Меченый. Том 9. Затишье перед бурей - Андрей Николаевич Савинков

этого внутри горы — чтобы максимально исключить любые вибрационные влияния с поверхности — бурились два прямых перпендикулярных тоннеля. Сам метод «ловли» гравитационных волн не так важен, важно было, что под горой велись масштабные работы, завозилось разное оборудование и постоянно сновали всякие ученые, вокруг которых еще и военных было куча. И да: официально и по всем «открытым» документам мы строили лабораторию, но со стороны это смотрелось как будто мы активно делаем себе прикрытие, пряча под первым слоем что-то куда более секретное и опасное.

А уж когда в десятых числах декабря 1992 года в районе лаборатории случилось необычайное оживление — там как раз закончилась проходка тоннеля и начался завоз оборудования, по какому поводу было устроено «закрытое мероприятие», — а на другом конце планеты в Индонезии одновременно произошло мощнейшее землетрясение, иностранные разведки вообще как с цепи сорвались.

Самое сложное тут было подобрать дату. Проблема в том, что у меня в голове просто не было списка землетрясений этих лет. Ну не интересовался я данным пластом информации никогда, кто ж мог подумать, что оно пригодится в другой жизни⁈ Про землетрясение же в Индонезии я узнал, когда сам на Бали отдыхал и на одной из экскурсий гид затронул эту тему, что, мол, перед самым известным землетрясением с цунами 2004 года были другие, и что в 1992 году, например, погибло 2500 человек. Короче говоря, совершенно случайно нашлось данное знание на дальней полке в «чертогах разума». И конечно не использовать такой момент в качестве провокации было бы просто преступно.

— Нужно — примем, — без тени сомнения согласился генерал. — Так покажем все и расскажем, что формально комар носа не подточит, но уедут они со стопроцентной уверенностью, что все продемонстрированное — только декорации для чего-то большего. Но уже сейчас эффект от данной операции можно оценивать как… значительный. Вскрыто больше десяти спящих вражеских агентов, относящихся, судя по всему, к самым разным резидентурам. Даже евреи отметились.

— Ну а как же без них, — хмыкнул я и прищелкнул пальцем. Цукербергу было отдельно поставлено задание слить данные о нашем «сейсмическом оружии» американским союзникам. А то вдруг кто-то не заметит нашу мышеловку, и какая-нибудь крыса просто пройдет мимо. Нам такого не нужно, нам нужно, чтобы все шпионы слетались сюда как мотыльки на огонек в ночи. С тем же, собственно, результатом. — А что у вас по подготовке операции «Буря»?

— Работаем, товарищ генеральный секретарь. — Павлов кивнул и пожал плечами. — Я, по правде говоря, мало что понимаю в деталях разработки этого… «оружия», но спецы говорят, что на «тестах» оно показывает себя с самой лучшей стороны. Что они нашли какие-то там уязвимости и благодаря этому ущерб будет… значительный.

Глава ГРУ явно был немного смущен тем, что в сущности совершенно не понимал, чем именно занимаются его подчиненные. Нет, общая канва была понятна: успешный опыт вирусной атаки в 1988 году было решено «расширить и углубить», был под это дело создан специальный отдел «К», куда массово набрали молодых айтишников. Этот отдел очень быстро превратился едва ли не в самый массовый в структуре ГРУ. На описываемый момент там уже проходили службу несколько сотен молодых парней, и это очевидно было только начало.

Ну да, было бы странно, сделав ставку на развитие софта, запустив конвейер ежегодной подготовки сотен тысяч специалистов по компьютерным специальностям, в итоге не догадаться использовать данное направление как поле для атаки.

— Когда эммм… «Программа» будет готова?

— Пару месяцев, товарищ генеральный секретарь, последние тесты идут.

— Рано, — я поморщился и с сомнением почесал лысину. Конечно «бахнуть» очень хотелось, чтобы на той стороне не расслаблялись. Потенциальный ущерб я своим совершенно дилетантским взглядом оценивал как значительный. Сотни миллионов, возможно, миллиарды долларов. Но конечно без «сопровождения» это будет лишь досадная неприятность, камушек в сапоге, не более того. Тем более что вряд ли получится такие атаки повторять часто. Наши оппоненты, к сожалению, не дураки, работать умеют, очень быстро закроют все обозначенные лазейки и уязвимости. На то, чтобы найти новые, могут уйти годы. Так что применять данное оружие стоило в конкретный день и час, когда кумулятивный ущерб будет максимальным.

— Пусть ваши ребятки продолжают работать. Время для атаки я обозначу позже…

Из интересных внешнеполитических новостей в этот момент можно выделить прошедший в Гонконге референдум, на котором граждане этой британской колонии из всех предложенных альтернатив выбрали вариант, связанный с обретением независимости с сохранением статуса участника Британского Содружества и признанием верховенства британской королевы. Собственно, не оказался никакой неожиданностью. Гонконгцы слишком долго были частью западного мира, чтобы всерьез желать вернуться в состав Китая, тем более когда Поднебесная переживала очередной период реакции с закручиванием гаек и прочими сопутствующими «прелестями».

Восторга у гонконгцев не было настолько, что в последние годы — до момента, когда Вашингтон призвал Британию провести плебисцит и в целом данная идея была поддержана международным сообществом — наблюдался стойкий тренд на эмиграцию из этого эксклава. При населении в пять миллионов человек даже 50 тысяч уезжающих в год — при том что уезжали в первую очередь высококлассные специалисты — это много, и в целом это отражало настроение местных, которое собственно и получило отражение в результатах голосования.

Конечно Пекин был в ярости. Цзян Цзэминь выступил с заявлением, что КНР никогда не признает независимость Гонконга и что на эту страну также распространится «Политика одного Китая». То есть ты либо признаешь Гонконг и устанавливаешь с ним дипломатические связи, либо признаешь Пекин, без возможности одновременно сидеть на двух стульях. Правда, если с Тайванем данный принцип был оправдан, поскольку Республиканский Китай как бы тоже считал себя «настоящим» и не отказывался от претензий на историческое лидерство, то в Гонконге просто хотели жить спокойно, чтобы им не ломали «устоявшийся быт». Так что здесь далеко не факт, что это прокатит.

И конечно на этом фоне активизировались разговоры о том, что Тайбэй может объявить уже о своей независимости, отказавшись от идеи объединения с материковым Китаем, что для китайских коммунистов было равносильно красной тряпке для быка. Вот только если в моем двадцать первом веке подобный маневр был практически невозможен, поскольку КНР имела слишком большой экономический, военный, политический вес, Республику Китай все равно никто бы не признал, не захотев связываться с таким мастодонтом, то в эти времена Поднебесная хоть и была уже «Великой Державой», но того уровня еще не достигла и при условии сохранения СССР и всего Восточного блока есть немалая вероятность, что никогда и не достигнет.

А еще