Оперативник с ИИ. Том 3 - Рафаэль Дамиров

Мы сели в машину. Она достала сигарету, прикурила, и на секунду в салоне стало тихо, только двигатель урчал ровно.

— Все нормально? — спросил я.

— Он ведь в меня стрелял, — сказала она вдруг. — В голову…

Я повернулся к ней и проговорил:

— Такая у тебя работа. Ну, на этот раз всё обошлось.

— Спасибо, что спас мою жизнь.

Я усмехнулся.

— Да не за что… Ты тоже мне помогла.

Я откинулся на спинку сиденья.

— И все же ты меня спас, — глухо проговорила она, прежде чем снова повести машину по избитому асфальту.

* * *

Ехали недолго. Это была окраина города, где частный сектор разросся беспорядочно, но среди старых домов вдруг попадались новые, современные, будто вставленные сюда из другой жизни.

Мы свернули на тихую улочку и остановились у дома, с первого взгляда выделявшегося аккуратными, чёткими линиями фасада и высоким, почти трёхметровым забором.

— Твоя крепость? — спросил я, выходя из машины.

— Просто дом, — спокойно ответила она.

Я отметил про себя, что она привела меня к своему жилищу, значит, доверяет. Или делает вид? Посмотрим…

— Я подожду здесь, — сказал я, кивнув на машину.

— Зайди, — нахмурилась она. — Ты себя в зеркале хоть видел?

Я машинально провёл рукой по лицу и нащупал липкую корку. Бровь была рассечена, кровь уже подсохла, но выглядел я наверняка не слишком презентабельно. Как минимум, умыться бы не мешало.

— Ладно, — кивнул я.

Внутри дом оказался таким же, как и снаружи — дорогой и минималистичный. Ничего лишнего, всё на своих местах. Из украшений — только холодное оружие на стене: две сабли и нож, явно не декоративные.

— Пить что будешь?

— Что? — переспросил я с удивлением.

— Я говорю, пиво или виски?

Она уже подходила к кухне, всем видом демонстрируя нетерпение.

— Пиво давай, — быстро согласился я.

Она открыла холодильник, достала банку, протянула мне.

Я щёлкнул крышкой, пиво зашипело, и я тут же сделал большой глоток. После драки это было почти как лекарство. Как и с лекарством, тут важно было соблюдать дозировку.

Сама она налила себе что-то покрепче — янтарная жидкость в тяжёлом стакане, кубики льда тихо звякнули о стенки.

— За мой второй день рождения, — сказала она, выставляя вперёд стакан.

— Тогда и за мой первый рабочий день, — я вытянул руку с алюминиевой банкой.

Мы чокнулись, звук жести о стекло вышел неясный.

Я допил пиво почти сразу. Она протянула мне вторую баночку, но я отказался. Эмма цедила бокал долго. Мы молчали, каждый думал о своем.

— Я в душ, — сказала она, наконец, опустошив бокал. — Недолго. В холодильнике есть не только пиво, если что.

И на секунду остановилась на пороге, добавив:

— Не скучай.

Вернулась Эмма и вправду быстро, минут через десять. Из всей одежды у нее осталось при этом только полотенце на голове. Она прошла плавной, покачивающейся походкой, будто ничего не произошло.

Я с некоторым удивлением присмотрелся к хозяйке дома. В ней одновременно чувствовались сила и какая-то дикая, животная грация. А я поймал себя на том, что слишком долго смотрю на ее обнаженное тело.

— У меня вообще-то девушка есть, — сказал я, хотя она ничего не спрашивала.

Эмма не ответила. Просто подошла ближе. Полотенце с её головы соскользнуло на плечи, потом на пол. Она протянула руку, привлекла меня к себе и поцеловала.

Я не стал ее остранять. Она была не просто женщиной — она была частью системы Старожилова. Его правой рукой и его инструментом. И я это понимал с самого начала, даже в тот момент, когда ответил на её поцелуй. Хочет близости, пусть так. Эта девушка — и замок, и ключ в двери к человеку, который убил моего отца.

Дальше всё произошло быстро, почти без слов, на уровне инстинктов. Выплеснулось все напряжение, что накопилось за день. Я мог восторгаться её телом или холодным блеском глаз, но никто из нас не обманывался и не думал о каких-то чувствах. Мы просто полезны были друг другу в попытке на секунду забыть, кто мы и чем занимаемся.

Когда всё закончилось, в комнате стало тихо.

Она лежала рядом, дыхание постепенно выравнивалось, тело расслабилось, но взгляд оставался прежним — холодным, внимательным.

Через пару минут Эмма слегка приподнялась и посмотрела на меня.

— Ты не думай, — сказала она, — я не слабая и не… — она на секунду запнулась, — не такая. Просто не каждый день стреляют в голову…

— Я ничего не думаю, — спокойно ответил я. — Было и было…

Она потянулась к столу, налила себе ещё виски. Глаза у неё заблестели.

— Знаешь, — сказала она, делая глоток, — такие, как мы, долго не живут.

— Какие это — такие?

Она посмотрела в потолок, отхлебнула и с выдохом проговорила:

— Те, кто работает на больших людей. Делает грязную работу. Становится их оружием… или орудием.

— Риски… Что ж, я готов к ним. А ты? Главное же, платят хорошо. Так?

Я пожал плечами, не вставая. Она улыбнулась уголком губ.

— Очень хорошо. Но разве это может сравниться с потерей жизни? — сказала она спокойно. — С тем, что сегодня было.

— Это часть работы, как я понял… Ты сейчас чего от меня хочешь? Чтобы я тебя успокоил? Или чтобы поддержал? Я опер, знаешь ли, не приучен никого успокаивать. Делаю дело, вот и всё.

Я специально держал тон сухим, чуть отстранённым. Играл роль человека, которого мало трогают чужие переживания. Так выглядело естественнее: продажный мент пришел к криминальному боссу наниматься. Какая там тонкая душа? Легенду надо держать.

Она посмотрела на меня внимательно, потом тихо сказала:

— Я знаю коды от его сейфов. Где криптокошельки, доступ к офшорам… Я знаю о нём многое, Егор. Он богат, очень богат. Говоришь, хорошо платят? Вообще-то мы получаем крохи, в сравнении с ним самим.

Я пожал плечами.

— И что с того? Завидовать нехорошо.

— Ты мог бы обеспечить себя на всю жизнь, — продолжила она. — Если мне поможешь. Одна я не справлюсь, а ты доказал сегодня, что надежный.

— Ты, что ли, предлагаешь ограбить своего босса?

Она посмотрела прямо мне в глаза.

— А он разве нас не грабит? — она уставилась на меня, повернувшись ко