Бес сознания 2 - Руслан Муха

— тяжело вздыхает Элла, — но предпочитали закрывать глаза или попросту боялись ее гнева. Партия прикрывала ее преступления. Как я уже говорила, Дарья Банши была народной любимицей, героиней. Она участвовала в боевых действиях на востоке во время освобождения Корейской республики от религиозных повстанцев, помогала подавить восстание радикальных капиталистов на западе. Ее послужной список был так велик, что о ней писали книги.

— Как так вышло, что она оказалась в лаборатории партии Света?

— Партия Прогресса не хотела ничего с ней делать и покрывала все, что она творила. Мне нужна была помощь, а они даже не думали помогать. Я пыталась несколько раз сбежать из Эрэснэр, но я была несовершеннолетней, меня быстро находили и возвращали снова к ней. Тогда я обратилась за помощью в партию Света.

— И они пообещали ее убить?

— Не совсем, — усмехается Элла. — Они предложили собрать на нее компромат и обнародовать. Тогда бы Дарью арестовали, а учитывая тяжесть ее преступлений — ее ждала казнь. И тогда, когда бы ее арестовали, я бы осталась без опекуна. Партия Света пообещала, что они все устроят, что заберут меня и я перейду в их партию. Все, что от меня было нужно спровоцировать ее в нужном месте и в нужное время. И я это сделала, а еще дала показания против нее. Вот только все пошло не по плану.

Элла снова усмехается.

— Дарья попыталась сбежать, — отстранённым голосом продолжает она, — но партия Света все же ее поймала. А после мне сообщили, что она мертва. Они просто обманули меня. И даже не стали обнародовать тот компромат, что я для них собрала. Но зато они показали эти данные партии Прогресса. Если бы они всплыли, это бы весьма ударило по репутации партии. Они, конечно же, все замяли, а Дарью Банши объявили героически погибшей во время секретного задания, даже похороны устроили. А я... я осталась не у дел. Соответственно, ни в какую партию Света я уже не вступала, после того как они поступили со мной. Но я искренне полагала, что она действительно мертва.

Какое-то время мы молчим, затем Элла поворачивается ко мне:

— Ну, я тебе все рассказала. Теперь и ты поведай: как так вышло, что у лутума оказались такие сверхспособности? Я бы послушала твою историю.

Я молчу, пытаюсь мысленно соорудить какую-нибудь правдоподобную историю. Но додумать не успеваю, впереди стоит патруль ДПС и парень гаишник машет нам полосатой палкой, указывая на обочину.

— Черт! У меня пэку нет, — говорю я, быстро пытаясь придумать, что делать.

Элла сбавляет скорость, начинает прижиматься к обочине и косится на меня:

— Попробуем выкрутиться, — говорит она, — только не вздумай использовать сверхспособности.

Я не отвечаю. Ага, не вздумай! В рейтинговый лагерь я совсем не собираюсь. И если все выйдет из-под контроля, у меня не останется выбора.

Глава 20

Автоинспектор поправляет фуражку, достает документы и демонстрирует нам корочку в окно. Элла опускает стекло и натягивает на лицо вежливую улыбку:

— Мы что-то нарушили? — спрашивает она.

— Нет, обычная рядовая проверка. Покажите ваш пэку, — и бросив на меня подозрительный взгляд, добавляет: — И пэку вашего пассажира.

— У моего пассажира нет пэку, — спокойно объясняет Элла, протягивая на сканирование гайцу свою руку. — Я везу эго в центр Возрождения партии Прогресса.

Гайец хмуриться и сканирует ее пэку, и вдруг резко меняется в лице.

— Элла Стриж! — радостно восклицает он. — Я вас без серхкостюма и не узнал.

— В повседневной жизни неудобно носить геройский костюм. Скажу по секрету, в нем как в бане — жутко жарко.

Гаец с пониманием усмехается, внезапно отдает Элле честь и говорит:

— Проезжайте, Элла, не смею вас задерживать! — и уже смущенно добавляет: — А автограф можно?

Элла снисходительно кивает и быстро расписывается у него в блокноте.

Я облегчённо выдыхаю, когда она отъезжает от поста.

— Ну вот, — довольная собою говорит Элла, — и закон нарушать не пришлось. Что бы ты без меня делал? — она усмехается и игриво подмигивает мне.

Ну вот, опять флиртует.

Чтобы избежать от нее неудобных вопросов, которыми она наверняка меня закидает, я начинаю громко зевать и ссылаться на усталость, а после притворяюсь спящим.

Спать я, конечно, не собираюсь, но нужно проверить ребят.

Быстро пробегаюсь по подопечным. У всех все в порядке. Вовчик общается с мамой на кухне, Мишаня с дочерью Эллы рубится в какую-то видеоигру в гостиной, Семен спит.

Санька с матерью уже прибыли в квартиру Палыча и обустраиваются. Судя по тому, что они с матерью за пять минут наблюдений не проронили ни слова, неприятный разговор у них уже состоялся. Самого Палыча нигде не видать, видимо, он уже уехал.

Нужно будет с ним завтра обязательно встретиться и побеседовать, прежде чем идти на разговор с Елецким. И будет неплохо, если у нас с Мишаней к этому времени уже будут пэку, и мы сможем занять Башню.

До зубного скрежета надоели эти светляки. Быстрее бы уже начался этап Атаки. Я даже готов помогать Палычу, чтобы помешать им обрести Иммуна, ну или как там у светляков они называются.

После я возвращаюсь в свое тело, но продолжаю прикидываться спящим весь путь. Сам того не замечаю, как начинает клонить в сон, и в итоге я выключаюсь.

— Просыпайся, мы уже в Ростове! — толкает меня Элла в плечо, и я открываю глаза.

— Ну ты и соня, — с укором говорит Элла. — У тебя в роду, наверное, были ленивцы?

— Нет, — усмехаюсь я. — Просто организм еще от наркоты не восстановился. Кстати, а не расскажешь, зачем вы травите лутумов этой дрянью?

Элла хмурит брови и строго отвечает:

— То, что я больше не являюсь членом партии Прогресса, не дает мне право разглашать их секреты. Я подписала контракт и не могу разглашать эту информацию.

— Да ладно тебе, — усмехаюсь я, — расскажи, я никому не скажу.

— Ну что за детский сад, Леонид? — закатывает Элла глаза и неодобрительно качает головой, затем смотрит на монитор навигатора и добавляет: — Скоро будем на месте.

Мы действительно подъезжаем к дому Семена через десять минут. К тому времени на улице уже окончательно темнеет, что нам только на руку. Значит, никто не заметит полетов Эллы над домом.