Фантастика 2026-84 - Агатис Интегра

хоть и на секунду, но это сбило его с концентрации. Извернувшись, граф скинул Коршунова с себя, оттолкнув его ногой как можно дальше и схватился за выпавший из руки клинок.

Вскочив на ноги, он уже приготовился добить мелкого поганца…

…но обнаружил, что стоит в полном одиночестве.

— Коршунов! — закричал он и глухое эхо его голоса разлетелось во все стороны. — Где ты! Покажись, мелкий ублюдок!

Но парня нигде не было. Он будто бы пропал. Нет, вдруг дошло до графа. Он увидел тяжело поднимающегося парня в нескольких метрах от себя и не думая ударил огненным копьём.

Созданная из магического пламени стрела прошла сквозь тело Коршунова, но не причинила ему ни капли вреда, скрывшись где-то в далёком тёмном мареве.

Слишком поздно Василий осознал, что его противник уже вышел в реальный мир, покинув теневой план. Тихо выругавшись, Калинин принялся вновь прогонять сквозь себя энергию, для того, чтобы силой продавить разделявший планы барьер…

…но внезапно с ужасом обнаружил, что её почти не осталось.

— Нет… нет, нет, нет! — заорал он, вновь и вновь пытаясь вырваться из этого царства теней, но ему банально не хватало на это энергии.

Коршунов же в это время поднялся, держась за обожжённый бок и посмотрела прямо на него. Василий знал, что тот никак не мог увидеть его, находясь по ту сторону. Но вот Влад просто стоял там, смотрел на него и улыбался.

А затем указал пальцем ему куда-то за спину.

Рефлекторно развернувшись, граф увидел, что именно поганец имел в виду.

Огромная, состоящая из бесчисленного количества щупалец, когтистых лап и зубастых пастей существо приближалось к нему.

* * *

Так. Сейчас бы не упасть…

Не, нафиг. Я расслабленно плюхнулся на задницу прямо там, где стоял. Тело болело настолько, что не то, что двигаться, даже просто думать было больно. Ещё бы! Такое количество энергии прогнать через себя. Объёмы этого засранца оказались в разы больше, чем я предполагал. А ведь мне нужно было не только всё это через себя пропустить, но ещё и выбросить в пространство.

Но, это сработало. Калинин остался по ту сторону, один на один со здоровенной тварью. Вот тебе и причина, по которой нужно быть аккуратным. Такой выброс магической энергии привлёк особенно большую гадину. Одного из главных хищников «того» мира.

Я сидел и смотрел, как оставшийся практически без сил граф пытался сражаться со здоровенной тварью. У него это даже получалось. Секунд десять, примерно. Затем тварь просто порвала урода на куски и сожрала. Вот и всё.

Люк в нескольких метрах от меня открылся и наружу вылез человек в военной форме с характерной синей повязкой на правой руке, которой отличались бойцы Калинина. Заметив меня, он что-то крикнул и вскинул висящий на ремне автомат…

Прилетевшая откуда-то издалека пуля заставила его череп лопнуть, как пересевший арбуз.

— Ты там, как? Живой? — услышал я хриплый голос Кузнецова в наушнике?

— Ага, — отозвался я.

— Мы скоро подойдём. Потапов приглядит за тобой.

— Ага, — повторил я.

Двигаться не хотелось от слова совсем…

Глава 23

Стук в палаты отвлёк меня от ванильного пудинга. Подняв голову, заметил знакомое лицо.

— Заходите, ваше сиятельство. Не гнать же вас, раз уж пришли.

Голотов улыбнулся и покачал головой.

— Твоя наглость тебя когда-нибудь в могилу сведёт.

— Да, что-то такое я уже слышал.

Я, как, в общем-то и все мои ребята, лежал в центральном госпитале Владивостока и отходил от последствий ночной заварушки. Все мы от неё отходили, если уж на то пошло.

И, наверное, стоит быть повежливее с графом, который сейчас так нагло уселся в кресло рядом с моей койкой и взял себе с подноса второй пудинг. В конце-концов именно он в конечном итоге спас наши шкуры. После схватки с Калининым я оказался выжат, как лимон. София серьёзно ранена, попав под один из его ударов. Сам же Кузнецов и его парни обзавелись разного рода и тяжести ранениями. В основном с приставкой «очень». Чудо, что вообще никто не погиб. За это стоило благодарить Викторию. Эта проклятая некромантша вытащили несколько ребят практически с того света. Да и меня с Софией хорошо подлатала.

Голотов и его люди прилетели минут через пять после того, как я порешил все вопросы с Калининым. Почти десяток вертолётов прибыли к базе Калинина, обрушив на головы оставшихся его солдат огненный дождь из ракет и пулемётных очередей. Попытайся он это сделать час назад и такой трюк бы не прошёл. Но устроенный нами хаос на базе сделал своё дело, позволил собранным чуть ли не на коленке силам Голотова закончить начатое нами.

— Как успехи?

— Ну, потихоньку, Коршунов, потихоньку, — отозвался граф, поедая десерт. — Большую часть людей Калинина мы либо перебили, либо взяли под стражу. После его гибели сопротивление практически сошло на нет, так что тут благодарить нужно тебя.

— И?

— Что?

— Где благодарности?

— Спасибо тебе большое, — не скрывая сарказма произнёс Голотов. — Доволен?

— Нет. Можно мне личный остров и…

— А лицо не треснет? — тут же полюбопытствовал граф. — Остров ему. Что ты с ним делать-то будешь?

— Придумаю. Знаешь, ты мне нравился больше, когда меньше язвил и больше вёл себя, как зазнавшийся аристократический пижон с шилом в заднице. Побольше надменности, ваше сиятельство и люди к вам потянутся…

— Всё сказал? — с каменным лицом спросил он.

— Не, я могу ещё много чего добавить…

— Тогда я лучше попозже зайду. Твои глупые шуточки выслушивать у меня времени нет.

Прошло секунд десять. Со своего места граф так и не встал, продолжая сидеть и доедать мой пудинг. Чертовски вкусные, кстати.

— Ну, так, что? Дверь там. Мне продолжить тебя подкалывать? Или всё же скажишь за каким чёртом ко мне припёрлись.

Голотов лишь закатил глаза.

— Нет. Твоя наглость тебя точно когда-нибудь погубит, — покачал он головой, но я заметил короткую улыбку.

Поставив пустой стаканчик обратно на поднос, Голотов залез рукой во внутренний карман пиджака и вытащил из него конверт.

— Это тебе. От Императора.

— Да я это и так уже понял, — ответил я, вертя в руках конверт и разглядывая печать.

Открыл конверт, достав из него два сложенных листка бумаги. Открыл первый. О, наверное, остров я теперь и сам смогу себе купить. С такой-то благодарностью. Хорошо,