"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

ничего не доставалось. Это в принципе несложно сделать, даже необходимо сделать так, чтобы любой совершеннолетний и к работе пригодный гражданин жил строго своим трудом. Кстати, нас это особо касается, я имею в виду СССР.

— У нас что, капиталистов много?

— Меня одной достаточно, если документы поднять, то лично мне принадлежит примерно четверть всей промышленности СССР — и это отнюдь не форма речи. Но я сейчас про другое говорю: дети и прочие родственники многих совершенно не капиталистов, а просто, скажем, ответственных товарищей, считают, что им все блага жизни от рождения положены — а когда они подрастут и товарищи упомянутые станут уже безответсвенными, то такие дети представят для страны огромную проблему…

— Хм… ты это верно заметила, особенно в республиках тенденция такая прослеживается. И что предлагаешь делать?

— Ничего не предлагаю. Я проблему обозначила, а вот решать ее… Проблема-то идеологическая, а не экономическая, а идеологией у нас кто занимается? Подсказываю: это не я.

— Зараза… ладно, мы все это обсудим… А зашел-то я к тебе с таким вопросом: я тут случайно узнал о твоем предложении выделить в рамках ВТБ Корее кредит почти на миллиард рублей, а вот Китаю ты, причем лично ты, в таком кредите отказала. Пришлось товарищу Сталину лично вмешиваться…

— У китайцев снова жрать нечего, и Мао кредит попросил чтобы жратвы всякой закупить, то есть он все выделенные деньги тупо проест и на дерьмо переведет.

— И у Кима с едой плохо…

— Но он деньги не для покупки еды просил, а на развитие собственного сельского хозяйства. И промышленности, которая это сельское хозяйство всем нужным обеспечит. Так что у Кима будет чем кредит вернуть, причем уже года через два-три, а у Мао… нам же не нужны поставки китайского дерьма? Ему, кстати, я уже предложения по иному использованию кредита отослала, а он, гляжу, решил их проигнорировать.

— Но ему уже сейчас людей кормить нечем!

— И потом будет нечем, он же практически ничего не делает для того, чтобы выращивать большие урожаи. Я вам больше скажу: он провиант закупит лишь для армии, а вот простому люду все равно ничего не достанется.

— А что делает товарищ Ким? Он же тоже, насколько мне известно, собирается провиант для армии закупить, он ведь весь кредит на закупку продуктов собрался истратить.

— Но у него эта армия будет не крестьян в узде держать, а строительством новых сельхозугодий станет заниматься. И остальной народ, для которого он продукты закупать собрался, тоже этим займется.

— Новые сельзхозугодья? Он что, горы будет распахивать?

— Вы не поверите: море. То есть и распахивать тоже, но не только: люди, которые у нас в Пошехонье поля на месте водохранилища устраивали, теперь занимаются тем же самым в Желтом море. Они там польдеры создают, только не такие, как в Голландии, а гораздо более интересные: насыпают широкие дамбы в море, огораживая просторные лагуны, в которых будет всякая морская живность разводиться, а сами дамбы, причем очень широкие, как раз как дополнительные поля использоваться будут. Работа, конечно, на многие годы — но вот как раз для такой работы Ким будет строить заводы судостроительные, чтобы делать земснаряды и баржи, а так же все то, что потребуется для строительства таких заводов. Но вот строить он все это будет за счет собственных ресурсов, а еду хочет купить чтобы нужные для этого проекта пару миллионов крестьян, от полей оторванных, два года хоть как-то прокормить — зато, по его плану, уже через два года Корея сама себя прокормить сможет и даже поставлять продовольствие на экспорт.

— И ты этим планам поверила?

— Нет, конечно. Я их проверила. И наши специалисты считают, что планы у него в принципе выполнимые. Правда, наша помощь все равно в определенных масштабах ему потребуется, у него все же и экономисты, и инженеры все подсчитали… скажем, с излишним оптимизмом. Но НТК эти масштабы помощи осилит…

— То есть ты считаешь…

— У нас на Востоке появится, причем уже через пару лет появится мощный союзник.

— А Ким нас после этого никуда не пошлет?

— Не должен, причем по двум причинам. Первая — это ему не выгодно, ведь многое из того, что для существования страны необходимо, в Корее просто нет — а у нас этого завались. Вторая причина звучит так же: ему это не выгодно. Потому что сейчас его легитимность в народе определяется исключительно тем, что он строит государство социалистическое — а в одиночку никакое социалистическое государство, кроме разве что Советского Союза, не выстоит против капиталистов. А вот в союзе с другими такими государствами…

— Это я понял. А почему ты все же против товарища Мао: ведь Китай — государство заметно побольше и союзником может стать еще более сильным.

— Я не против Китая, а вот насчет персонально Мао… Я не помню, кто сказал, что армия баранов под руководством льва всегда победит армию львов под руководством барана. Так вот, пока Китаем правит Мао — это будет страна баранов под руководством вообще козла.

— Аргументировать можешь?

— Могу, но это займет довольно много времени. Давайте дискуссию отложим на воскресенье…

— Не получится: в воскресенье у меня совещание по вопросу… общем, товарищ Курчатов предлагает построить станцию мощностью в пятьсот мегаватт.

— Пригласите?

— А ты что-то можешь по этому поводу сказать? То есть я знаю, ты по любому поводу сказать что-то можешь, но нам нужны будут научно выверенные аргументы.

— Их есть у меня.

— Что?

— Будут вам научно выверенные. Я, между прочим, академик академических наук и маршал очень интересных войск.

— В отставке маршал.

— Какой уж есть. Но со своим очень обоснованным мнением по любому поводу.

— Хорошо. Совещание состоится в… да чего уж там, будь готова к девяти утра, я за тобой заеду.

— Думаю, проще зайти будет. Договорились, в воскресенье в девять буду вас ждать и аж дрожать от нетерпения.

— Как была заразой… но учти, ждать я тебя не буду!

Глава 22

На заседании, посвященном вопросу о строительстве мощного энергетического реактора, народ собрался очень интересный: присутствовала большая команда физиков во главе с товарищем Хлопиным, и в этой команде было и трое радиохимиков — и Вера с большой радостью увидела там Зинаиду Ершову. С ней она раньше знакома не была, но