Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

уже о том, чтобы в него выстрелить. А тут ситуация, видимо, настолько вышла из-под контроля, что он разом потерял и терпение, и осторожность. Любой псионик скажет, что на небольшом расстоянии, а тем более при визуальном контакте воздействие сильнее и надежнее. К животноводам, полагаю, это относится в той же степени. Этот, видимо, решил как можно сильнее надавить на мозг самых непослушных зверей и подошел совсем близко…

Порыв ветра снова качнул дерево, но я вжался в него всем телом, обвив ногами ветку, на которой сидел, а левой рукой обхватив ствол. Ветер, пожалуйста, не надо! Потерпи чуть-чуть! Много не прошу! Так, затишье, надо пользоваться. Сесть поустойчивее, чтобы ничто не помешало выстрелу… Целиться в голову с такого расстояния и в подобных условиях самонадеянно, но все другие варианты не давали гарантии смерти. Даже раненый животновод может сохранить возможность управлять своим звериным войском. Итак, голова… поправка на ветер, хотя какая там, к черту, поправка – он дует хаотично, порывами, как бог на душу положит… Чуть ниже… Ну, ни пуха!

Послав себя мысленно к черту, я плавно нажал на спуск, секунды две спустя еще, а потом и еще. Три выстрела подряд в предельном темпе – это трудно, рискованно, но зато лишние шансы… Я не успел додумать, как один из моих свинцовых «подарочков» достиг цели – голова Измененного дернулась, колени подломились, и он рухнул на дорогу.

Есть!!! От радости я чуть не свалился сам и чуть не уронил винтовку, но справился. Теперь вниз, и срочно, пока не засекли! Повесив винтовку на плечо, я начал спускаться. Понимал, разумеется, что она будет мешать, за все цепляясь, но надо скрыться в массиве деревьев прежде, чем коллеги погибшего животновода смогут разглядеть меня в бинокль. Если они это сделают, мне крышка: полкилометра по лесу пробежать не так уж долго – думаю, быстрее, чем мне спуститься с этой чертовой ели. Добегут и поджарят меня прямо тут, на спуске.

Спешка – плохой помощник. Я еще пару раз мог как упасть, так и потерять оружие. Но этого все же не произошло, и когда над моей головой уже зашумели на ветру верхушки соседних сосен и елей, я смог наконец перевести дух и убрать СВД-С в рюкзак. Вот и все, а теперь вниз, вниз, вниз! Я спускался, уже не обращая внимания на ссадины, царапины и цепляющие меня ветки. Все мысли были только об одном: я себя раскрыл, но врагов стало минус один. Причем этот один со своим талантом стоил многого. Кажется, моя затея только что стала чуть-чуть менее безнадежной.

Интерлюдия 6

Строганова

Владимирская Зона. Окрестности Судогды. Десятый год метеоритного дождя

– Олег?! – наконец вырвалось у Бакса.

– С утра был, – отозвался Катаев. – А что, не похож?

– Похож-то похож, – проворчал сталкер и постарался незаметно скосить глаза на детекторы Анастасии. Напрасно: от близости пространственной аномалии они сходили с ума.

Впрочем, от Катаева его осторожный взгляд не укрылся. Однако он только усмехнулся и ничего не сказал. Вернее, сказал, но совсем не то, чего ожидала Строганова.

– Слушайте, парни, может, перестанете наставлять на меня стволы? Это, в конце концов, невежливо!

– Откуда мы можем знать, в каком ты состоянии? – возразил Бакс. – Ты за границу РПД перешел так далеко, что ее уж и не видать. Третья неделя в Зоне!

– Я же стойкий, ты знаешь.

Бакс чуть поморщился.

– Вот только не начинай опять своим Краснотайгинском козырять! Надоело уже!

– Как угодно, – пожал плечами Катаев. – Только я в норме, можете не сомневаться.

– А вот мы все-таки усомнимся с твоего позволения, – язвительно вставил Раптор. – Про тебя, знаешь ли, всякое рассказывают.

При этих словах он невольно покосился на Строганову.

– Мало ли что рассказывают! – Взгляд Катаева сделался усталым и скучающим, как у кинозвезды, которой смертельно надоело опровергать чушь, написанную в желтой прессе. – Не всему можно верить.

– Так это ж не бабки на скамейке сплетничают! – Бакс по-прежнему был насторожен. – Информация от официальных органов идет.

Беглый сталкер бросил заинтересованный взгляд на Строганову и неторопливо произнес:

– А источник информации вы, похоже, с собой захватили? Кстати, может, познакомите меня со своей спутницей? Даже стыдно за вас – совсем о манерах забыли!

– Капитан Строганова, ФСБ, – решила наконец вмешаться в эту ядовитую пикировку Анастасия. – А вы, насколько я понимаю, Олег Катаев?

– Он самый, товарищ капитан. Сдается мне, вдохновитель этого похода – именно вы?

– В проницательности вам не откажешь. Впрочем, с вашими способностями…

– Вы мне льстите. По крайней мере это так выглядит. А явились сюда, конечно, по мою душу?

– И снова в точку.

– Вопрос только зачем? Арестовать меня? При всем уважении к вашей организации, вряд ли у вас это получится.

– Вовсе нет. Для ареста я бы сюда прибыла не одна. Мне нужно с вами поговорить, узнать из первых рук о том, что здесь произошло две недели назад.

– Мне кажется, все уже всё знают. Или думают, что знают. И выводы, как видно, не в мою пользу. Так зачем тратить время и рисковать встречей с тем, кто, по-вашему, является опасным преступником?

– Я хочу узнать о тех событиях от их участника, а не от тех, кто делает выводы на основании косвенных улик и заполняет пробелы в фактической информации своими домыслами.

– Сильно сказано, товарищ капитан! – Катаев снова усмехнулся. Честно говоря, его постоянная кривая полуулыбка уже понемногу начинала раздражать Строганову. – То есть вы явились сюда в поисках истины? А тому, что вам расскажет главный подозреваемый во множестве убийств, вы, конечно, поверите безоговорочно?

– Может, прекратите язвить? – устало проговорила Строганова. – Если хотите знать, я на вашей стороне.

– Отрадно слышать, только хотелось бы уяснить, с чего вдруг. Я ведь и до этой истории с Кочевницей не был примерным гражданином.

– Я в курсе. Только когда в таком не самом очевидном деле все дружно начинают обвинять в столь тяжких преступлениях одного человека, невольно закрадывается подозрение: а не пытаются ли из него сделать козла отпущения? Сразу оговорюсь, чтобы вы ничего там себе не воображали, что дело не в моей личной к вам симпатии, а просто в стремлении добраться до истины.

– Похвально…

В который уж раз Строгановой показалось, что она слышит в голосе Катаева плохо замаскированную иронию, если не сарказм, и это ее раздражало чем дальше, тем больше. Да что он о себе возомнил, этот сталкер?! Или выпендривается не по делу, или вправду виновен, или слишком параноит…

– Вы зря себя так ведете, Катаев! – Анастасия пыталась говорить спокойно, не пуская