"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

А потом пришла странная мысль: как лучше умереть – от руки убийцы, с помощью ее дара желающего спасти свою жену, или от родов дочери? И Оля перестала бояться смерти. Другая, вероятно, в такой ситуации умоляла бы и просила о пощаде, а ей, кажется, все равно. Единственное, о чем она жалела, что так и не попрощалась с дедушкой.

Мужчина подошел к сумке, лежащей возле сосны, и принялся доставать какие-то стеклянные банки с жидкостями. Оля не сразу разглядела их содержимое. Только когда он стал расставлять банки на широкий ритуальный камень, увидела органы и тут же вспомнила об умерших девушках.

Поставив пятую банку в ногах Оли, мужчина достал нож и наклонился над Кристиной. Та лежала с открытыми глазами и смотрела в небо. Можно подумать, что девушка спокойна, но реальность оказалась намного страшнее. Ее тело тоже было парализовано, правда, в отличие от Оли, она не могла не только двигаться, но и говорить.

Незнакомец присел на корточки и легко открыл рот девушки. Зажимом вытянул ее язык наружу. Оля отвернулась и зажмурилась так сильно, что заболели веки. И уже приготовилась услышать мычание Кристины от боли, но тут раздался треск веток, а затем послышался до боли знакомый голос:

– Отпустите девушку и отойдите от нее. Иначе я вынужден стрелять.

Оля распахнула глаза и увидела Скоблева, стоящего буквально в нескольких шагах от ритуального камня.

От неожиданности мужчина в балахоне вскинул голову и выронил языкодержатель. Затем проворно вскочил и в одно мгновение оказался за головой Оли. Кожи коснулось что-то прохладное, и она почувствовала скатившуюся по шее горячую струйку крови.

– Юрий Никифорович, не глупите. Отпустите девушку.

Маслеников хмыкнул и откинул капюшон, показывая лицо. Все равно уже нет смысла прятаться. Но Олю так и не отпустил.

– Не могу, Роман Русланович. Я должен помочь своей жене, – мужчина снова посмотрел на небо, а потом проговорил, осматриваясь, – время уходит. Где ваш коллега?

– Какой коллега?

– Не делайте из меня идиота! Морозов точно где-то рядом. Он же, будто собачонка, повсюду за вами бегает и выполняет приказы.

– Его нет. Я здесь один.

– Или он выйдет, или перережу ей глотку.

Рома с сочувствием посмотрел на Олю и махнул свободной рукой. Из-за соседнего дерева показался безоружный Леня. Парень подошел к Скоблеву, и мужчины переглянулись.

– А теперь бросьте пистолет к камню, вон там возьмите веревку и привяжите Леонида к дереву, – приказал Маслеников.

– Не глупите, Юрий Никифорович, – спокойно ответил Рома. Стрелять не вариант. Вдруг, когда прозвучит оглушающий выстрел, Маслеников в последний момент все же успеет дернуть скальпелем? А такого Скоблев не мог допустить.

– Выполняйте приказ! – выкрикнул директор детского дома, и где-то вдалеке послышалось карканье.

Оле почему-то показалось – сейчас прилетит тот самый ворон и снова спасет.

Будто прочитав мысли, Маслеников наклонился к ее уху и проговорил:

– Можешь не ждать. Он не придет.

В это же время Скоблев выполнил приказ: бросил пистолет к алтарю и повел Леню к той самой сосне, из-за которой тот совсем недавно вышел. Юрий Никифорович понаблюдал, как один следователь связывает другого, а когда Рома закончил, довольно ухмыльнулся:

– Вот и прекрасно.

– А где ваш сообщник? – поинтересовался Рома, выпрямляясь и глядя с вызовом.

– Сообщник? – с непониманием посмотрел на него Юрий Никифорович.

– Да. Тот самый, постоянно ходящий в черном балахоне. Мы его сегодня видели возле жилого корпуса детского дома.

– А, вы об этом. Не знаю и не хочу знать. Он помог мне и ушел. А теперь возьмите мою сумку, – мужчина кивнул на рюкзак, валявшийся возле инвалидной коляски.

Рома молча подошел и наклонился, бросая взгляд на женщину, лежащую неподвижно. Ее кожные покровы были бледными, даже синюшными. Нетрудно догадаться – Татьяна Аркадьевна уже мертва.

– Ну же! Что вы там рассматриваете? Возьмите термос с черной крышкой и выпейте содержимое.

– Зачем? – уточнил Рома.

– Затем, чтобы вы не мешали.

Рома подчинялся. Просто не видел другого выхода. Он знал: при малейшей ошибке Олю убьют. Открутив черную крышку, следователь глотнул горьковатую жидкость. Пищевод обожгло, и Скоблев почувствовал, как закружилась голова. Попытался сосредоточиться, удержаться на ногах, но сознание постоянно куда-то уплывало.

– Не беспокойтесь, вы не умрете. Просто немного поспите. А проснувшись, забудете обо всем тут произошедшем.

Рома не заметил, когда упал на землю. Он слышал Леню, который звал и приказывал не отключаться, но ничего не мог сделать. А затем пришла темнота.

Юрий Никифорович подошел к Скоблеву и вытащил того из начерченного круга. Потом вернулся к Кристине и присел на корточки, планируя закончить ранее начатое. Вопли Морозова его нисколько не волновали. Маслеников уже знал, что сделает с этими следователями после окончания ритуала.

Подняв глаза к яркой луне, мужчина стал произносить слова, которые уже давно заучил наизусть. Слова складывались в предложения, а предложения звучали протяжной непрерывной песней. Все шумы вокруг пропали. Был слышен только громкий, четкий, завораживающий голос.

В какой-то момент Маслеников насторожился и опустил голову, всматриваясь в темноту за деревьями. И сначала не признал нового визитера. Щуплый ребенок приблизился, выходя на лунный свет, и Юрий Никифорович увидел своего брата. Того, кого своими же руками убил много лет назад.

Мальчишка медленно приблизился и остановился, не дойдя несколько шагов.

– Ты?! – выдохнул Маслеников, пораженный увиденным. Призрак кивнул. В лунном свете его бледное лицо казалось совсем прозрачным, а рыжие волосы сверкали, словно искры огня. – Но зачем ты пришел? Прошло уже столько лет!

– Почему ты убил меня? – словно дуновение ветра, прошелестел детский голосок. У Лени и Оли, все это время наблюдающих за происходящим, побежали по коже мурашки.

– Да потому что ненавидел!

– За что? – снова проговорил парнишка, не шевеля губами.

– Наша мать любила тебя больше! Даже мой отец любил тебя больше! Тебе доставалось все, а я постоянно на втором месте!

Все замолчали. Слышался только шорох листвы и нарастающее карканье. Оля заметила на тонких ветках деревьев множество ворон. Они слетались и слетались, словно атаковали все вокруг. Так много птиц в одном месте девушка еще не видела, и потому становилось только страшнее.

Внезапно тишину разорвал звук глухого удара. Оля повернула голову и заметила лежащего на земле Юрия Никифоровича, а рядом с ним на подрагивающих ногах стоял Скоблев.

***

В бескрайней темноте Рома услышал нежный голос жены. Та звала, что-то шептала на ухо. Как в те дни, когда была еще жива. Так Марина будила мужа по утрам – нежным голосом зовя его по имени.

– Рома, – опять услышал Скоблев. – Ромочка, дорогой, просыпайся. Ты должен помочь