Шаман и звезды - Анна Нова

– Думаешь, все настолько плохо?

– Представь, что будет, если доктору Ричардсу передадут его бывшего подопытного. А это, скорее всего, случится: полицейским достаточно взять анализ крови Дженкинса и прогнать результаты по базе данных. Если судить по воспоминаниям Эдварда, Ричардс – злобный мудак, и он все еще работает на Департамент. Ничем хорошим история не закончится. Так что да, я думаю, все очень и очень плохо, – прибавил он.

– Несправедливое дерьмо! – Оливия бросила окурок под ноги и с ненавистью втоптала его в землю каблуком. По ее щекам текли слезы.

Кирен неловко похлопал Оливию по плечу, пытаясь этим жестом поддержать.

– Нам еще тайну бедняг с базы разгадывать, – заметила она, а потом быстро вытерла глаза рукавом.

– Разгадаем, куда денемся. Придется сконцентрироваться на других задачах. Пока мы никак не можем помочь Йети.

Оливии хотелось заверить Кирена, что с Этаном все будет в порядке, но она не смогла, замолчала на полуслове. Оливия даже испытала нечто вроде облегчения, когда вернулся Оскар и всем им пришлось погрузиться в работу.

Они заново проверили и зашифровали данные о подпольной деятельности команды и о сомнительных сделках. Тринадцатый переместил всю информацию на свой облачный сервер и пообещал, что Межпланетной полиции при всем желании его не взломать.

Кирен рассказал хакеру об исчезновении Этана. Тот отреагировал странно:

– Очень жаль, что твой сосед пропал. Он забавный. Буду скучать по идиотским поисковым запросам, – ровным, безэмоциональным тоном сообщил Тринадцатый и сразу же отключился.

– Какого Пустого он творит, – проворчал Оскар.

– Он поможет, – не слишком уверенно заявил Кирен. – А пока предлагаю поспать хоть пару часов, нам еще завтра работать.

– Да, отличная мысль. – Оливия чувствовала, что может заснуть прямо за столом.

Ребята вышли на крыльцо, чтобы попрощаться.

– Пока-пока. – Кирен прихватил на прощание пакет печенек и растворился в ночи.

Оливии стало неловко: Кирен явно переживал из-за ситуации с Этаном, а они даже толком не обсудили случившееся. Она повернулась к Оскару, ища поддержки. Он не спешил уходить – смотрел на Оливию своими огромными карими глазами и выглядел ужасно мило и трогательно: высокий темноволосый парень с самым добрым взглядом во вселенной.

– Лив, ты как? – осторожно спросил он.

Оливия не знала. Она лишь пожала плечами.

– Мне страшно, – нервно усмехнувшись, призналась девушка.

С тихим вздохом Оскар обнял ее. Оливия уткнулась носом в его грудь и закрыла глаза, позволив себе расслабиться. Оскар гладил ее по волосам, и Оливия тонула, растворялась в этой нежности.

– Все будет хорошо. Я тебе обещаю. Мы же с тобой как Флинн и Дрейк из «Времени изысканий». В конце они с друзьями победили Грибного Короля.

– И уничтожили половину Археологического флота, – пессимистично пробурчала Оливия.

– Зато принцесса Печенюшка выжила.

– Да уж, ее смерть сценаристам бы не простили…

Ладонь Оскара скользнула по спине Оливии, от чего по ее телу пробежали совершенно неожиданные мурашки. Не то чтобы в первый раз. Но Оливия предпочитала игнорировать подобные реакции собственного организма.

– Надо отдохнуть, завтра нам предстоит адский день. – Оливия отстранилась и для верности сделала шаг назад.

– Я могу остаться, посплю на диване.

– Да все нормально, правда, я справлюсь, – ее слова прозвучали скороговоркой.

– Тогда спокойной ночи, Флинн, – улыбнулся Оскар.

– И тебе.

Оскар поправил сумку с ноутбуком и ушел, оставив Оливию наедине со своими мыслями. Девушка вернулась в домик, выпила воды и легла на кровать.

«Какая же я дура», – с досадой подумала она.

Накрывшись с головой одеялом, Оливия для верности повторила эту мантру – хоть она никогда и не работала.

Спустя полчаса она наконец заснула, забывшись тревожным и неглубоким сном.

2

За завтраком Оливия с отвращением ковыряла пресный омлет и размышляла о том, какие Пустые нашептали ей идею стать врачом. Меньше всего ей сейчас хотелось идти в лабораторию и вскрывать черепа несчастной команды базы «Азореш». Оливия так долго ждала момента поработать с жертвами феномена массовой истерии, но когда представилась возможность, она не испытывала ничего, кроме злости.

Оливия прослужила на «Сан-Габриэле» три года. Какой долгий срок, если вдуматься! Время пролетело пугающе быстро. У Оливии была степень магистра, и в ее планы не входило защищать докторскую. Но капитан Диаш убедил ее продолжить исследования. Висенте всегда верил в нее, ни секунды не сомневался, что все получится. Интересно, почему? Оскар считал, что Диаш видит в ней Ноэми. С одной стороны, это ей льстило, но с другой – бесило и разочаровывало. Она – не призрак потерянной родственницы.

Когда-то Оливия была влюблена в капитана. Но с тех пор прошло целых три года, и Оливия не понимала, что чувствует. Капитан стал родным человеком, а команда почти заменила семью. У Оливии не складывались отношения с матерью и отчимом, по-настоящему ладила она только с младшей сестрой. Все университетские и школьные друзья Оливии расселились по самым дальним уголкам Системы, и все общение проходило по интерсвязи. На Оливию вдруг навалилось жутковатое ощущение: кроме команды у нее никого не было. Только работа, диссертация, ее коллеги. Все. Никакой жизни за пределами «Сан-Габриэла».

Оливия заставила себя доесть мерзкий омлет. В желудке теперь будто ворочались отвратительные склизкие черви. Ей было так плохо, что снова хотелось разреветься и никуда не идти. Заползти под стол, слушать тяжелую музыку и сидеть там до тех пор, пока проблемы сами собой не решатся.

– Ингирсдоттир, вас ждут в лаборатории. – Улыбчивая азиатка с «Валенсии» приветливо похлопала ее по плечу. Оливия не помнила фамилию женщины.

– Ага. Иду. – Она кивнула и последовала за коллегой.

Возвращайся во взрослую жизнь, Ингирсдоттир. Тебе двадцать семь, ты почти получила докторскую степень, от тебя зависят жизни людей. Соберись и делай свою работу. Когда все закончится, пошли все к черту и отправляйся, наконец, в отпуск.

Вскрытие продолжалось до вечера. На мозговой ткани, в теменной доле, почти у всех погибших ученые обнаружили странную гематому – темное, размытое пятно свернувшейся крови. Повреждение отсутствовало только у Авы Миллер, которую насильно заставили принять яд и с чьим духом столкнулся Этан.

Работой руководил именитый нейрохирург с Пангеи – Андрая Неру, высокий темнокожий мужчина с покрытым татуировками лицом. Оливия решила поделиться с ним своими догадками.

– Сэр, я занимаюсь исследованием массовых психозов и давно искала доказательства своей теории. Мне кажется, микротравма может свидетельствовать об общей болезни, поразившей этих людей, – обратилась Оливия к мистеру Неру, который внимательно изучал мозг Авы Миллер. – Посмотрите, только у этой женщины отсутствует повреждение мозговых тканей.

– Какое внезапное и шокирующее наблюдение, мисс Ингирсдоттир, – пробурчал доктор