Фантастика 2026-90 - Василий Седой

Старик поднял на меня глаза, которые в этот раз смотрели, как на вошь под сапогом, и не хуже сержанта на плацу рявкнул:

— Выполнять!

После этих слов послушник положил мне руку на плечо. Кто бы только знал, как мне хотелось вбить локоть в удобно подставленный живот этого барана! Но сдержался, и взглянул в прищуренные глаза послушника, готового к схватке. Я невольно оскалился, развернулся и пошёл на выход.

Думал, что поедем в Кремль. Но нет, с заднего двора храма, где стояла пролётка, готовая к поездке, мы направились в совершенно другую сторону. С удовольствием отметил, что наш выезд не остался незамеченным моими людьми. Проверять, следует ли кто за нами, и оборачиваться во время пути, даже и не подумал. Ехать пришлось недалеко. Уже минут через пятнадцать мы с послушником входили в шикарный особняк. Как я понял, это и было жилище генерал — губернатора. Если моего сопровождающего сразу увели к хозяину дворца (домом это сооружение язык не поворачивается назвать), то мне пришлось довольно долго ждать.

Когда я попал в кабинет генерал — губернатора, то увидел помимо хозяина этого места, знакомую харю расфуфыренного хрена из приемной великого князя.

Этот напыщенный индюк с каким-то презрением осмотрел меня с ног до головы и протянул конверт, через губу велев прочитать послание здесь, и вернуть его обратно.

Письмо оказалось от великого князя, в котором он уведомил, что я утратил доверие, вводя его в заблуждение своим поведением. Поэтому, все наши договорённости он считает недействительными. Средства, выделенные мне на подготовку к экспедиции, взыщут в полном объеме с поручившегося за меня прадеда. А мне он приказывает передать собранный мной обоз под командование какому-то хрену с непроизносимым немецким именем и фамилией. И в сопровождении его людей вернуться домой, где ждать дальнейших указаний.

Дочитав, я поднял глаза на расфуфыренного хрена, который все также, через губу спросил:

— Внимательно прочитал? Все понял?

Я кивнул ему в ответ головой, а он, увидев положительную реакцию на свои слова, произнес:

— Обоз передавать не надо, на место его стоянки люди уже выехали.

Я на эти слова только и подумал:

— Очень хорошо, хотелось бы увидеть выражение лиц выехавших, когда никого там не найдут. А расфуфыренный, между тем, продолжал вещать:

— На выходе из кабинета тебя ждут сопровождающие. Слушайся их, как мать родную, и все будет хорошо.

Он выдержал театральную паузу и произнес:

— Пошёл вон отсюда, щенок.

Сказав это, гаденько захихикал.

Ничего ему отвечать не стал. Но для себя решил, что прежде, чем покину страну, этот урод ответит мне за свои слова. Развернулся и молча пошёл на выход.

В приемной ко мне пристроились с боков двое сопровождающих. Это были здоровенные горилоподобные амбалы, внушающие страх окружающим одним своим видом. Спокойно дошли до первого поворота, где один из этих скотов коротко и сильно ударил меня в бок, и произнес:

— Все наши команды надо выполнять быстро и не раздумывая, понял?

Я кивнул утвердительно и подумал:

— Долго теперь тебе не жить.

На улице как не странно, разместились в той же пролётке, в которой прибыли сюда с послушником. Один из сопровождающих назвал водителю транспортного средства адрес, по которому нас надо доставить.

Эти уроды так сжали меня с боков своими телами, что даже дышать было трудно. Судя по их поведению, жить мне осталось очень недолго. Никто меня домой везти не собирается. Не ведут себя так с дворянами, а я, как не крути, отношусь к этому сословию. Ведь в случае, если вдруг князь меня простит, тут же прилетит ответка. Поэтому их действия чётко указывают на очевидный факт. Меня списали окончательно и бесповоротно.

Осознав и поняв ожидающие меня перспективы, еще на выходе из дворца я показал знак своим людям, означающий, по какому варианту следует поступить, просто с усилием потерев шею. То же самое повторил уже в пролётке при выезде со двора особняка. Этот знак означает, что действуем по самому жёсткому варианту, и никого при этом не жалеем. Если бы я потёр глаза, мои бойцы постарались бы сохранить сопровождающим жизнь. А так им не повезло. Я же не зря думал, что жить им осталось недолго.

Проведя в пути минут десять, я начал волноваться и думать, каким образом мне избавиться от сопровождающих и сбежать. Просто с моими людьми договорились, что затягивать с моим освобождением при необходимости не будут. Вот и начал переживать. Вдруг бойцы проглядели наш отъезд из дворца и мне придётся выкручиваться самому, что вряд ли получится. Очень уж сильными выглядели сопровождающие.

Я не понял, как все произошло. Сидящие по бокам гориллы вдруг поникли головами и начали сползать на пол пролетки. Возле кучера откуда-то материализовался один из бойцов. Извозчик внезапно полетел спиной назад и упал поверх безжизненных амбалов. Всё произошло настолько стремительно, что мне понадобилось не меньше секунды, чтобы сориентироваться и начать действовать по разработанному плану. Прямо на ходу покинул пролетку и заскочил в другую, которая тут же свернула на узкую улочку, проехав по которой метров пятьдесят, остановилась. Один из моих бойцов, изображавший кучера, указал рукой в сторону кареты, стоящей за углом одного из домов. На ней меня и довезли до домика, арендованного родственниками. Здесь задержались ровно на время, понадобившееся на переодевание и смену облика. Покидал я это место уже в образе сгорбленного дворянина-старика на очередной пролётке, которая отвезла меня на железнодорожный вокзал.

На самом деле я подготовил целых три образа, пригодных для маскировки во время бегства старика-оборванца и ярко рыжего дворянина-пацана.

Сейчас я изображал из себя старика только по одной причине. Нужно указать моим людям человека, который задержался на этом свете. Я сейчас говорю про расфуфыренного хрена. Спать перестану, если не кину ответку. Никогда не был кровожадным, но сейчас, как говорится, попала вожжа под хвост. Не успокоюсь, пока должок не верну.

Как я и думал, задерживаться в Москве этот урод не стал и прибыл на вокзал задолго до отправления поезда. Обозначить цель для моих людей получилось без проблем. Сразу, как только убедился в правильном понимании бойцов, кого надо помножить на ноль, направился в сторону карты, которая, как только стоило мне попасть внутрь, сразу тронулась с места. Внутри, не теряя времени, в очередной раз переоделся. Натянул рыжий парик, несколько раз понюхал разрезанную луковицу, чтобы вызвать определенную реакцию организма, и покинул карету, которая к этому времени объехала по кругу квартал и остановилась напротив входа в вокзал.

Билет был у меня в наличии. Поэтому,