Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

своей удаче, не отправившись коротким путем, а заложив крюк через оружейный сектор, но все равно шансы встретиться были довольно невелики…

Гарри Борден в темных очках и пустынном камуфляже стоял напротив оружейного прилавка и крутил в руках какую-то навороченную новомодную вариацию арбалета.

— Барахло, — сказал я, останавливаясь рядом. — “Коренной и Рукисила” делают лучшее.

— Не сомневаюсь, — сказал он. — К тому же, у тебя с ними контракт.

— Я не стал бы рекламировать то, в чьем качестве я не уверен, — сказал я.

— Согласен, — Гарри вернул арбалет на витрину. — Рад, что тебе удалось воскреснуть.

— Так уж вышло, — сказал я. — Вы давно здесь?

— Полдня, — сказал Гарри. — Сумкин прислал весточку о твоем официальном возвращении и сказал, что ты объявил сбор у Кевина. Кевин, конечно, возражать не стал, так что мы временно свернули репетицию и примчались сюда.

— А Магистр?

— Он тоже не возражал, но корчил недовольные рожи, — сказал Гарри. — Мне кажется, он тебя за что-то недолюбливает.

— Были и у меня такие подозрения, — сказал я.

— Мне рассказали о страшном убийце, который ворвался во дворец Кевина и чуть там всех не уработал, — сказал Гарри. — Ну, и что тебя тоже он… Ты с ним с тех пор не встречался?

— Встречался, — сказал я. — И больше его никто не встретит.

— Это хорошо, — сказал Гарри, но мне послышались нотки разочарования в его голосе. — Одной проблемой меньше.

— И кстати о проблемах, — сказал я. — Это очень хорошо, что я встретил тебя одного, без свидетелей, потому что мне нужно кое о чем тебя попросить.

Гарри насторожился. Наверное, фраза “без свидетелей” вызывала у него какие-то слишком специфические ассоциации.

— Попробуй, — сказал он.

— Я понимаю, что мы с тобой не настолько хорошо знакомы и все такое, — сказал я. — Но нам нужно стать кровными братьями.

— Э… зачем? — спросил Гарри. — В смысле, я ничего не имею против всех языческих ритуалов, это красиво, символично и распространяет флер средневекового романтизма, но я предпочитаю смотреть на них со стороны, а не принимать участие лично.

— Так нужно, — сказал я.

— Кому?

— Вообще, — сказал я. — Ты мне доверяешь?

— За все время, что мы с тобой знакомы, ты ни разу не давал мне повода в тебе усомниться, — сказал Гарри, и в его устах это, наверное. был наивысший комплимент, который можно заслужить в принципе.

— Я все тебе объясню, но чуть позже, — сказал я. — А скорее всего, ты и сам это поймешь.

— Не стану скрывать, — не стал скрывать Гарри. — Мне не очень нравятся такие расклады. Но если ты говоришь, что так надо, то я готов. Когда?

— Чем плохо прямо сейчас? — спросил я.

В левой руке Гарри появился боевой кинжал Ферберна-Сайкса. Всегда подозревал, что Борден тяготеет к классическим решениям.

— Я правильно понял твою мысль? — спросил Гарри.

— Вполне, — сказал я.

Он резанул кинжалом по правой ладони, щедро, не скупясь, и кровь закапала на брусчатку торговой площади.

Нужно было торопиться, пока Системная регенерация не взяла свое. Он протянул кинжал мне, я резанул свою руку и мы обменялись крепким и долгим рукопожатием.

И разжали ладони уже после того, как раны на них полностью затянулись.

Глава 4

— Ну и что это было? — спросил Гарри. — Этот жест должен был что-то символизировать, или ты решил побрататься просто потому что?

— Возможно, это даст тебе лишний шанс в грядущей войне, — сказал я.

— Опять грядет какая-то война, — сказал Гарри.

— Такая уж это игра, — сказал я.

— Но Магистр утверждает, что нам придется драться не с игроками, — сказал Гарри.

— Магистр много чего утверждает, — сказал я. — Но то, что хорошо для Магистра, не всегда хорошо для нас.

— А говоря “мы”, ты подразумеваешь…

— Землян, — сказал я.

— Но сам ты уже давно не землянин, — заметил Гарри. — И тебя не шарашит откатом каждые десять-двенадцать лет.

— Если мы все правильно сделаем, то никого больше не будет шарашить откатами, — сказал я.

— А если мы что-то сделаем неправильно, то все умрут, — сказал Гарри. — Что ж, выбор у нас небольшой.

— Я рад, что ты правильно оцениваешь ситуацию, — сказал я.

— И что дальше?

— Дальше пойдем общаться с Кевином и Магистром, — сказал я. — А потом и со всеми остальными.

— Мне надоело постоянно летать в точку отката и терять память, — сказал Гарри. — Вы хотя бы выяснили причину, почему это так происходит?

— Выяснили, — сказал я.

— И внесли необходимые исправления?

— С этим чуть сложнее, — сказал я.

— Ну да, — сказал Гарри. — С этим всегда чуть сложнее. Что ж, пойдем, займемся переговорами.

***

В императорский дворец мы попали без проблем, да их, в принципе, и не ожидалось. У Гарри был гостевой пропуск, а меня тут знали, и мое имя числилось в белом списке. Конечно, со стороны Кевина это был всего лишь жест вежливости, в память о нашем славном боевом прошлом, и не то, чтобы я часто этим правом злоупотреблял. Наши с богом-императором игровые процессы практически не пересекались, и виделись мы, в основном, когда в Системе возникал очередной кризис.

Типа нынешнего.

Мы прошли двое ворот и три контрольно-пропускных пункта и оказались во внутреннем императорском садике, откуда можно было попасть как в личные апартаменты Кевина, так и в его рабочий кабинет. Но идти куда-то еще нам не пришлось, Кевин сам шел нам навстречу по мощеной красным кирпичом садовой дорожке.

Кевин улыбался.

Я осмотрелся вокруг и не обнаружил в ближайшем окружении Магистра. Странно, но приятно.

— Чапай, — сказал Кевин. — Я рад, что слухи о твоем воскрешении оказались больше, чем просто слухами.

— А уже были какие-то слухи?

— Скорее, бродили некие теории, — уточнил Кевин.

— Ну, как видишь, я подтвердил их практикой.

— И сразу за дело, да? — улыбнулся Кевин. — Я слышал, ты навестил моего префекта.

Оперативно у него тут СБ работает. Я только что оттуда, там еще труп остыть не успел, а ему уже доложили.

— Решил взять подработку по пути, — сказал я.

— И в чем было его преступление?

— Коррупция, в основном, — сказал я. — И, кстати, я пальцем его не тронул. Я не виноват, что так получилось.

— Я знаю, — сказал Кевин. — Увидев тебя, он наверняка занервничал, начал трястись и случайно прокусил капсулу с ядом, которую прятал в искусственном зубе на случай визита моих черных гвардейцев.

— Фатальное стечение обстоятельств, — сказал я.

— Мне доложили, что СБ его разрабатывала, — сказал Кевин. — Следили, устанавливали связи…

— Ну, извини, если я твоим орлам спецоперацию испортил, — сказал я.

— Ты в своем праве, — сказал Кевин. — И такое со мной согласовывать не должен.

Это он вот так дословно