"Фантастика 2026-132". Компиляция. Книги 1-21 - Сергей Анатольевич Панченко

— Данил, Ростик, проверьте. — Отдал распоряжение Роберт.

Эти двое показали себя умелыми стрелками, умеющими принимать правильные тактические решения в бою, что у бойцов постарше получалось хуже. Ребята с готовностью отправились выполнять задание.

По улице побежали испуганные люди и натолкнувшись на вооруженных бойцов КОБЫ, впали в настоящую панику, решив, что это и есть те самые бандиты и они уже в городе.

— Да мы свои. — Выкрикнул Роберт. — Идите спокойно домой и сидите там.

Громкие крики привлекли внимание людей, засевших в подвале. Раздалась автоматная очередь. Несколько человек упали на землю, ничего не успев понять. Со стороны могло показаться, что это бойцы КОБА расстреливают людей.

— Уходите отсюда! — Выкрикнул Роберт. — Живее. Денис, бегом за скорой.

Паникующий народ соображал туго и создавал проблему для проведения операции. Диверсантам несказанно повезло, что они решили начать операцию в момент их захвата. Подумалось, что они могли знать о ней и подняли панику, как только начался захват.

Бойцы КОБА разогнали людей и вынесли раненых из зоны обстрела. Фактор неожиданности получить не удалось и потому предстоял захват здания под огнем неприятеля. Со стороны рынка стрельба тоже затихла и вскоре явились Данил и Ростислав, вооруженные автоматами и с довольными физиономиями.

— Что там было? — Спросил Роберт.

— Славка и Павел заметили двух человек с прикрытыми автоматами, захотели задержать, но те открыли огонь. Павлика ранили в ногу. А бандюков мы с Ростиком завалили.

— С наколками были?

— Нет, чистые. Но парни крепкие, как будто занимались спортом.

— Молодцы. А мы тут немного зависли. Гражданские влезли в процесс, пришлось потерять время, чтобы не погибло больше. Диверсанты теперь не дают подобраться к окнам, бросить дымовухи. — Пояснил Роберт.

Данил оценил ситуацию, выглянув из укрытия.

— Ничего сложного, бать, шеф. — Исправился он. — Один с дымовухами идет к дыре, остальные стреляют в нее, подавляя огонь. Если что, я справлюсь.

— Уверен? — Роберт не хотел посылать сына.

— Да. — Данил улыбнулся, словно отпрашивался на вечеринку.

Никто, кроме него в отряде не владел в бою таким хладнокровием, а любой страх сковывал смекалку.

— Хорошо, бери пару гранат и иди, а мы прикроем.

— Стреляйте в дыру, пока не дам знак. Самое опасное расстояние последние метры. — Попросил Данил.

— Конечно. Все слышали, ведем огонь по дыре, пока Данил не даст знак.

Сын взял две гранаты. Они взводились химическим способом и не требовали открытого огня, что в бою очень помогало не отвлекаться на поджигание фитиля. Все бойцы, находящиеся на этой стороне здания, открыли огонь в сторону вражеской бойницы, а Данил, пригнувшись побежал к развалинам. Обратного огня не было. Вокруг дыры взлетали комья грязи и битого кирпича. Ни один человек в здравом уме не сунулся бы в нее, чтобы ответить. Данил подбежал к ней и поднял руку. Стрельба остановилась. Поднялся чуть выше на разбитую стену и активировал первую гранату. Убедился, что реакция началась, нагнулся и бросил ее в дыру. Активировал вторую гранату и собрался ее бросить, но в этот момент из бойницы показалась рука с автоматом, направленным вверх. Раздались выстрелы.

Пули задели Данила. Он отшатнулся, выронил гранату, удачно упавшую внутрь подвала. Бойцы КОБА открыли массированный огонь по дыре, не давай противникам добить своего бойца и не позволяя выбросить «домовуху». Роберт, забыв про все на свете, бросился к сыну. Данил лежал на кирпичах на груди. По опущенной руке на землю стекала кровь. Роберт схватил его, несмотря на приличный вес, закинул на плечи и побежал на свою сторону.

— Нет, нет, только не это. — Приговаривал он, ругая себя за легкомысленность.

Кроме жалости к сыну, он представил себе состояние Марии и Эмилии, когда они узнают, что Данил погиб. У парня только началась счастливая полноценная жизнь. Похоже, Роберт ценил ее сильнее, чем сын. У ребенка были свои приоритеты, и он поступил, как должен, не жалея ни о чем.

Вскоре на позициях КОБА появились медики с носилками. Беглый осмотр ранений успокоил отца.

— Жив, но надо спешить. — Произнес врач.

— Пожалуйста, поспешите, это мой сын. — Роберт не сдержался, чтобы не придать важности поручению.

Ростислав, в порыве благородной мести за друга, превратился в берсерка. Остальные дымовухи забросил он сам, но уже с учетом ошибок друга. Парень не выпускал автомат из рук и контролировал бойницы, не позволяя открыть из них огонь. Наверняка диверсанты не готовились к подобному захвату, предполагая только старый добрый штурм. Изнутри доносился истеричный заходящийся кашель. Полезли первые жертвы, не справившиеся с удушьем. Их сразу принимали и вязали.

Когда дым немного рассеялся, сделали мокрые повязки на лицо, взяли фонари и отправились исследовать подвал. Изнутри он оказался доведенным до идеального состояния, чистый и ухоженный, оборудованный спальными местами, обеденной зоной с печкой, оружейкой, и той самой рацией, припрятанной в нишу в полу. Внутри обнаружили три трупа, тех, кто не сдался, либо не смог добраться до выходов.

Роберт устало присел на стул и посмотрел на нарды, лежавшие на столе перед ним. Его люди только что избавили Архангельск от страшной угрозы, но праздника в душе не ощущалось.

— Денис, определи пленных и на доклад к Первому, а я в больницу, к сыну. — Предупредил он помощника.

— Конечно, шеф. Все сделаю. Данька выживет, он сильный. То, что мы взяли их гнездо почти без потерь, его заслуга.

— Спасибо. Вы все сегодня показали себя отличными бойцами, выношу вам благодарность, а как ее материализовать, я еще подумаю. — Нашел Роберт в себе силы отблагодарить коллег. — Вот, кстати, оружейку заберем себе, а то с ПМами бегаете, как мальчишки.

— Нет, шеф, пусть на фронт идет, там оружия не хватает. — Не согласился Ростислав.

— Молодец. — Похвалил его Роберт. — Ну, на сегодня всё. Далее по расписанию.

Он покинул подвал и направился в больницу.

Глава 23

Иван несколько дней был сам не свой. Прокручивал в голове страшное событие и поверить не мог, что стал его непосредственным участником. Он не сильно переживал по поводу смерти гостей, трезвый ум понимал — выхода у него не было. Проснувшись, напарники убитого начали бы его искать. Даже если наплести им, будто он ушел, и никто не видел куда, они бы не особо поверили. Начали бы жестко трясти, и кто-нибудь обязательно проболтался. Под дулом автомата никому не хотелось геройствовать. Иван больше переживал из-за того, что он теперь убийца. На его руках кровь четырех человек, а на душе вечная печать смертного греха.

Его не трогали, но промеж себя многие осуждали, понимая, что спокойной жизни