"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

отвели дворец Хебелиса, большой, красивый, светлый, но не очень удобный для несения охраны. Он стоял в Портовом городе близ здания Адмиралтейства, откуда открывался отличный вид на гавань, а также на крепость базы арбализейского флота, что выступала в море из Старого Шавалара.

Начался первый день переговоров. Спустя три часа обсуждений и обмена взаимными упреками решено было прерваться на обед. Это время я использовал, чтобы выйти на один из множества балконов дворца и хоть немного проветриться. Одеяния Великого Дознавателя совсем не подходили к арбализейскому климату, черная ткань словно впитывала тепло и удерживала его на теле, а маска казалась горячей.

С балкона можно было хорошо рассмотреть лес мачт и труб, качавшийся на воде, старинные административные здания, а также часть крепостных стен, опоясывавших порт. На крайней северо-восточной башне возвышался Маяк эл’Ракса, являвшийся главным маяком столицы, и если бы стояла ночь или ненастье, корабли, входившие в гавань тем часом, опирались бы на его путеводный свет.

– Лимонный сок с мятой, хозяин, вам нужно охладиться.

– Спасибо, Себастина. Что это за суда? Кажется, военные, но форма корпусов какая-то необычная.

– Я немедленно узнаю, хозяин.

Горничная обернулась довольно быстро, я даже не успел допить стакан.

– Это кель-талешская Бессмертная эскадра[154], хозяин, прославленные Искатели Ветра. Впереди идет «Танцующий», за ним «Ветер полыни», «Серый», «Ласка», «Искра», «Огонек», «Ходящая», «Целитель», «Демонолог» и «Пепельная дева». Хозяин, вы облились соком, возьмите платок.

– Это катастрофа, Себастина! Я забыл… как я мог забыть?!

– Простите, хозяин. Я тоже забыла вам напомнить. Вы так напряженно работали…

– Если я не способен помнить о том, чего желаю так отчаянно, что вообще может задержаться в этой дырявой голове?! О каких расследованиях может идти речь?! Да я скоро собственный детородный придаток найти не смогу, не то что…

– Хозяин, – ее всегда спокойный и бесцветный голос истончился до острого как бритва шепота, – не теряйте самообладания. Не забывайте, кто вы, и ведите себя соответствующе. Не надо корить себя за то, что вы так сосредоточенно погрузились в работу. Корите меня за нерадивость. А теперь дышите глубже.

Я позволил спокойствию Себастины перейти на меня и восстановил дыхание.

– Когда я увижу ее?

– Уже узнала. Кель-талешский капитан будет представлен на торжественном ужине вечером.

Последовавшие после перерыва часы тянулись втрое медленнее, но наконец первый день закончился. Никакого консенсуса достигнуто, разумеется, не было, дипломаты еще даже не начали разогреваться. Тем не менее вечером состоялся торжественный ужин в честь «успешного начала».

В большом зале все того же дворца собрались все участники переговоров, множество военных и куча разряженных в пух и прах дам – посольских жен. Принимающая сторона решила устроить практически настоящий прием, а не ужин.

Публике среди прочих именитых персон был представлен командир сборной международной эскадры, которая курсировала в водах Дароклова залива по соглашению сторон. Предназначением ее являлось обеспечение мира на море в это неспокойное время, а честь командовать кораблями из восьми держав выпала прославленному флотоводцу королевства Кель-Талеш капитану Бельмере эл’Тренирэ. Моей тайной жене.

Бель вошла в сопровождении верной Клары Осельрод – старпома «Танцующего». По случаю она облачилась в парадный мундир, собрала свои роскошные красные волосы на затылке и одну руку постоянно держала на эфесе сабли. Серебро глаз моей Бель сверкало ярче звезд на фоне шоколадной кожи, улыбка казалась одновременно и открытой для всех, и полной недостижимого величия, а уверенностью в себе она могла потягаться с любым из присутствовавших военачальников. Истинная тани.

У нее на родине женщины обладали почти теми же правами, что и мужчины, так что дама-флотоводец произвела фурор среди западной и северной публики. Она мгновенно притянула к себе внимание мужчин, высокая, божественно сложенная, вызывающе облаченная и превосходно компетентная в вопросах, которые во все времена интересовали мужчин.

Держаться в стороне было невыносимо, но и необходимо ради ее безопасности. Свое личное сокровище я старался оберегать не хуже главнейших государственных тайн.

– Ну что?

Себастина, которую я послал незаметно обойти вокруг толпы, обступившей мою Бель, вернулась с бокалом игристого.

– Я слышала краем уха, хозяин, как тани сказала, что ее корабли будут загружены продовольствием для эскадры и уже завтра выйдут в море. Все, кроме «Танцующего». Тани планирует на время остаться в Арадоне.

– Слава богине…

– Хозяин, позвольте напомнить, что ваше время расписано по часам, вы не…

– Да, это ты мне напомнить не позабыла.

Одетая, как и я, в форменный плащ Жнеца, горничная виновато опустила голову, и со стороны это могло выглядеть странно.

– Узнай, где она собирается ночевать, я отправлю какого-нибудь ташшара с посланием, и пусть Адольф обеспечит скрытный переезд.

– Будет исполнено, хозяин. Что-то еще?

– Идем. Нам здесь больше делать нечего.

Проходя мимо, я почувствовал на себе взгляд жены, которая тянулась ко мне с той же силой, что и я к ней. Но я ушел, а Бельмере осталась. Потому что я давно понял: залогом успешного служения, а потом, как оказалось, и властвования являлось умение жертвовать. Другими, собой – всем, если придется.

Вечером того же дня я вернулся домой, но едва закрылась за спиной входная дверь, снял и передал фальшивое лицо поджидавшей Мелинде.

– Тани в гостиной пьет чай, прикажете подавать ужин?

– Нет, мы не будем ужинать.

– Но как же, митан, Луи приготовил божественные…

– Сегодня ваши услуги больше не понадобятся. – Себастина выложила на столик для ключей стопку банкнот. – До утра свободны, господин Дорэ отвезет вас в какой-нибудь клуб или парк, куда захотите. Поторапливайтесь.

Бель поднялась с дивана, как только я вошел в гостиную. Мы не виделись больше года, она постоянно была в рейдах, а я готовился к началу активной фазы нашего с Императором плана. Это походило на самобичевание – быть наделенным таким подарком Силаны, как любимая жена, и отказывать себе в том, чтобы проживать жизнь вместе. Но мы не могли найти другого выхода: мы не являлись обычной парой.

Объятия длились долго. Может, десять минут, может, двадцать. Мы просто крепко сжимали друг друга, грелись во взаимной любви после долгой разлуки, не понимая – как можно было отказывать себе в таком?

– Это твое сердце так колотится или мое?

– Оба.

Я подхватил жену на руки и пронес ее, смеющуюся, в спальню, где заботливая Себастина уже все приготовила. Воссоединение праздновали до самого утра.

Семнадцатый день от начала расследования

– Мы отстали от них