Шаман из Рода Человеческого - Владимир Пламенев

Либо мне хотелось так думать.

Тем не менее, через несколько минут его багровая фигура скрылась в лесной тьме. А порча, распространённая по поляне, начала понемногу рассеиваться. Это происходило достаточно быстро, так что долгосрочного заражения духовного пространства не было.

Я присел на корточки.

Огненная саламандра взбежала по плечу, уткнувшись концом мордочки мне в лицо. Он был в два раза прозрачнее, чем до начала сегодняшнего ритуала. Поэтому я попросил его убрать барьер. Чтобы ещё больше не выматывать духа, который и так спас мою духовную плоть от порчи.

Всё равно остатки скверны к Камню Цветов не приближались.

Система, почему ты назвала его «Камень Цветов»?

[Обнаружена глубокая связь Камня со спящими под снегом духовными цветами.]

Я хмыкнул.

Коснулся кончиком пальца до огненной саламандры.

— Поддал ты жару сейчас, дружище. Знать не знаю, что бы со мной стало, если бы эта дрянь до меня добралась, но ты точно спас меня от неё. Надо тебе имя дать.

Огненный дух ответил лёгкой искрой мне в палец. Жаркой, но не обжигающей.

— Горынычем будешь? — спросил я, кратко передавая духу образ могучего трёхголового дракона из древнерусской мифологии. — Дракон, прям как ты. Только покрупнее и с тремя головами. Тоже такой будешь.

— Согласие, — пришёл от духа ответ.

Энергетическая ниточка духовной связи между нами чуть вспыхнула.

Я почувствовал небольшой прилив сил, а сам Горыныч стал светить чуть ярче.

Неплохой конец ритуала.

Поднялся, и медленно побрёл к камню.

Дубров лежал на земле. Снова без сознания.

Его тело начало возвращаться к человеческой форме, но гораздо медленнее, чем в прошлый раз. Столб белого света уже не связывал его с рысью. А сама Яра в теле практика понемногу балансировала между звериной и человеческой.

Но нам бы свалить отсюда… дотащить бы его до избушки моей, но пока что не с моей физической силой. Да и раны эти. Они быстро затянулись, потому что ни на руке, ни на боку не были глубокими. Но любая лишняя нагрузка может заставить их открыться.

Система, можем что-нибудь с Дубровым сделать? Ускорить его восстановление?

[Нехватка данных.]

Ясно, придётся либо ждать пока сам очнётся, либо понемногу тащить его. Ни один из этих вариантов мне не нравился, но первый — совсем неприемлем.

Решил чуть перевести дух и уже после этого потащить Дуброва к избе.

А пока подошёл к Камню Цветов. Хотелось узнать, что внутри него есть и как он будет ощущаться. Зельев Шаманского Восприятия всё ещё действовало, но, даже так, заглянуть внутрь не получалось.

Положил руку на камень и пробудил Восприятие. Привычным образом ощутил пространство вокруг, поверхность камня… но сам камень оказался непроницаем.

Зато было кое-что ещё.

Из камня шла сила. Немного, но она сразу вызвала у меня ряд ощущений: я почувствовал себя тяжелее, плотнее. Напряжение в мышцах быстро уходило, а вместо разгорячённости на меня накатило спокойствие.

Эмоции выровнялись за какие-то пару минут.

Система, отчёт.

[Духовная Яра Камня Цветов стабилизировала Вашу энергосистему и сбалансировала её.

Рекомендация: продолжите взаимодействие с Камнем Цветов, чтобы достичь предельного доступного баланса и ускорить все позитивные процессы энергосистемы.]

Это какие?

[1. Восстановление Яры.

2. Физическое восстановление.

3. Выравнивание психических процессов.

4. Очищение энергетических систем организма.]

Так-так, а если Дуброва к камню прислонить, на него это тоже сработает? Он быстрее перезагрузится?

[Предположительно, да.]

Вот и третий вариант появился.

Я схватил бессознательного Дуброва и подтащил его к камню. Прислонил к его поверхности так, чтобы он касался её открытыми участками кожи — частью лица и рукой.

Он мог замёрзнуть. Но я видел, что его энергетика активно работает, чтобы перезапуститься, так что переохлаждение ему не грозило.

Эти практики — звери какие-то! Но в нашем случае — это плюс.

Мгновенного чуда не случилось. Дубров не очнулся. Но Яра внутри него стала циркулировать иначе: стабильнее, прямо как… во время использования Слепка Солнца.

Может, его тоже использовать?

Я вытащил жёлтый кристалл, попросил Горыныча не вредить Дуброву и Намерением провоздействовал камнем на практика.

Процесс «перезапуска» Дуброва пошёл быстрее. Тем не менее, мне всё равно пришлось целый час проторчать в таком режиме, лишь изредка вставая, чтобы размяться и время от времени подогревать себя с помощью Горыныча.

Тем не менее, Дубров приходил в себя. Сначала исчезли его звериные черты, которые окончательно сменились на человеческие. А затем он распахнул удивлённые глаза и растерянно огляделся.

— Где… Рысь где? — спросил он.

— На небе, — сухо ответил я. — Помнишь что-то?

— Рысь помню, — он заморгал и поморщился, взявшись за голову. — Она требовала проснуться… сказала, что иначе тебе конец. Но больше ничего не помню.

Ого… Вот значит, кто подсобил мне с «другой стороны».

— Хорошо, что ты её послушал, — кивнул я. — Иначе бы мы с тобой не разговаривали.

Тут Дубров поднял на меня тяжёлый взгляд, увидел мой окровавленный рукав и бок.

— Я пытался тебя убить? — его голос похолодел.

— Пытался. Но это не главная проблема. На наш ритуал пришёл гость… один испорченный дух.

— Твоим ритуалом испорченный?

— Нет. Но именно из-за него ты чуть не порвал меня на куски и именно от него потом же спас. Вывел из-под удара.

— Это не я был… а рысь. Она разбудила, — он прикрыл глаза и шумно втянул в себя воздух. — Что с тем духом?

— Ушёл. Но я им займусь, — сказал я, глядя в ту сторону, куда утопал Жертвенный Медведь. — Только чуть разберусь, как его упокоить.

— Если помощь какая потребуется — обращайся, — он встал, хмуря лоб. — Я тебе теперь не только здравомыслием сегодняшним обязан, но и жизнью… или рассудком. Раз эта тварь заставила меня напасть на человека.

— Ты меня тоже спас. Так что не вешай всё на себя, — ответил я и развернулся в сторону дома. — Идём отсюда.

Мы отправились в шаманскую избу.

У неё же и разошлись. Дубров сказал, что придёт утром со стариком Радко и его быком.

А я завалился в дом, готовый выключиться как только лягу. И то, что дух Грозового Барса был против, меня совершенно не волновало.

Я двинулся к чёрной шкуре, чтобы одним рывком стянуть её и заменить на овечью — висевшую на стене — как вдруг…

— Ты не так бесполезен, — прошла мысль мне в голову, а над печью вспыхнули серебристые глаза.