Первый пользователь. Книга 17 - Артем Сластин

планетах явно штампует новых совершенных убийц, отправляя в бесконечную мясорубку, и скорее всего мама уже знает, что отца с братом не стало, ибо не заметить происходящее было просто невозможно. И что-то надо с этим делать… Нужно вставать и разбираться с последствиями.

Я поднял вверх левую руку и задумчиво уставился на пустое место в районе локтя. Точно, я же стёр её из реальности, вместе со всеми… Место среза было странным, зажившим, словно всегда так и было, и у меня никогда не было левой руки. Защитного костюма тоже не было, впрочем, как и коммуникатора. И снова понятно почему, ибо оба браслета я в последнее время носил на левой руке. Всё логично — нет руки, нет устройств, нет привычного функционала и я даже не могу ни с кем связаться.

Я тяжело вздохнул, молча глядя в низкий потолок и на меня снова нахлынули не отпускающие воспоминания. Смерть брата, отца, и совершённый мною геноцид. Все орки, полетевшие с братом мне на помощь, мертвы. Убиты лично мною, за исключением совсем крохотной части, когда капсулы уничтожала Тварь, да икается ей в её посмертии, если оно у них конечно есть. Ещё возможно я задел своим лучом кого-нибудь в космосе, раз уж он испарил даже летящие фотоны на чёрт знает каком расстоянии. Там же должны были быть корабли наших.

И все смерти на моей совести.

А ведь я даже не успел сохранить тела родственников, стерев их останки с лица реальности. Так бы был пусть и небольшой, но шанс на восстановление.

Тяжело, постоянно пытаясь опереться на отсутствующую руку, я сел, оглядываясь по сторонам. Всё то же помещение с биосканером на двери. Проходить испытания заново? Нет, увольте… Только не сейчас.

Лёгкое усилие воли и реальность вокруг меня поплыла, подстраиваясь под мои предпочтения. Исчезла дверь, исчез каменный мешок, и я оказался на самом верху огромной башни, пронзающей небеса. Зал размером с футбольное поле, высоченные витражные окна сквозь которые были видны густые и непроницаемые облака, пеленой раскинувшиеся во всю ширь. Вряд ли на самом деле Башня Испытаний так выглядела, скорее она просто подстроилась под мои ожидания. Впрочем, чего и следовало ожидать.

Я перевёл взгляд вверх, увидел незнакомое небо, залитое светом звёзд так, словно вокруг, в очень близкой области, их миллионы. И нет коммуникатора, чтобы посмотреть на звёздной карте, где именно я нахожусь.

Но идеи, где я, судя по внешнему окружению, у меня есть.

Скорее всего это центр галактики. Запретная зона. Место, где по представлениям ученых находится гигантских размеров чёрная дыра, вокруг которой вращается Млечный Путь. Помнится мне, Лириана мне целую лекцию устроила, рассказывая, что в него пытались снаряжать экспедиции, но всё бестолку. И уже если кто-то и мог туда попасть, то это точно те самые Древние, они же Предтечи.

Снова попытавшись опереться на отсутствующую левую руку, я собрался с силами и наконец встал. Пустота. Абсолютно пустой зал.

— Я добрался.

Мой голос гулко разнёсся по помещению, отражаясь от стен и прозрачных стёкол.

— Что дальше?

И вновь, в ответ только тишина.

Я задумался о происходящем. Раз это Башня Испытаний, то она должна чем-то заканчиваться. Должен быть конец. Награда. Возможность всё изменить, ведь я прошёл её, пусть и считерив, продавив волей, избежав испытаний.

Впрочем, наверняка это единственный правильный путь, потому что в прошлый раз мне засчитали поражение. И где тогда хоть что-то, что бы объяснило мне всё происходящее? Где всемогущая Система? Хотя с ней понятно, это лишь инструмент, по случайности обретший самосознание, но где записи этих самых Древних? Наследие в виде голограммы, как в фильмах? Хоть что-нибудь.

Чёрт… Я тыкаюсь как слепой котёнок, не понимая, что можно сделать. Хотя нет… Кое-что я знаю. Ведь именно за этим я сюда и пришёл. Я уверен, что Башня Испытаний — ключ. По-другому и быть не может. А ещё, у меня есть замок. Не факт, что подходящий под конкретно этот ключ, но мне без разницы, ведь всё просто зависит от приложенных усилий. Хватило бы дури, и любым ключом можно открыть любой замок. Так или иначе, но я сделаю что задумал.

Очередное мысленное усилие и квантовый компьютер, который я, казалось, забрал из Сколково в другой жизни, возник на ровной поверхности пола. Отсутствующий коммуникатор? Плевать… Пространственное хранилище — это моя личная складка реальности, в которой я храню всякое барахло, и так есть, потому что я так решил. Спасибо за костыли Системе, но они мне больше не нужны. Я вырос и теперь я вне Системы. Никаких больше уровней и характеристик, ибо это всё наносное.

Я задумчиво обошел вокруг него, снова спохватившись, что пытаюсь отсутствующей левой рукой почесать затылок. Куда тут подключать интерфейсные кабеля? Где взять питание? А потом взмахнул культёй и просто захотел, чтобы он включился.

И это сработало.

Предмет, в котором зародился искусственный интеллект и в котором явно осталось нечто. Следы присутствия, а возможно и часть ядра. Предмет, через который мы с Дмитрием планировали контролировать Систему. Путь к её сердцу, к её средоточию. Я хмыкнул, вспомнив наши наивные планы и необходимые требования с тысячей характеристик. Глупости… Как можно подчинить Систему пользуясь силой самой Системы? Но откуда нам было знать правду?

Если всё получится, нужно кстати глянуть как он там, да выпустить бедолагу из заточения.

Я подошёл к квантовому компьютеру, приложил к нему ладонь, закрыл глаза, сосредоточился и мир вокруг словно взорвался.

Слои реальности, которые я привык считать незыблемыми, начали отслаиваться один за другим, словно кожура с бесконечной луковицы, погружая меня в квантовый мир. Исчез зал башни, растворились витражные окна и звёздное небо за ними, исчезло ощущение собственного тела: тяжесть, дыхание, даже фантомная боль в конечности. Осталось только сознание, сжатое в точку и одновременно растянутое до бесконечности. Какой-то частью сознания я понял, что и тело моё исчезло из Башни, рассыпавшись невесомой пылью, но меня это ни капли не побеспокоило.

Мысли о том, что я скорее всего исчезну, растворяясь в Системе, тоже не пугала. Немного, так, сущую кроху расстраивал факт того, что я не достроил свою бизнес империю, только начавшую разрастаться, о том, что не вижу, каких высот может достичь корпорация, получившая под свой контроль множество миров, о том, что не узнаю, что с девушками, о том, что и как с мамой.

Я отдавал себе отчёт, что мыслю неправильно, что должен либо биться в истерике, осознавая потерю отца и брата, либо как-то рефлексировать. Но