Власть Мотылька - Артемис Мантикор

Однако это неожиданно оказалось не единственным бонусом.

Обычно, чтобы использовать способность, приходилось разгонять сильные эмоции. В доме мне помогали тревога, страх и боевой запал. Здесь с активатором было сложно — я пытался вспомнить теневиков и испугаться, но страха не было. Видимо, психика стала крепче после вчерашних событий, да и выспался я хорошо.

Рассмешить себя с ходу не вышло, да и в целом как-то к эмоциям душа не лежала. В конце концов, пришлось отпустить воображение и побродить по округе, фантазируя на тему Тани. Затем мысли переключились на едва прикрывавший прекрасные формы Ааэа халатик. Вспомнил ту пикантную ситуацию, когда она рылась в своём ящике в комнате, затем уже против воли подумал об этой же комнате и вернулся к тому сну, с которого всё началось.

Демонесса была права, воспоминания то и дело возвращались к той ночи.

Но долго такой настрой не держался — переключая внимание на эксперименты со способностью замедления, я быстро терял возникший запал. И благодаря этому узнал о новой особенности моего навыка.

Оказалось, больше мне не так уж и нужны эмоции для активации. Навык работал и без них, но чуть слабей, чем до улучшения. Зато просто по усилию воли.

А вот когда я чуть не влетел на велосипеде в открытый канализационный люк и испугался по-настоящему — мир завяз в густом киселе, давая мне уйму времени на безопасное приземление.

Физику, увы, никто не отменял — моё тело двигалось с той же скоростью, мышцы не стали стальными поршнями. Но изменилось кое-что другое. Мозг.

Открытие меня ошеломило. Фокусировка — это вообще не управление временем, как я по началу думал. Это мой собственный мозг разгоняется так, что воспринимает секунду как минуту.

На выходе из посадки у переполненной урны увидел валявшуюся на земле газету… Включил Фокусировку «на холодную». Глаза пробежали по колонке текста за пару мгновений. Во всяком случае, так это выглядело со стороны, на деле же я читал, как обычно, просто под замедлением.

Обалдеть! Да я теперь могу сессии сдавать, читая конспекты по дороге к столу препода. Если, конечно, мы переживём сентябрь…

После проверки новых возможностей, встал вопрос арсенала.

Шокер лежал у Ааэа. Был вычурный кинжал, но не понимая с чем имею дело, я не спешил им махать просто так. Ещё была верная тонфа в сумке. Баллончик наполовину пуст, но против теневых фантомов струя перцовки бесполезна.

Нужно попробовать что-то ещё с учётом всего, что я уже видел и знаю о доме. Покопавшись в карманах, я выгреб остатки наличных — сущие копейки. Ни на что серьёзное не хватит. Но логика подсказывала мне один простой вывод: если обычные диоды китайского фонаря расплавили тварь из мрака, может, и классика жанра сработает?

Спустя полчаса я переминался с ноги на ногу в полумраке местной церквушки. Запах воска и ладана щекотал ноздри.

— Мне, э-э, воды. Святой, — я положил мятые купюры на прилавок свечного ящика.

Бабушка в платке посмотрела на мой чёрный джинсовый плащ с неодобрением, но выдала обычную пластиковую полторашку с бумажной наклейкой. Кроме того, я купил тонких восковых свечей и крошечный пакетик с ладаном. Работает ли это на местных астральных жителей или нет — скоро узнаю. Если что, хоть пахнуть будет лучше, чем вчерашним перегаром.

Оставшиеся деньги я потратил на рынке возле трамвайного кольца, купив дешёвый, но увесистый фонарик с широким рефлектором. Всё, бюджет ушёл в ноль. Теперь я официально вооружён до зубов палками, фонарём и церковной водой. Бэтмен нервно курит в сторонке.

К пяти часам я закончил все дела, присел на парапет и достал телефон.

Странная штука — старуха Агафья ни разу мне не позвонила. Я же остался в её «нехорошем доме» на всю ночь. Нормальный управляющий уже с утра бы оборвал телефон, проверяя, не спалил ли я там всё к чёртовой матери и не висит ли мой труп на люстре. Или она как раз надеялась, что я сдох, и не надо будет платить?

Я набрал её номер.

— Да? — Агафья сняла трубку так быстро, словно сидела и смотрела на экран. Голос слегка дрожал.

— Добрый день, Агафья Петровна. Это Никифор.

Последовала пауза.

— Добрый день, Никифор, — в голосе женщины сквозили нотки удивления. Звонка от меня она явно не ожидала. — Как продвигается работа?

— Возникли… некоторые трудности, — сказал я с напускной усталостью.

— Вот как? — голос похолодел. — И в чём трудности?

— Дом, скажем так, сильно запущен. Страшное проклятие. Сразу за ночь управиться не вышло, очагов скверны слишком много. Но не переживайте, справиться я смогу.

В трубке раздался шумный выдох облегчения.

— Ох… Слава богу… — пробормотала она, действительно успокаиваясь. — А как так? Откуда могло взяться проклятие?

Она явно знала про дом больше, чем говорила вчера. Я буквально почувствовал, что это некая проверка, и ощутил себя будто на минном поле.

Так и подмывало спросить что-то в духе «как там поживают мёртвые экзорцисты»? Но тогда наш возможный договор пойдёт подвальным котам под хвост. Нет, нужно действовать осторожно, любым способом убедив её со мной пообщаться вживую.

— Да… похоже некоторые ваши жильцы были людьми своеобразными. Долго рассказывать. Вы не волнуйтесь, ничего непоправимого.

— Кстати, мы ведь так и не условились о цене…

Хороший вопрос. Я сам как-то прошляпил это дело, а вот то, что она не сказала про цену — тревожный звоночек. Я сказал, что оплата по факту, но стоимость мы не обсуждали в принципе. Может, она и не собиралась мне платить, надеясь, что меня сожрут духи?

Хотя нет, вряд ли. После весёлой ночки я теперь в простых людях уже монстров вижу. Так, Полярис, соберись!

Тем временем, старушка закончила:

— Если работы много, ты вы скажите сразу, что по оплате. А то много я на это выделить не могу. Сколько вам ещё потребуется времени?

— Пока сложно сказать, — неопределённо ответил я. — Мне нужна встреча, Агафья Петровна. Есть пара вопросов о некоторых ваших бывших жильцах…

— Так спрашивайте, — легко согласилась управляющая, но как-то слегка нервно.

— Там… лучше нам вживую переговорить, — сказал я и добавил. — На четвёртом этаже я нашёл какой-то алтарь. Похоже, у вас жил… сатанист или что-то вроде.