильдия Ступающих Мягко.

   - Мне очень много непонятно в этой истории, – сказала в заключении аэри Кора. – Вся эта история с похищением вообще один большой вопросительный знак, в котором нам кроме самого факта известны только действующие лица.

   - И я так понимаю, за расследование ты возьмёшься сама, не доверишь никому из сотрудников? – сам себе кивнул аэр Гройс.

   - А разве не предполагается, что я не буду давать этому делу ход официальный ход? – хитро сощурилась его подчинённая. Кое-что разузнать она всё равно собиралась,только не думала, что это станет её официальным заданием от гильдии.

   - Предполагается, что ты не будешь задавать лишних вопросов пострадавшим, а всё остальное – на твоё усмотрение.

   - Тогда, я, безусловно, хотела бы разобраться в кое-каких обстоятельствах. Отдельной строчкой мне не нравится участие в этой авантюре аэра Моера. Кажется, с прошлой их акции мы припугнули Блуждающих Впотьмах достаточно, чтобы те не нарывались,и вот опять. Кстати, вы оцените: каким-то образом у Сплетающих Основы очнулся аэр Мхен, на которого все уже давно махнули рукой и только эти упрямцы продолжали поддерживать его жизнь. Однако возвращаться в родную гильдию наотрез отказывается, мотивируя это тем, что всё, касающееся прокладывания троп между анклавами напрочь забыл.

   - Да, это весьма любопытно, – тяжело и медленно кивнул аэр Гройс, – особенно если учесть, что я знаю только один способ, которым к человеку в его положении могла вернуться память и сознание. Но об этом позже,тебе это тоже будет любопытно. Что ещё?

   - Этот парень, который, предположительно, выручил нас с нитенницей. Я про него вообще ничего не поняла.

   - А это весьма любопытная личность. С одной стороны,типичный легкомысленный бездельник, а с другой, слишком уж часто он попадается в нужном месте в нужное время и переворачивает исход ситуации в ровно противоположную сторoну. Как тогда, с нитенницей. Шёл мимо, увидел, что тут такое творится, решил вмешаться – и вы все остались живы. Я почти уверен, что именно так всё и было, это его, вполне узнаваемый, стиль.

   - Вот просто так, без подготовки? – её брови сами собой поползли на лоб.

   - Старейшие и не на такое способны.

   - А он из тех самых, неуловимых Старейших? - у Коры уже не осталось сил удивляться. – А они не миф? Те самые сумасшедшие, которые к своими тайными действиями подталкивают мир к запланированному самоубийству?

   - Очень даже не миф. Я в своё время положил немало сил на борьбу с ними. Впрочем, не только с ними. Мне, знаешь ли, нравилась идея непрерывности существования. И только после того, как фактически оказался выключен из активной жизни, - он автоматическим жестом погладил крупную бляху-амулет, прикрывающий солнечное сплетение, - у меня появилась возможность отойти в сторонку и взглянуть на ситуацию непредвзято. Вечная жизнь, это конечно же хорoшо, но, во-первых, в непрекращающихся войнах она мало кому светит, а во-вторых, слишком уж очевидны стали признаки разрушения внутренней структуры анклавов. Не возражай – слушай. О чём это я? И методы, каким Лига добивалась своих целей, мне тоже перестали нравиться. Думаешь,та же нитенница сама по себе здесь завелась,и о ней никто не знал? Да ничего подобного!

   - Значит, выбор между Старейшими и вашей Лигой, - аэри Кора неплохо умела вылавливать из чужой речи случайно проскользнувшие там факты, - это выбор между естественным самоубийством мира и собственноручным его разрушением. И что вы выбрали в итоге?

   - Ничего. Пока ничего. Сижу на месте, поддерживаю порядок в городе, стараюсь не вступать в контакт ни с теми, ни с другими. И тебе того же советую.

   Совет начальства Кора запомнила, однако мнение по этoму поводу у неё сложилось своё собственное. Те, кто разводит на её территории нитенниц и прoчих ей подобных тварей, ей точно не друзья. А вот те, кто оказывает ей в борьбе с ними помощь, причём даже без всяких просьб, просто по собственному разумению,те так прямо и наоборот.

   И то, что деятельность некоторых влиятельных личностей (и гильдий, кстати, тоже) они способны,только несколько ограничить, но не прищучить раз и навсегда – это то положение вещей, к которому они все привыкли, но ведь это же ненормально!

   Да, и стоило бы еще раз как следует разобраться, что там с той интрамайярой, а то что-то её перестало устраивать общепринятое объяснение. Примитивное оно какое-то.

   Покидать собственную квартирку Ладияре не хотелось. Ею овладело иррациональное чувство: мой дом – моя крепость, хотя, собственно, никакой дополнительной защиты ни на дверях, ни на cтенах у неё не имелось. Однако Лейнан не мог так уж надолго покидать Невод и не хотел оставлять её oдну. Это было приятно – и находиться рядом,и ощущать на себе его заботу, но жуть до чего утомительной была вновьприборетённая несамостоятельность в принятии решеңий, когда любые свои действия нужно согласовывать с кем-тo ещё.

   - Неужели, нам так и придётся, как привязанным, не отходить друг от друга, - ворчала она, договариваясь с собственной дверью, чтобы не открывалась и не пускала внутрь кого попало.