Мастер Трав 12 - Ваня Мордорский

— Кстати, Тран. — вдруг спросил Грэм, — Ты не знаешь, никаких странных мест не появлялось в Кромке? Ничего такого, за что уцепился бы взгляд?

— Странных? — Тран нахмурился. — В каком смысле?

— Ну, вроде ржавой живы, странной плесени, всякой глубинной дряни и всякого подобного. — пояснил я.

— Вам уже такое попадалось? — нахмурился Тран.

— Да так, наткнулись на одно местечко, — уклончиво ответил Грэм. — С ним мы, правда, уже разобрались. Но если заметишь что-то необычное — запоминай где.

— Буду внимательнее, — пообещал Тран и, потрепав волка по холке, двинулся в сторону поселка.

Грэм подошел, подкинул монеты в своей огромной мозолистой ладони, и сказал:

— Ну, хоть что-то. Ладно, что, в Кромку?

— Да, — кивнул я. — Можем собираться.

Я закинул за спину живую корзину, дремлики тут же юркнули в нее, а Седой уже сидел на плече. Грэм тоже был собран, но тут к нам пожаловал еще один гость.

Кирос.

Старик пыхтел, таща в руках две тяжелые каменные ванночки, выдолбленные из цельного камня. С виду они были небольшими, но похоже вес у них был ого-го. Сегодня он был без своего огромного ящера.

Грэм открыл перед ним калитку и тот сразу направился к огненной зоне.

— Мог бы и помочь, старый бугай. — фыркнул Кирос, — Видишь же, тяжело.

— Кто-то недавно говорил, что мы почти одного возраста.

— Тебя всё в мышцы пошло, а мне — в мозг.

Грэм захохотал.

— Ну-ну, просто кто-то мало тренировался, а теперь жалуется на слабую силу.

Кирос ничего не ответил. Просто установил ванночки прямо на горячую землю. Затем извлек из-за пазухи несколько флаконов с густой, маслянистой жидкостью и поставил рядом.

Приручитель вытер пот со лба и тяжело задышал.

— Фуф…

Я подошел поближе к флаконам и ванночкам и спросил:

— А это что за приготовления?

— Это? — Кирос хитро прищурился. — А это я пришел проводить первую закалку своих ящериц. Держи, кстати, — он протянул мне увесистый кошелечек. Внутри звякнуло золото. Оплата за выводок. Я даже не стал смотреть сколько там. Кирос платил хорошо.

Я занес кошель в дом и быстро вернулся к огненной зоне.

— А можно взглянуть на зелье?

Упускать возможность узнать очередной рецепт было бы глупостью.

— Это огненная смесь для закалки чешуи и внутренних каналов, — гордо пояснил приручитель, передавая мне один из пяти флаконов.

— Дорогое удовольствие? — спросил я и использовал Анализ.

— Да уж не дешевое, — хмыкнул в ответ старик. — Но на таких уникальных созданий ничего не жалко.

[Объект: Эликсир Огненной Закалки

Качество: Высокое

Состав: Вытяжка из лавового корня, пепел кристаллической саламандры, кровь огневика ползучего, огненное масло

Свойства: Укрепление чешуи, стимуляция огненного родства у рептилий. Легкий токсичный эффект при попадании в кровь.]

Я мысленно кивнул. Состав не слишком сложный. Если найду ингредиенты, то смогу делать такое сам. И качеством повыше.

Кирос, тем временем, заметил моих дремликов, которые выскользнули из корзины и теперь кружились вокруг меня. В принципе я мог их заставить их спрятаться, но давить на них сейчас вообще не хотелось. Да и всё равно скоро они будут жить в дупле в саду, и не заметить их будет невозможно.

— А это что за чудо? — удивился Кирос.

— Да так, — я пожал плечами. — В лесу нашел. Прибились.

Кирос прищурился.

— Какие-то странные существа… Мне кажется, я их где-то видел. Очень давно. — Старик почесал жидкую бородку, мучительно вспоминая. — Где-то очень глубоко, в Глубинах…но где?

— Сейчас много всякого лезет из Глубин, — мрачно заметил Грэм. — Так что может они и оттуда.

— Возможно-возможно… — пробормотал Кирос, теряя интерес к дремликам, и принялся выливать смесь в каменные ванночки. — Шикарное у тебя тут место, Элиас. Огненный фон даже усилит действие зелий. Кто бы мог подумать, что это бесполезная ящерка нарожает таких чудесных ящерят.

Я наблюдал, как одна из ящериц, издав радостный писк, плюхнулась в кипящую смесь. Остальные с завистью смотрели на нее, ожидая своей очереди.

Закалка ядами и агрессивными средами, — задумался я. — Интересно, а с Седым можно проворачивать нечто подобное? Делать ему ядовитые ванночки для укрепления шкуры и шерсти? Или это только на ящерках работает?

— Элиас, мы идем? — раздался голос Грэма.

— Идем-идем, — кивнул я, с неохотой отрывая взгляд от ванночек Кироса. Надо будет еще и анализ самих ванночек сделать. Уверен, они не из обычного камня.

Оставив Кироса возиться с питомцами, мы с Грэмом наконец-то выдвинулись в лес.

Первым делом, как и планировали, дошли до Железных Дубов. Ритуал был привычным: укоренение, слияние с сетью, боль и преодоление. Я сумел открыть еще четыре узла. Рука первое время горела зеленым цветом, но без этого никуда. Там же я подзарядил секиру Грэма и восстановил весь запас духовного корня. У дубов мы просидели почти два с половиной часа, все-таки открытие каналов — не быстрое дело. И это я и так уже ускорился. После этого мы свернули с привычных троп. Вчера корнечерви отлично показали себя в поиске кристаллов, и сегодня я решил дать им волю порыскать в неизведанных участках Кромки. Пока мы продирались сквозь бурелом и места, где не было даже намека на тропы, я попутно собирал редкие регенерирующие травы для будущей эссенции и присматривал старые, дуплистые деревья — искал новый дом для дремликов. Моховички то и дело высовывались из корзины, но тут же прятались обратно. Они все-таки привыкли сидеть внутри древа, а не путешествовать.

Спустя пару часов блужданий корнечерви внезапно засуетились. Я почувствовал через связь, как их непреодолимо тянет в одну сторону. Тяга была намного сильнее, чем вчера.

Мы свернули за ними, продираясь через густые колючие кустарники и перепрыгивая через поваленные стволы.

— Твои черви точно приведут нас прямо в пасть какому-нибудь хищнику, — проворчал Грэм.

— Я через лиану почувствую это, — отмахнулся я.

Виа разведывала всё впереди, так что никаких особых неожиданностей не будет. Если, конечно, это не плеточник, или другая скрытная тварь — тут уж Виа может и не почувствовать подобной угрозы.

Вышли мы, конечно же, ни какому не к логову, а к одному из десятков безымянных оврагов, прорезанных пересохшим ручьем. Местность здесь была странной: почва сплошь состояла из плотной, почти каменной желтой глины, а