Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

Он сперва не понял, о чем говорит жена, но был готов слушать бесконечно. Хотел, чтобы она говорила и говорила, не останавливаясь. Рома всегда любил ее голос. Кажется, в него он влюбился раньше, чем в саму девушку.

– Милый мой, проснись, – снова сказала Марина, и следователь подчинился.

Открыл глаза. Сориентироваться оказалось очень трудно, но, взяв себя в руки, он все вспомнил. Обвел взглядом поляну и увидел Олю, лежащую на алтаре, Леню, которого привязал к дереву, и директора детского дома, разговаривающего с братом, точнее, с призраком. Аккуратно поднялся на ноги и осмотрелся, ища свое оружие. Не найдя, подобрал с земли толстую палку.

Никто не заметил, как Рома встал и подошел со спины к Масленикову. А потом, замахнувшись, ударил того по затылку.

Юрий Никифорович упал без сознания. Скоблев не убил его, нет. Преступник жив и скоро понесет наказание за все то, что сделал.

Эпилог

Рома закинул сумку на плечо и еще раз осмотрел квартиру. Ему не жалко было уезжать, он наоборот, безумно желал этого.

После происшествия в лесу прошло чуть больше недели. Все это время Скоблев приходил в себя. После отвара, которым напоил его Маслеников, сознание оставалось мутным еще несколько дней. Но все прошло, спасибо травяному чаю Николая Петровича. Старик взял здоровье московского следователя в свои руки и звонил каждый день, интересовался самочувствием и привозил лично заговоренные травки.

Справедливость восторжествовала. Юрия Никифоровича осудили за убийство шести человек – принесенных им в жертву пяти девушек и жены, которую он отравил. Маслеников во всем сознался в тот же день, когда пришел в себя. А вот информации о соучастнике Рома так и не смог добиться. Уже бывший директор детского дома утверждал, что того не было. Точнее, «черный балахон» ему лишь снился и давал указания. Скоблев, естественно, не поверил, но «расколоть» преступника так и не удалось.

Добролюбов, до последнего не верящий в произошедшее, извинился и пообещал, что второго преступника они непременно найдут. Главное, смерти прекратились.

А Леня Морозов неожиданно для всех уволился из отдела полиции. Его долго уговаривали остаться, но по неясным причинам молодой человек сказал твердое «нет» и забрал свои документы.

Выйдя из подъезда, Рома сел в уже ожидающее такси.

– Меня сначала вот сюда отвезите, а потом на вокзал, – сказал Рома водителю, показывая бумажку с адресом, и тот согласно кивнул.

Скоблев не мог ответить себе на вопрос, зачем едет к Ольге. Они виделись совсем недавно – несколько дней назад в суде. Но и уехать вот так, не попрощавшись, считал неправильным.

Машина подъехала к дому. Рома вышел и сразу же заметил Олю.  Сидящая на лавочке и читающая книгу девушка, услышав звук мотора, вскинула голову. И улыбнулась, увидев Скоблева.

– Оля, здравствуйте, – следователь махнул рукой в знак приветствия.

– Добрый день, Роман Русланович, – девушка подошла к калитке и распахнула ее, остановившись напротив Ромы. – Вы уже уезжаете?

– Да. И скажу по секрету, очень этому рад. Наверное, маленькие города не для меня. А вы скоро вернетесь в Москву?

Оля посмотрела на него задумчиво.

– Скоро. Отпуск почти закончился. Но если и вернусь, то ненадолго.

– Почему? – выгнул бровь Рома.

– Планирую переехать к дедушке. Знаете, я только сейчас поняла, насколько важна семья. Никогда об этом раньше не задумывалась. Да и честно говоря, устала от большого города.

От этих слов Скоблеву стало грустно. Грустно оттого, что он не увидит больше эту странную девушку, которой снятся ужасные сны. Оля нравилась ему и как женщина, и как человек. Хрупкая с виду, она оказалась сильнее крепкого мужика.

– Жаль. Но это ваш выбор. Я приехал попрощаться. У вас есть мой номер телефона, и если нужна будет помощь, обязательно звоните.

– Спасибо. Хорошей дороги.

Оля шагнула вперед и прижалась к горячей твердой груди Скоблева. Он не стал отталкивать, только сильнее сжал ее в своих медвежьих объятиях, прощаясь навсегда.

***

Шум вокзала навел на Романа какую-то тоску вперемешку с радостью. Возле нужного вагона уже ждал Леня Морозов с большим черным чемоданом и переноской для животных, из сетчатого окошка которой выглядывала довольная рыжая морда.

– Роман Русланович, – помахал парень рукой. – Рад, что вы не опоздали.

– Я никогда не опаздываю. Ну, готов переехать в большой город?

– Готов, – с облегченным вздохом сказал Леонид.

– Вот и отлично. В понедельник тебя уже ждут в отделе.

– Молодые люди, через пять минут поезд отправляется. Прошу занять свои места, – раздался позади них голос проводницы, мужчины обернулись, а потом послушно зашли в вагон.

Вскоре поезд тронулся, медленно набирая скорость. Провожающие махали, прощаясь с уезжающими. Кто-то навсегда, а кто-то на время. Рома откинулся на кожаную спинку диванчика и всмотрелся в толпу на перроне.

Его внимание привлек высокий мужчина в черном балахоне. Скоблев даже подался вперед, чтобы рассмотреть его получше. Но стоило моргнуть – и незнакомца уже не оказалось на месте. Он словно испарился в воздухе.

Ольга Которова.

Графство Дюбуа

Глава 1

Держа в руках горячую кружку ромашкового чая, Оля сидела в кресле и слушала, как за окном завывает ветер. Февральские морозы все не желали отступить и позволить яркому солнцу осветить пасмурные и серые улочки столицы.

Девушка сделала еще один глоток ромашкового чая и поморщилась. Она безумно соскучилась по кофе. Но вот уже неделю пыталась отказаться от божественного напитка или хотя бы пить его не так часто, как раньше.

Оля смотрела в одну точку на стене и думала, думала, думала. Прошло две недели после увольнения с работы, и что теперь делать, она не представляла. Городская больница и родной пост медсестры терапевтического отделения были для нее всем, но… Снова стали преследовать сны, и чем больше она общалась с людьми, сближалась с ними, тем больше снов ей снилось.

Она понимала – это неизбежно. Сны про смерть каждого знакомого человека сводили с ума. Дед Коля называл эти сны даром, в их семье передающимся по женской линии из поколения в поколение. Но Оля знала, что это вовсе не дар, а настоящее проклятье, из-за которого умерла ее мать. И так случалось с каждой женщиной, стоило произвести на свет дочь. Матери передавали дар в первые минуты жизни младенца, а потом сразу же умирали. И с такой ношей девочке приходилось расти. Каждую ночь ее преследовали сны о смертях родных и близких.

Несколько лет Оля боролась с вещими снами с помощью психотропных препаратов, принимая их дозированно,