"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 - Nicols Nicolson

Я полез читать материалы по ссылкам из доклада Кая и чуть не пропустил ужин. Благо, всё тот же Кай, исполняя роль моего секретаря, вырвал меня из этого увлекательного этнографического путешествия.

Обычно я ел на кухне, но сегодня Игорь утащил всю еду в гостиную. Когда я, ведомый запахом вкуснятины, очутился на пороге, Мария уже была там, помогала Игорю накрывать на стол.

— Привет всем, — заявил я и попытался хапнуть одну из булочек, которые Игорь делал сам, не доверяя «покупному хлебу».

Моя попытка тут же была наказана шлепком по кисти от Марии.

— Нечего кусочничать до еды, — авторитетно заявила она. — Сейчас накроем и поешь как нормальный человек.

Игорь пробурчал себе под нос что-то одобрительное. Сговорились!

— Я просто проголодался, — обиженным тоном произнёс я. — Что за произвол и попытка установления кулинарной диктатуры? Я буду жаловаться! В это… ну, в лигу прав кусочников, вот.

Но сам дисциплинированно уселся, продолжая вдыхать ароматы Игоревой стряпни. Он сегодня явно расстарался.

— Надеюсь, Игорь, ты нам составишь компанию, а не «ужепоел»? — добавил я, чтобы отвлечься от урчания желудка.

— Если госпожа Истомина не будет возражать.

— Конечно, не буду. Странно было бы с моей стороны устанавливать свои порядки в чужом доме, — ответила она, — и я прошу вас, давайте по имени, без госпожи Истоминой. Госпожа Истомина я на службе.

— Не все в вашем сословии настолько демократичны, Мария, что станут сидеть за одним столом со слугой.

— Ой, да ладно! — Истомина закатила глаза и фыркнула. — Из вас, Игорь, такой же слуга, как из меня шпалоукладчица. Алекс предупредил, что у вас свои секреты, я не собираюсь в них лезть, но я же не слепая. Вы привыкли повелевать и править. От вас боярской спесью и выучкой за километр веет. — Игорь зыркнул на неё из-под бровей, а потом уставился мне в глаза. А я что? Я просто широко развёл руки и лучезарно улыбнулся.

Глава 77

Новые этапы

С утра я направился к маэстро. Он написал, что завершил расчеты по основному контуру моей печати, и мы можем приступить к его «переписыванию». Это должно было стать ювелирной операцией по замене содержимого магической бомбы, взведенной у меня в мозгу. Сейчас, когда мы отсекли блок, контролирующий изменения, Геллер мог попробовать переписать любые внутренние контуры, даже не понимая их смысла, но главное — не опасаясь того, что печать сработает, «почуяв» изменения.

По сути, действующие «строки» рун должны были быть подменены на бессмысленный набор символов. По идее, в определенный момент «правила» печати просто перестанут работать. При этом внешне она останется на месте и будет выглядеть целой. Даже энергоемкость будет той же. Собственно, расчеты понадобились, чтобы не изменился именно этот параметр.

Результат, который устраивал меня полностью. При этом моя способность помогать изнутри в переписывании рунных цепочек оказалась ключевой. Геллер заявил, что без моей «внутренней» помощи он бы не взялся за «редактирование» этого магического конструкта. Слишком искусный ритуалист его ставил. Геллеру могло не хватить собственных сил, или же он мог вызвать обрушение всей печати, которое легко могло привести к моей смерти. Теперь же все предприятие превращалось в монотонную, нудную, но почти лишенную риска операцию. Не зря я двигал управляющие нити по центрам своего мозга. Не зря работал со связями, терпел боль и галлюцинации.

Дома тоже пока все шло нормально.

Мария с Игорем договорились на это утро провести предварительный осмотр и диагностику, после чего Игорь обещал подумать, какие зелья применять, а какие повреждения можно устранить с помощью магии.

Коллеги выписывались из госпиталя, и неугомонная Заноза подбивала остальных встретиться сегодня в баре, обмыть наш «подвиг» и то, что все остались живы. Ну и на дележку трофеев намекала, естественно. Пока что в чате команды шло бурное обсуждение времени и места сбора, в котором я не участвовал, просто поглядывал одним глазом. Как решат, я присоединюсь.

Сегодня Валя, помощник Геллера, был не в настроении. И не в форме. Разбитый нос и расквашенные губы были свидетельством бурно проведенного вчерашнего дня. Причем Геллер, даже не будучи алхимиком, вполне мог устранить большинство этих повреждений, но почему-то этого не сделал.

Я вежливо поздоровался с ассистентом маэстро, Валя кивнул мне и молча ткнул рукой в направлении кабинета.

Я сразу пересек «восточную» комнату, сейчас пустующую, и зашел на кухню. Маэстро был там — флегматично пил свой чудовищный «чай» из кружки с отколотым краем и надписью «За передовую магию!».

— Чаю? — спросил маэстро меланхолично. — Не отказывайтесь, вам нужно выпить минимум литр жидкости перед тем, как мы начнем.

— А я и не отказываюсь, — ответил я, вынимая из кармана синюю жестяную коробочку, расписанную золотистыми арками и алыми цветами. На крышке был изображен слон, задравший хобот. — Не отказываюсь, просто заварю этот, если вы не против.

— Конечно, — Геллер оживился и даже принюхался, когда я открыл коробку. — Пресс в раковине. Я не мыл, ополосните его. Кипяток есть. Хм-хм. Поделитесь?

— Да я всю коробку у вас оставлю, — ответил я. — А то ваши пакетики когда-нибудь вызовут у вас обширную интоксикацию.

Вот он, странный. Сто процентов мог себе позволить хороший чай. Нет, пьет это пакетированное гуано. Ладно, как я уже говорил, чужая душа — потемки. А жирных тараканов под черепушкой нагуливать вообще любимая забава любого мага. Говорят, при достаточно глубоком погружении в «познание мира», психика мага необратимо меняется. К счастью, маг не становился буйнопомешанным маньяком, но начинал чудить. Кто, как Геллер, с чаем, а кто, как мой двоюродный дядя Макар, который обожал анимировать пластилиновые фигурки. У него в кабинете целая армия, говорят, была, прямиком из периода Наполеоновских войн. Замок, пушки, кирасиры с гренадерами. Лепил он все фигурки сам, руками, не подпуская никого близко. А затем устраивал реконструкции сражений, заставляя пластилиновых гомункулов драться друг с другом и превращая их в лепешки. Один из сильнейших техномагов Воронежа, между прочим.

— Ладно, перед смертью не надышишься, — оптимистично заявил, закончив чаевничать, душка Геллер. — Пойдемте, Алексей, вашу личную Немезиду препарировать. Надеюсь, сегодня вы тоже выживете.

— А уж я-то как надеюсь, маэстро. Свыкся, знаете ли, с этим телом и этим циклом перерождения.

— А вам-то откуда про циклы знать? — спросил он лениво, открывая передо мной дверь в заклинательный покой.

— Почитал брошюрку с вашего стола, еще в позапрошлый раз. Прикоснулся к мудрости наших восточных соседей.

— Ерунда это все про реинкарнацию, — выдал вдруг ритуалист, выводя на экран вычисления и объемную схему печати. — Нет никакой души, и переселяться в нас нечему. После