Лучший режиссёр (The best director) - WALL E

— Ян, это из-за фильма? Ты хочешь таким образом пробудить во мне то состояние? Но это… не сработало.

Она подошла к нему и, поглаживая его притворно равнодушное лицо, ласково промолвила:

— Я хочу хорошо сыграть и я буду стараться хорошо играть! Но не нужно прибегать к таким методам. Мне это не нравится, Ян. Я не могу убедить себя поверить.

Подняв голову, она поцеловала Ван Яна в щёку, её глаза наполнились любовью:

— И мне не нравится, что однажды мы уже с тобой «расстались», поэтому хватит, ладно?

— Прости, Джессика, но это правда, — Ван Ян легонько оттолкнул её и, поджав губы, пожал плечами. — Думай, что хочешь. Знаю, это неожиданно, но расставание всегда такое неожиданное, — он продолжал говорить необходимые для разрыва отношений слова. — Ты хорошая, просто не тот тип, который мне нравится. Но мы останемся друзьями, может, даже близкими друзьями. Вот и всё!

Он добивался того, чтобы она ощутила, каково это, когда тебя беспричинно бросает парень. Так случилось с Андреа. До того, как переосмыслить себя, она не чувствует, что поступает как-то неправильно, а всё потому, что её манит перспективная работа, потому, что «не надо делать выбор». Однако её парень неожиданно заявляет, что хочет расстаться. Именно после этого в ней возникают гнев и нервозность, вызывающие желание прикончить Миранду. А сейчас Ван Ян хотел заставить Джессику поверить, нужно лишь и дальше оставаться хладнокровным.

— М-м… — Джессика с абсолютно спокойным видом старалась прочувствовать момент «расставания»… Но ничего не было, она, схватившись за голову, притопнула и закричала:

— А-а, не получается! У меня не получается…

Ван Ян, не обращая на неё внимания, развернулся и направился к балкону, Джессика же вплотную следовала за ним и, надув губы, кокетливо бормотала:

— Дорогой, что делать? Хн-н, я правда не могу убедить себя поверить! Как это возможно!

«Не замечала раньше, что ты настолько одарён в игре. Хорошо играешь!»… «Правда надо расстаться? О боже!»… «Ян, я почувствовала! Можно заканчивать!»… «Алло!»… «Серьёзно, хватит, я уже сержусь!»… «Дорогой, да ты настоящий актёр! У нас в семье ещё не было награды за лучшую мужскую роль!»… «Да что ты от меня вообще хочешь?»

Прошёл день, Ван Ян настойчиво продолжал держаться с ней холодно и церемонно, совершенно не проявляя прежней близости, был хуже обычного друга и постоянно твердил: «Мы правда расстаёмся! Никто другой здесь ни при чём, просто ты резко разонравилась мне. Возьмём перерыв».

Поначалу Джессику это веселило, затем начало раздражать и злить, пока наконец она не стала испытывать некоторую тревогу и пребывать в растерянности. Она всерьёз старалась прочувствовать Андреа и демонстрировала ему свою игру, а он ей говорил: «Неплохо, но мне всё равно». Она в гневе ставила ему ультиматум, а он всё так же отвечал: «Мне всё равно». Что бы она ни предпринимала, что бы ни говорила, его лицо не выражало никакой заинтересованности, Иногда она беспомощно вздыхала, иногда не знала, то ли плакать, то ли смеяться… Что в конце концов происходит? Как можно закончить этот его дурацкий спектакль?

— Ирэн, Ян вчера вечером вдруг заявил, что надо расстаться, сказал, что увидел во мне какие-то стороны, что я ему разонравилась.

Стоя у перил балкона и следя за машинами и пешеходами на улице, Джессика, чьи глаза выражали растерянность, уныло вздыхала и пересказывала в телефон историю с Ван Яном. Она взволнованно говорила:

— Я сказала ему, что не верю. Да и как в такое поверить? А я ведь ещё думала, он собирается сделать мне предложение! Кто ж знал? Но играет он хорошо, не знаю, что происходит…

Чем больше она говорила, тем сильнее нервничала. Она уже всхлипывала:

— Я всё перепробовала, не хотела говорить, но сказала: «Ладно, тогда расстаёмся». Но он сказал: «Мы все равно останемся друзьями». Как смешно, друзьями… Да пошёл он!

Она вытерла подступившие слёзы с затуманенных глаз и дрожащим голосом спросила:

— Ирэн, такое действительно бывает? Чтобы внезапно расстаться? Мы вместе уже пять лет… Я так люблю его, он так любит меня…

— Джесси… — Ирэн не знала, что и сказать. Порой разрыв отношений и впрямь сваливается как снег на голову. Но эти двое были такой хорошей парой… Как так? Поразмыслив, она предложила:

— У меня есть идея…

— Хм, о! То, что надо, — кивнула Джессика, слушая подругу. Она будто ухватилась за спасительную соломинку и немного успокоилась.

Она со смешком вымолвила:

— Хорошо, я попробую! Если он клюнет… я ему точно морду набью, гадёныш! Пойду готовиться, пока-пока!

Повесив трубку, она бодрой походкой, вприпрыжку вернулась в номер, чтобы посмотреть, как на этот раз он будет выступать!

……

С наступлением сумерек Нью-Йорк по-прежнему выглядел шикарно, разгульная ночная жизнь только начиналась, но Ван Ян не пошёл гулять. В данный момент он сидел на диване в гостиной номера и общался по телефону, периодически бросая взгляд на спальню. Джессика недавно вошла в спальню с несколькими большими полными пакетами и занималась там неизвестно чем. Пока с этим делом не будет покончено, он не смел покидать её ни на шаг, во второй половине дня даже скрытно следил за ней, когда она ушла заниматься шоппингом.

Поэтому, несмотря на то, что они уже как день «расстались», липнул он к ней, наоборот, только сильнее. Он действительно не знал, то ли радоваться ему, то ли расстраиваться. Эта девица слишком упрямая!

— Не думаю, что «Лейкерс» возьмут чемпионство, внутри команды царят противоречия, у меня есть тайный информатор… — весело общался Ван Ян с Джеффом Ма по мобильнику. Этот спектакль тоже предназначался для Джессики.

Неожиданно в этот момент раздался хлопок, дверь спальни отворилась. Увидев вышедшую Джессику, Ван Ян тут же обалдел и произнёс в телефон:

— Джефф, мне надо идти…

Его взору предстала Джессика, в грациозной позе прислонившаяся к стене. Она была одета в синюю джинсовую мини-юбку, на ногах были чёрные кожаные сапоги, сверху же была белая блузка с длинными рукавами и открытым животом, на шее висела большая серебристая цепочка, голову покрывала мексиканская соломенная шляпа с широкими краями и высоким верхом. Она перевоплотилась в сексуальную девушку-ковбоя.

— Привет, малыш, — окликнула хрипловатым голосом Джессика.

Губы были накрашены ярко-красной помадой, в глазах горел огонь страсти. Она неторопливо пошла в сторону дивана, элегантно переставляя длинными аппетитными ножками. Украшавший гладкий, плоский животик пирсинг и большие круглые серьги серебристого цвета в ушах, раскачиваясь, излучали сияние, от которого невозможно отвести взгляд.

Она