Фантастика 2025-51 - Антон Лагутин

и была застигнута врасплох. Даже если бы она начинала создавать плетение, то точно «потеряла» бы его. Однако Фиделия хоть и с запозданием, но завершила атаку и почти попала в меня.

Этот момент я прокручивал в памяти весь оставшийся урок, пока мои однокурсники «пихали» друг друга кинетическими толчками. К Фиделии с этим вопросом подходить было бесполезно. Оставался только Винтерс.

— Заметил-таки? — хмыкнул Винтерс. — Ты необычайно внимателен, Виктор.

— Ну так что? — спросил я.

— Фиделия применила Родовую струну, — вздохнул он. — Знаешь, что это?

В последнее время я с помощью Винтерса прочел довольно много литературы, но она не касалась аристократических родов.

— Это какой-то артефакт? — нахмурился я. — Вы же обещали…

— Да не, — отмахнулся Винтерс. — Родовой струной называют различные мутации, которые приобрели семьи старой аристократии.

Это предположение раскрыло мне глаза.

— Магические семьи поколениями жили под давлением аномалий, — произнес Винтерс. — Поколениями кропотливо занимались магией. Это дало им то, чего нет у других магов.

Сперва я ощутил возмущение от наглости Фиделии, но его быстро перебил интерес к чему-то абсолютно новому. Похоже, передо мной открывалась еще одна небольшая тайна этого мира. И намечался интересный разговор…

Глава 12

Винтерс, видимо, решил поговорить спокойно и без лишних ушей. Молча мы проследовали до его кабинета, и, только прикрыв за собой дверь, он продолжил разговор.

— Для начала я бы хотел попросить у тебя прощения, — произнес он. — Любой дуэльный поединок перед началом оговаривается множеством правил, в том числе и по поводу Родовых струн.

Я кивнул, согласный с тезисом.

— Но так как лупятся мелкие, я решил не устраивать тягомотину, — развел руками Винтерс. — Кто же знал, что ушлая девчонка уже такая хитрюжка.

Я думал, на этом все, но Винтерс отметил еще один момент.

— Также я не стал поднимать шум, хоть и заметил применение Струны, — добавил он и пояснил. — Хотел дать стимул твоим однокашникам. Чтобы видели, что можно бороться с сильным.

Такую мотивацию я осуждать не стал.

— Однако ты здорово меня удивил. Так среагировать… — Винтерс присел за свой стол, разглядывая меня, будто увидел что-то новое. — Я бы подумал, что тебя кто-то плотно учит, если бы ты не был мелким шкетом.

Мне на это оставалось лишь пожать плечами, удерживая непонимающее выражение лица. Благо, Винтерс быстро отпустил опасную мысль.

— Ладно, теперь по поводу Струн, — сказал он.

Официально Струны считались великим даром, полученным по праву самыми древними и могущественными аристократическими семьями. По факту это были скорее мутации у части людей, кто подвергся самому сильному воздействию на протяжении поколений.

По мере жизни у аномалий аристократы столкнулись с серьезным ухудшением здоровья от поколения к поколению. Наследники рождались хилыми, с врожденными пороками. Однако вместе с этим росла и сила дара и даже появились некие Струны, как новый виток силы.

— Сейчас, когда все опасаются жить у аномалий, сила Струн слабеет, — произнес Винтерс.

— А что дает Струна у семьи Фиделии? — спросил я.

— Она называется «интуитивное плетение», — произнес он. — Маг может заучить плетение до подсознательной способности применять его.

— И в случае необходимости он может применить его, даже будучи сбитым с толку, — подхватил я.

Винтерс кивнул.

— Известна история позапрошлого главы семьи Шекл, — сказал он. — Будучи без сознания, он интуитивно применил плетение щита, и оно спасло ему жизнь.

— Ого, — я широко открыл глаза.

— Но это было во времена расцвета, — добавил наставник. — Сейчас та же Фиделия, думаю, сможет таким образом применить лишь одно максимально простенькое плетение. И уж точно не в бессознательном состоянии.

— Мелочь, а все равно полезная, — кивнул я.

— Верно, — кивнул Винтерс. — Как видишь, штука неплохая, но какого-то кардинального усиления она не даст. Струны деградировали, как и их хозяева, в плане магии, отдалившись от аномалий.

Его объяснение вызвало у меня какие-то смутные догадки. Поворочав воспоминания в голове, я нашел кое-что любопытное.

— Я знаю женщину по имени Телдра, — произнес я. — Она меня готовила к тому дурацкому балу.

Когда я общался с ней, то ощущал какое-то странное воздействие. Но подумал, что мне кажется. У нее тоже есть Струна?

— Ты весьма наблюдателен, — хмыкнул Винтерс. — Телдра Овинчи родилась в старом роду без дара к магии. Но при этом единственная осталась с Родовой струной.

— И что дает ее Родовая струна? — спросил я.

— Какая-то странная фигня с убеждением, которая воздействует на мозги, — произнес Винтерс. — В свое время, когда информация об этом всплыла, маги так испугались, что ее род зачистили под ноль. Выжила только Телдра, и то потому, что не имеет дара.

«Вот это информация, — отметил я. — Подумать только».

— По поводу самой темы Струн, — добавил Винтерс. — Не вздумай поднимать ее где-то в обществе, иначе нарвешься на проблемы. Если что, спрашивай меня.

— Спасибо за информацию, наставник, — поблагодарил я. — Это действительно очень важные знания.

— Еще какие-то вопросы? — спросил он.

— Ах да, — кивнул я. — По поводу доступа к аномальному излучению…

Винтерс поморщился, будто съел лимон.

— Тут, Виктор, извини, но я нарвался на непреодолимое желание Коннорс беречь тебя. И кстати, кое в чем я с ней согласен, — произнес он. — Недавно ты пережил неясное воздействие на свой источник в ходе… инцидента. Возможно, это еще дает осложнение на организм и психику. Так что побереги себя…

Из кабинета учителя я вышел ещё через час. Винтерс довольно подробно опросил меня по прочитанной литературе и ответил на мои вопросы. Обладая солидным теоретическим багажом, я прекрасно мог разобраться в материале и сам, но все же надо было создавать вид юного «почемучки», иначе это вызвало бы подозрения.

Сейчас я, получив новую порцию тетрадей и учебников, направлялся к себе. Мысли мои были заняты совершенно новой темой, легшей еще одной частичкой в мозаику знаний о мире.

«В моем прежнем мире точно не было такого, — отметил я. — Но там и аномалий не было».

Я постарался вспомнить свои ощущения от способностей Телдры. Они явно были не магическими, но, скорее, на основе дисциплины души.

«Тот момент, что у Телдры нет магического дара, подтверждает это, — мысленно добавил я. — Родовые струны идут от души, а значит, мутация, о которой говорил Винтерс, происходит с ней, а не с телом».

Это было чертовски, безумно интересно! Однако изучать сейчас это было просто невозможно. Тем более, Винтерс был прав. Наверняка аристократы носились со своими Струнами, словно курица с яйцом. Поднимать лишний раз вопросы по этому поводу определенно не стоило.

Вопрос со Струнами остался на полке рядом с другими, интересующими меня, но пока недоступными темами. Там же рядом лежал ключ, переданный Ридели,