И снова странный вождь? - Анатолий Н. Патман

куполов примерно в паре лиг от замка и чуть поближе. Почти всю ночь провозился, по десятку опор поставил. И на Камне Силы тоже выбил нужные руны, но кровь на них не пролил. Просто на всякий случай. Закончил лишь с рассветом, и сразу поднял защитный купол. Призрачный подниму сильно позже. Пока не время! Все обитатели замка, кроме моих близких, хотя, на всякий случай, были отправлены в начале ночи в Оменис. Пока никого не отпустили. Надо сначала всех опросить.

Я тут же занялся защитой самого Источника. И в подвале замка, хотя, и на части первого этажа, встали сначала небольшой защитный купол, и внутри него, шагов через пять, и охватывая лишь подвал — Призрачный. И после я сразу же завалился спать, пристроившись к своим жёнам, занявшим графские покои. Точно устал сильно. Уж сколько дней не спал толком и всё в магической работе.

Ближе к полудню Эминэлла меня разбудила. Меня уже ждал обильный обед. Подкрепился. Оказалось, Синтелла и остальные ещё рано с утра продолжили проверку замка. Нужные рисунки у них имелись. Главное, были найдены три подземных хода, выходящие на поверхность у самого города, в лесу на другой стороне и небольшом карьере к востоку. Их выходы в замке попадали под Призрачный купол, но мог быть обрушен потолок в других местах, а магическая защита ходов могла оказаться слабой. Оттого все три хода я тут же обрушил магическим взрывом за пределами замковой стены. А проходы под стеной замуровали наши сувары. И, конечно, в кладку были внедрены и защитные артефакты. Ещё и с магией смерти. Надо будет, когда-нибудь ходы можно и восстановить.

После мы с жёнами отправились в город. Там работа уже кипела. Все ненужные лица с использованием временных амулетов отправлялись в сильно освободившийся суварский лагерь.

Зато сам лагерь кипел. Едва мы с жёнами появились там, нас плотно обступили прежние вожди, ну, главы и представители родов, и сотники. Нам даже пришлось установить защитные стенки.

— Акчул, мы не согласны считать тебя единым вождём! Это явится ущемлением наших прав и свобод. Ты, наверное, хочешь вести у нас и тартарские порядки? Может, и эльфийские?

Вождь Эткер Шупаш был сильно возбуждён и зол. Кстати, это он управлял всеми воинами клана Красной рябины. Полтора тысячи бойцов, конечно, немало, но можно без них и обойтись. Ещё две тысячи воинов было из клана Высокой сосны. Набранные вчера три тысячи в основном относились к моему клану.

— Что же, уважаемый Эткер, Вы можете вернуться в свой клан. Да, к Вашему сведению, в Орхее запрещены рабство и крепость, непотребные права знати, установлено равенство прав, в том числе мужчин и женщин. Все оставшиеся там сувары получили имения, им достались имущество и золото с найденных подземелий. Они это заслужили, да были и первыми! А вот Вы отныне даже дома не будете иметь права говорить за весь клан. Только за себя, ну, может, за род. Не больше! Совет Вождей может и дальше обзывать меня пугалом или пустым местом, но теперь сила на моей стороне. Если кто захочет, как дядя Селиван, предать сувар, будет вздёрнут на первом же дубе! И так уж подлые Нухраты много бед натворили! И это с молчаливого согласия нынешних вождей, а то и их сговора! И гибель деда на их совести! Пусть к моему возвращению сами же передают места другим, более достойным и молодым! А вместо дяди Селивана я уже сам выберу здесь достойного вождя. Есть у меня на примете! Идите и больше мне не попадайтесь!

Тут я сразу же созвал сборы кланов. Тот же клан Красной рябины почти весь согласился признать меня единым вождём. Лишь жалкие две сотни не присоединились к остальным. Хотя, и мой клан дал столько. И, надо же, против меня выступил и временный вождь от моего же клана Тимеш Катмар! Он, оказывается, весь прогнулся под дядю Селивана. Что же, я просто разжаловал этого крепкого и умелого воина под полусотню лет до сотника одной из этих сотен. Вот в клане Высокой сосны нашлось четыре сотни несогласных. Но и кланы Белой берёзы и Нежной липы с тремя и двумя сотнями бойцов дали даже по сотне. Ну, они всегда выступали против моего клана. Как-нибудь потом разберусь.

Ещё я выбрал вождя для клана Высокой сосны. Не для войска, а самого клана в Суварской Пустоши. Им стал младший вождь Эстебен Ильтеш, крепкий воин окола сорока лет. Мне его добрая аура понравилась. У него имелись и способности третьего уровня к огню. Жаль, что был необученным. Среди сувар их хватало. Я сразу же предупредил нового тысячного об этом. Его четвёртая тысяча включила в себя по три сотни воинов с союзных кланов и четыре с моего. Пусть сначала привыкнет к своему положению здесь, и будет отправлен на тархах с частью воинов в Суварскую Пустошь. Я ещё и уговорил трофейного заврика Кая пройти с ним Слияние. Заодно оно разбудило у вождя и магические способности. Уже это сильно прибавило ко мне уважение сувар. Кто так мог? Само собой, новый вождь и тысячный получил полный набор сильных орхейских артефактов, зачарованные меч и кинжал, так и орхейский лук с набором стрел, конечно, и опасных.

Остальные четыре тысячи пока только набирались. Я и им назначил тысячных. А вот тысячу несогласных я попросил покинуть общий лагерь и переселиться к деревянной крепости сзади, а потом уходить к крепости Восход. Тоже ведь укрепление. Там и даромские войска стояли. Найдут возможность, отправятся домой. Могут дождаться, раз Совет Вождей начал собирать его, и нового войска. Пусть выкручиваются как хотят.

Сложный разговор состоялся с переселенцами. Четыре десятка сувар, побывавшие зимой в Закате, вернулись с семьями. Ещё пара десятков семей прибыла к моим суварам, уже давно обитавшим в Призрачном замке. Мало того, ещё сотня семей, больше из моего же клана, вызвалась переселиться на новые земли. Жаль, но в десятке из них в сражении у Серебряной речки погибли или главы семейств, или сыновья. Я тут же заверил, что всех приму, а семьи погибших получат от меня и землю, и всю необходимую помощь. Да мне с такими силами уже можно взяться и за многие дела. Главное, ведь вовремя. До зимы времени ещё полно. Можно успеть обжиться. И у нас есть и Закат! Там ранее около пяти тысяч даромцев жило!

Я кратко рассказал семьям переселенцев о новых орхейских уложениях. Конечно, выступили и мои жёны, и