Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

— На кону наши жизни, — напомнил Марк.

— Я привык к смертям, — отведя взгляд, проговорил Аргент. — Идём дальше.

Они снова шли по лабиринту, и Марк всё чаще оглядывался, чтоб посмотреть на Эдама, движения которого становились всё более вялыми. Юноша шёл, опустив голову, и казалось, что теперь каждый шаг даётся ему с трудом. Он уже хотел объявить об очередной остановке, когда сзади раздался крик:

— Стойте! Я не вижу Ибера!

Марк остановился и посмотрел туда, где позади заплясали огни фонарей в руках рыцарей.

— Он шёл последним? — снова раздался встревоженный голос Виолы. — Ты что-нибудь слышал?

— Нет. Ибер! Где ты, дьявол тебя!..

— Я здесь… — наконец, раздалось откуда-то издалека, и послышались быстрые шаги. — Я… немного отстал. По надобности.

— Глупец! — крикнула Виола.

— Привал, — объявил Марк и, взяв Эдама за локоть, осторожно усадил его у стены.

— Кто сказал? — Виола уже фурией неслась к нему. — Разве у вашего подопечного не мало времени?

— Ему нужен отдых, — возразил Марк, в то время как Аргент присел рядом, снова проверяя пульс юноши.

— Он всё равно умрёт! Оставим его здесь и идём дальше.

— Идите, — Марк взглянул ей в глаза. — Я не двинусь с места, пока не сочту нужным.

— Привал, — зло процедила она, обращаясь к своим людям, обступившим её, и, развернувшись, отошла.

Один из рыцарей подошёл к Марку, с вызовом глядя ему в глаза, и ударил его в грудь ладонью. Марк замер, собираясь ударить в ответ, и вдруг почувствовал, что к его груди прижалось что-то совсем не похожее на мягкую ладонь. Рыцарь продолжал смотреть ему в глаза.

— Ибер! — крикнула Виола, и Марк поспешно накрыл руку рыцаря своей.

Тот выдернул ладонь и отошёл вслед за товарищами, а Марк почувствовал под пальцами что-то небольшое и холодное. Присев, он взглянул на то, что лежало в его руке. Это была маленькая серебряная коробочка с голубым камнем на крышке. Открыв её, он увидел там круглую чёрную пилюлю. Он задумался. Может, Виола ошиблась, и противоядие было не у Жанно, а у Ибера? Или тот отдал ему коробочку? Но зачем? И зачем рыцарю Чёрного зеркала спасать мальчишку, которого он не знает? Он подозрительно посмотрел вслед Иберу, а потом покачал головой. Всё это уже не имело значения.

Он молча показал Эдаму коробочку и выкатил пилюлю на его влажную ладонь, а потом достал флягу с водой. Оруженосец посмотрел на него округлившимися от изумления глазами, но послушно закинул пилюлю в рот и запил из фляги.

Они ещё какое-то время просидели в этом душном коридоре двумя группами у противоположных стен, почти не разговаривая. Ещё один мешок с едой опустел, и Марк скомандовал конец привала. Эдам поднялся и на минуту замер, прислушиваясь к себе.

— Я могу идти, — сообщил он.

— Я надеюсь, что скоро тебе станет лучше, — шепнул ему Марк. — Но не демонстрируй особую прыть. Они не должны догадаться о том, что ты принял противоядие.

Юноша кивнул, и они двинулись дальше. Они шли ещё несколько часов. Марк намеренно не торопился, делая вид, что медлит из-за Эдама. Но тот уже вполне пришёл в себя и временами Марк замечал на его лице мимолётную улыбку, которую тот старался скрыть. Виола ворчала позади и даже пыталась угрожать, но, видя, что ловушек больше нет, понимала, что Марк ведёт их правильным путём. Спорить с ним не имело смысла, а её приказы он игнорировал, и ей не оставалось ничего другого, кроме как тащиться следом, вымещая свой гнев на подчинённых.

Коридор оборвался неожиданно, и они оказались в небольшом зале перед каменными воротами, на которых были вырезаны какие-то знаки. Вдоль стен стояли семь статуй, а посреди зала — большая каменная чаша. Подойдя к воротам, Марк осмотрел их и не нашёл ни замка, ни ручки.

— Понятия не имею, как их открыть, — сообщил он.

— Нужно было взять с собой порох, — проворчал один из рыцарей, — мы бы их взорвали.

— Тут ничего нельзя взрывать, — возразил Аргент, разглядывая статую женщины, у которой рука была вытянута вперёд раскрытой ладонью. — На самом деле мы не так глубоко, как вам кажется. Лабиринт ниже круглого зала на один этаж. Внутри скалы над нами могут быть полости, и любой взрыв вызовет обрушение перекрытий и той части замка, которая находится над ней.

— Этот зал — ещё одна загадка, — покосившись на него, проговорил Марк. — Если мы её раскроем, то ворота откроются сами.

— И как нам её разгадать? — поинтересовалась девушка.

Марк подошёл к каменной чаше и увидел в ней семь металлических шаров разных цветов, а потом обернулся к статуе.

— Почему они все стоят с протянутой рукой? — спросил он. — Может, нужно положить эти шары на их ладони в определённом порядке?

— Возможно, — кивнул Аргент. — И, может быть, если мы ошибёмся, сработает ещё какая-нибудь ловушка.

— Полагаю, что так оно и есть, — мрачно взглянув на него, кивнул Марк и достал из чаши шар.

Он был гладкий и, скорее всего, сделан из серебра. Осмотрев его, он увидел на нём изображение меча. На шаре из золота была выдавлена прялка, на медном — фонарь, на свинцовом — трезубец, на бронзовом — лук с наложенной на него стрелой, на железном — зеркало с ручкой, а на одном, который Марк тоже сперва принял за серебряный, но потом всё же решил, что это олово, — кубок.

— Я полагаю, что эти рисунки и есть подсказки, — заявила Виола, взяв у него из рук оловянный шар. — Здесь две женские статуи, им на ладони нужно положить зеркало и прялку. Мужчинам — оружие. Вот только кому какое? И которой женщине предназначено зеркало, а которой прялка?

Марк подошёл к ближайшей женской статуе и осмотрел её ладонь.

— Здесь есть выемка для шара, но она совершенно гладкая. Как статуя узнает, что ей на руку положили именно её шар?

— По массе! — вдруг заявил один из рыцарей и Марк, взглянув на него, узнал Ибера. — Здесь все ловушки связаны с давлением, почему эта должна быть другой? Все металлы имеют разный вес, если взять одинаковые слитки разных металлов и положить на весы, то они будут весить по-разному. Понятно, что золото и свинец тяжелее меди и олова.

— И как мы узнаем, какой шар нужно положить на руку статуе? — проворчала Виола, подозрительно глядя на него. — И не слишком ли ты стал разговорчив?

Рыцарь смущённо потупился.

— Он прав, — поддержал его Марк. — Металлы действительно