Проект «Будущее». Часть 2 - Андрей Анатольевич Федин

кресло. «Был обычный скучный пасмурный вечер, я пошёл бродить в дурном настроении, — пропел голос Максима Леонидова, — только вижу вдруг идёт мне навстречу…» Я открыл глаза — в комнате темно.

Я нащупал на диване смартфон, взглянул на экран: 13 февраля, 2026 год, 21:01. Сработал будильник: пора пить таблетки. Семьдесят пять лет. С каждым годом обязательный рацион лекарств становился всё больше. Салька перестал храпеть — заметил моё пробуждение. Я усмехнулся. Вспомнил, что не собирался спать — после обеда прилёг «на минутку»… и в итоге пропустил ужин. Но жена перед отъездом позаботилась о том, чтобы я не пропускал приём лекарств.

Салька снова захрапел: у него собственный распорядок дня — крики радиоприёмника его не волновали. Я включил светильник — волна света мгновенно разлетелась по комнате. Она добралась до книжного шкафа, где Надиной рукой были расставлены в только Наде понятной последовательности книги: разных форматов, разных жанров и разных авторов — их объединяло только то, что внутри каждой из них были нарисованные рукой моего младшего брата Романа Медведева иллюстрации.

Я уже привычно подумал о том, что коллекция книг с Ромкиными иллюстрациями пополнялась всё реже: народ всё меньше покупал напечатанные на бумаге книги — всё больше читал электронные версии или слушал аудиокниги. Я свесил ноги с дивана, вставил их в комнатные тапки. Салька снова притих: прислушался. Я пробежался глазами по книжным полкам, задержал взгляд на плакате, который висел около шкафа на стене в выполненной под старину золотистой рамке.

«ВИА „Метеоры“ — 1980 год», — гласила надпись на плакате. Я пробежался взглядом по фигурам музыкантов, наряженных в сценические костюмы с олимпийской символикой. Провёл рукой по животу и привычно подумал о том, что у Дани Мельникова живот уже в восьмидесятом году был заметно больше моего теперешнего (может, мне ослабить диету?), а волос на голове Володина тогда было меньше, чем сейчас (Федя сделал пересадку волос только в начале девяностых).

Я поднялся с дивана и побрёл на кухню. Салька бесстрашно свалился с кресла (ковёр приглушил звук падения) и потопал следом за мной. Голос Леонидова стал тише — цоканье Салькиных когтей громче. Я вошёл на кухню, достал из шкафчика коробки с таблетками. Пошелестел фольгой — разложил на столешнице свой вечерний рацион: лекарства и признанные Надей «полезными» биодобавки. Салька посмотрел на меня исподлобья, точно контролировал мой приём лекарств.

Я показал ему сложенные в горсть таблетки и капсулы, сказал:

— Ты такое не будешь. Вон, у тебя свой корм стоит. Чтобы шерсть росла гладкой и шелковистой.

Салька бросил взгляд в сторону расставленных под окном мисок, снова посмотрел на меня — с грустью в глазах.

— Даже не надейся, — произнёс я. — На улицу с тобой не пойду. Ты самостоятельный.

Салька печально вздохнул. Но тут же развернул морду в сторону прихожей. Потому что там застрекотал звонок домофона. Я тоже прислушался — поспешно шарил в памяти: вспоминал, с кем договорился о встрече на сегодняшний вечер. Память молчала, словно я заблаговременно не оставил в ней никаких пометок о назначенной встрече, или же намекала: рацион лекарств не мешало бы пополнить. Домофон сделал паузу (которую заполнило Салькино похрюкивание), и снова застрекотал.

— Кого это принесло? — пробормотал я.

Засыпал в рот таблетки и капсулы, подтолкнул их тремя глотками воды.

Салька потопал в прихожую — я пришёл туда после него. Домофон не умолкал (его требовательный зов походил на киношное требование «Откройте, милиция!»). Салька замер около входной двери и приподнял морду: гипнотизировал взглядом замок.

Я поднёс к голове трубку от домофона и спросил:

— Кому не спится в ночь глухую?

— Открывай, дед,- ответил мне мужской голос. — Свои.

— Свои сейчас дома сидят, телевизор смотрят. В такую погоду только чужие шляются.

— Открывай, дед. Тут холодно. Не узнал, что ли? Это я, твой любимый внук Сергей. Открывай, я уже нос себе отморозил!

Я посмотрел на висевший около входной двери экран — там маячила меховая шапка.

— Мой любимый внук Сергей сейчас вместе с бабушкой Надей в Киеве. Слушает, как бабушка читает лекцию студентам Киевского государственного университета. Присматривает, чтобы она не увлекалась там шампанским и молодыми мужчинами.

— Какое шампанское дед? — сказал голос в трубке. — Бабушка и папа там только коньяк пьют.

Я увидел, как человек на экране снял шапку и повернулся лицом к объективу камеры.

— Открывай, дед! Холодно.

Я усмехнулся — даже на экране заметил, как изо рта моего внука поднимался похожий на табачный дым пар. Нажал на кнопку — домофон пропел приветственную мелодию. Сергей на экране вернул на голову шапку и распахнул дверь. Я щёлкнул дверным замком, отправился на кухню и включил там чайник. Тот сразу же зашипел, точно соскучился по работе. Я зевнул, прикрыл дверцу шкафа. Затянул пояс на халате и потопал в прихожую, где Салька уже облизывал лицо гостя.

Сергей посмотрел на меня и сказал:

— Привет, дед.

Бабушкина улыбка.

Серёжа почесал хрипящего от удовольствия Сальку за ухом.

— Смотри-ка, помнит меня, — сказал он.

Я хмыкнул: Салька столь же радостно встретил бы и грабителей. Понаблюдал за тем, как внук развесил в прихожей на вешалке пальто и шапку. Ногой придвинул к нему «дежурные» тапки (Даня Мельников и Федя Володин сейчас наведывались ко мне не реже пары раз в месяц). Сергей взглянул на своё отражение в зеркале, поправил причёску. Я отметил: на щеках у него минимум двухдневная щетина, нос и уши раскраснелись на морозе. Сергей поднял с пола рюкзак с логотипом спортивного бренда.

Он снова продемонстрировал мне бабушкину улыбку.

— Рад тебя снова видеть, дед, — сказал он. — Ты даже не представляешь: насколько я рад.

Я хмыкнул и ответил:

— Ну, раз ты так рад, то проходи. Какими судьбами в наших краях? Давно приехал?

— Я к тебе прямо из аэропорта, — сказал Сергей. — Бабушку оставил на попечение мамы и папы.

На кухне щёлкнул чайник. Салька насторожился и пошёл туда с проверкой. Мы с внуком пошли за ним.

От Сергея едва уловимо пахло парфюмом и самолётом.

— Почему не позвонил, что приедешь? — спросил я. — И родители не предупредили.

Бросил взгляд через плечо.

Сергей пожал плечами.

— Если честно: даже не подумал об этом, — сказал он. — Отвык я от телефонов.

Я дёрнул плечом.

— В интернете бы написал хоть полслова.

Внук тряхнул головой и сказал:

— Да,