Красный Корпус IV - Илья Романов

— Здравствуй, Добрыня Владленович. Меня зовут Демидов Константин Викторович. Спасибо, что не отказался и пришёл, — поздоровался я с сидящим напротив меня мужчиной, протянув ему руку. Тот пристально упёрся взглядом в моё лицо и будто пытался что-то на нём разглядеть, а затем осторожно, словно боясь сломать, пожал ладонь.

— Командир, — скупо кивнул он.

Я с вопросом посмотрел на Перуна и тот понял о чём речь.

— Это один из его заскоков, — уселся он рядом со мной, откусив крекер. — Он так всех командиров команд называет, из Корпуса или свободных, неважно. Остальных по именам, а командир, просто командир.

— Понятно, — кивнул я. А то уже промелькнула мысль, что он согласен присоединится. Вновь посмотрев на молчаливого здоровяка, который так и не прикоснулся к кружке чая, заговорил: — Саша тебе рассказал, что я собираю команду?

Обычный, вводный вопрос. Вот только я уже начал понимать, с Добрыней не нужны простые беседы. Не тот типаж, вот нутром чувствую. Доводилось общаться с такими людьми. И поэтому не удивился односложному, равнодушному ответу:

— Да.

И всё, замолчал. Что и ожидалось.

Перун рассказывал мне про этого человека. Одного из тех, кого он порекомендовал в команду.

Долгов Добрыня Владленович. Тридцать семь лет. Раньше состоял в команде Корпуса на позиции авангарда. Остался единственным выжившим после того, как его команда в рейде нарвалась на сразу семерых мантикор. Да и выжил он лишь из-за своего дара, благодаря которому продержался и не истек кровью от ран, пока не пришла помощь.

Почти год реабилитации, а дальше работа в одиночку, по найму. Другую команду он так и не нашёл. По словам Перуна — ещё один заскок с командирами, но он сам особо не понимал, что у этого исполина в голове.

По идее, я должен был провести с ним краткую беседу, познакомиться, обозначить намерения. Обычный момент, поглядеть на возможного сокомандника и дать ему на себя посмотреть, оценить.

Вот только весь мой опыт прожитой жизни говорил о том, что с Добрыней этот путь не сработает.

Поэтому, вместо пустой болтовни, я сказал то, что удивило Перуна и заставило нахмурится здоровяка:

— Будешь вместе со мной, плечом к плечу, бить тварей Хаоса?

Над ответом он думал почти минуту, в течении которой никто ему не мешал и не отвлекал. Добрыня будто в себя ушёл, продолжая смотреть на меня в той же попытке что-то увидеть, понять. И судя по тому, что у него не только физический дар с аномальной силой и регенерацией, но ещё есть зачатки сенсора, я понимал, что он хотел увидеть.

— Ты сильный, — прогудел он, а Перун скрыл улыбку за глотком чая. А следующие слова только подтвердили догадку: — Не понимаю, но вижу.

— Ты тоже сильный, — ответил я.

— Знаю, — как само собой разумеющееся сказал он, даже не сомневаясь, и неожиданно замялся. — Мне нужен щит.

— Будет, — приподнял я уголки губ в улыбке. Весь наш разговор выглядел бы странно для возможного зрителя, но мы понимали друг друга. — Тебе потребуется защищать команду, а без щита это сделать сложно.

Здоровяк сурово кивнул, а в глазах его появилось одобрение.

— Защищать тебя, командир. Защищать Перуна, — прогудел он, будто закипающий чайник. — Кого ещё?

— В данный момент нас семеро, — ответил я.

— Одного щита не хватит, — нахмурил он кустистые брови. — Нужно ещё.

— У тебя будет напарник, — вставил Саша. — Оборотень.

— Оборотень, — выпятил Добрыня нижнюю губу. — Не очень хорошо, но два щита лучше, чем один.

Значит, ему уже приходилось сражаться вместе с людьми, у которых был дар, похожий на дар Игната? Это хорошо, быстрее сработаются.

Здоровяк вновь задумался, но вот его лицо разгладилось, он решительно кивнул и посмотрел мне в глаза.

— Я буду защищать тебя, командир. И команду. Стану щитом.

Перун широко и довольно улыбнулся. Среди всех, кого он решил показать мне и позвать в будущую команду, от Добрыни он ожидал именно положительного ответа. А вот у меня уверенности не было, всё же люди незнакомые, вместе мы не сражались. А оно вон как, здоровяк даже особо не думал.

Всё понял для себя, увидел что-то своим даром сенсора, и принял решение. Его проблема коммуникации — одна из причин, почему он до сих пор не нашёл другую команду, в прошлой Добрыня был знаком с командиром с детства, вот тот и пристроил его рядом, а теперь… кому нужен косноязычный здоровяк, даже если он силён? Проблем от него может быть больше, чем пользы.

А вот я думал иначе. Мне не нужно, чтобы Добрыня говорил. За него всё скажет его сила и тот самый щит.

— Хорошо, Добрыня, — принял я решение. — Какой у тебя позывной? А то Саша не сказал.

— Щит.

И почему я не удивлен?

— Понял, — даже не думал я насмехаться. — Ты живёшь здесь, в Цитадели, но где именно?

— Емеля. Одна комната, тесно, — это он про местный бар.

— А там разве сдают комнаты? — повернулся я к Перуну, приподняв бровь.

— Сдают, — хмыкнул тот. — Не все живут в «Гордости» постоянно, кто-то проездом, другие по делам или на разовый рейд. Емеля на этом неплохие деньги делает, у него, конечно, не отель пять звёзд, но чисто и сухо.

Хм, понятно… Оставлю пока эту информацию.

— В таком случае, Добрыня, можешь жить здесь, — кивнул я здоровяку. — Выбери себе комнату, какую хочешь, и обживайся.

— Любую? — с детской непосредственностью спросил он.

— Да, любую, — улыбнулся я ему.

— Командир добрый, — ответил он своей улыбкой, показав крепкие зубы. — Я буду защищать дом.

Ну, вот и сторожа нашли, чего уж тут.

Здоровяк попрощался с нами и ушёл, ему нужно было забрать вещи, а Перун с улыбкой обратился ко мне:

— Ну что скажешь?

— Он нам подходит, — взял я ещё один крекер. — Простой, но верный. В прошлом из таких людей получались лучшие паладины храмов. Ему не нужны слова. Только поступки и возможность быть полезным.

— Это да, после твоих слов о том, что он может тут жить, Добрыня аж засиял, — покачал он головой.

Помимо здоровяка у нас должна была