Фантастика 2026-68 - Сергей Витальевич Карелин

стороны. Неоднократно. Однако я ухитряюсь остаться в живых — только для того, чтобы обнаружить обломки твоего бронепоезда, окруженные живописно разбросанными обгоревшими трупами. Я льщу себя надеждой, что среди этих трупов нет твоего, и продолжаю поиски. По обе стороны фронта. Хорошо быть нейтралом! Если помнишь, что нейтрала тоже могут убить или обвинить в шпионаже, арестовать и расстрелять. К счастью — не стану лицемерить, я счастлива! — до расстрела дело не дошло. Зато я наконец-то отыскала добрейшего майора Колменареса, из Испанского легиона. А уж он-то поспешил рассказать, что некто Джеймс Хеллборн, пленный драконский офицер, был освобожден из-под стражи неким капитаном Мак-Диарматом из Р.У.Д. и увезен в неизвестном направлении. «Патрик Мак-Диармат в этом замешан?!» — премного удивилась я, но делать было нечего, все дороги вели в Карфаген. Взятки, угрозы — ничего, что я повторяюсь? — в Александрии я едва не потеряла твой след, и только чудо спасло положение вещей. Один из матросов «Латимерии» был моим давним агентом, он успел оставить для меня записочку на конспиративной квартире. И вот я прибываю в Антарктику — не было счастья! десять лет собиралась! — и что я вижу? Трупы не разлагаются, а тебя среди них нет!!! Куда теперь? Куда лежит маршрут? Куда вести фаланги полководцу?! Надменный град… тьфу, дьявол, я проклинала тот день, когда решила покинуть Порт-Миссон. Судя по трупам, откровенные индюшатники поубивали переодетых индюшатников, а куда после этого могли отправить пленного тебя? Вряд ли на Мадагаскар, точно не в Кергелен, остается только Австралия. Теперь-то я поменяла свое мнение, но если бы не шторм, я бы и не подумала заглянуть в Форт-Нептун. И вот я здесь, и ты тоже здесь, и мы наконец-то вместе.

Она перевела дыхание и добавила:

— Ну, здравствуй, Джеймс.

* * * * *

«Надеюсь, она не пришла за мной, чтобы отомстить», — подумал Хеллборн.

— Я вижу растерянность и недоумение на твоем лице, — продолжала ночная гостья, — но не вижу в этом ничего удивительного! Кто угодно бы на твоем месте удивился…

«Неправда, — мысленно возразил Джеймс, — я совсем не удивлен. Всего лишь поражен».

— …поэтому я начну с самого начала. Восемнадцать лет назад — да, это случилось летом 1922 года. Мы тогда жили во Франции, отец работал помощником военного атташе в Париже, при дворе его величества Ахилла-Наполеона. Каникулы почему-то решили провести в Эльзасе. То есть не мы решили, а отец решил, но теперь-то я понимаю, что он всего лишь выбрал удобное место для встречи со своим грифонским агентом. Ну, это неважно. Мы сняли виллу в пригороде Страсбурга и прекрасно проводили время. Мне тогда было десять лет, моему старшему брату — одиннадцать. Носились по окрестностям, купались в речке, все как положено — ну, ты же понимаешь.

«Не понимаю, — признался самому себе Хеллборн, — у меня было только озеро с гейзером».

— На соседней вилле жил странный старик — то есть нам он казался стариком, на самом деле ему и пятидесяти не было. Но он был совсем седой, еле двигался, ходил с палочкой — старик как старик. Честное слово, не помню, как мы с ним познакомились. То ли забрались к нему в сад, то ли стекло разбили теннисной ракеткой — короче говоря, уже через несколько дней мы были лучшими друзьями. Мы с братом сидели на крыльце, разинув рот, и слушали его рассказы о далеких странах и волшебных королевствах — Халистан, Данорвегия, Белголландия и, разумеется, Новый Альбион. Ты следишь за полетом моей мысли? К сожалению, продолжалось это недолго. В один прекрасный день он как-то странно посмотрел на меня и произнес загадочную фразу: «Gypsy Blood», «Цыганская кровь». Но не сомневаюсь, тебе прекрасно известно, что он имел в виду.

«Не совсем, хотя одно ясно наверняка — он сказал не «цыганская кровь», а «Egypsy Blood», «египтянская кровь», — понял Хеллборн.

— Потом он еще сказал, что наконец-то нашел способ, именно так — «наконец-то нашел способ». И поспешил отправить нас домой. Когда мы пришли к нему в гости на следующий день, полиция не впустила нас в дом. Мы были совсем детьми, нас не хотели расстраивать, но в конце концов мы все-таки узнали — в ту ночь старик застрелился.

«Вот оно как, — хладнокровно отметил Хеллборн. — Что ж, у него было в запасе несколько лет. Пусть не так много, как у египтянцев…»

— А еще через несколько дней удивленная мама впустила в дом нотариуса, который специально приехал к нам из Страсбурга. Оказывается, старик оставил завещание и упомянул меня в нем. Хотя завещал он мне немного. Один маленький конверт, а в нем было это…

Рассказчица расстегнула нагрудный карман кителя и выложила его содержимое на стол. Старая цветная фотография, примерно 14х16, сложенная вдвое и заплавленная в целлулоид; и опозновательный армейский жетон на стальной цепочке. Джеймс осторожно подобрал жетон; звенья цепочки как-то странно и мелодично звякнули. Да, все именно так, как он и предполагал.

— Уже гораздо позже, когда я не только подросла, но и обрела дополнительные возможности, я отыскала запись в архиве одной из городских больниц. Его нашли там же, в окрестностях Страсбурга, искалеченного и полуобгоревшего, 15 октября 1918 года. Тебе о чем-то говорит эта дата?

«Еще бы!» — подумал Хеллборн, рассматривая уже фотографию. На ней был изображен он сам, но почему-то в альбионском мундире старого образца, в обнимку с молодой красивой женщиной. Когда Джеймс впервые увидел ее, она была гораздо старше.

— Человек без памяти, без прошлого, с нелепыми документами, но весьма состоятельный — у него в кармане нашли запечатанный столбик золотых монет…

«Один из первых, — заметил Джеймс. — Это уже потом его принялись в обязательном порядке таскать воздухоплаватели, пролетающие над дикими и враждебными землями, где бумажные деньги не в почете».

— …неизвестной чеканки, но это только пошло на пользу — их оптом скупил какой-то нумизмат-миллионер. Хватило и на хорошие лекарства, и на скромную виллу, где мы с ним и познакомились. Наполеоновская полиция в те годы была настроена благодушно. Разумеется, на него завели дело и некоторое время держали под наблюдением, но особо не докучали.

«Осталось понять, где было расположено зеркало, — задумался Хеллборн. — Неужели на приборной панели? Или это было зеркало заднего обзора?! Нет, вряд ли, не в той машине».

— Боюсь, ты кое-чего не понимаешь, — заявила незнакомка. — Я фактически дезертировала с поста и растратила кучу служебных денег, гоняясь за тобой. У меня будут крупные неприятности. Ты должен мне множество ответов!!! Только не смей говорить, будто я проделала весь этот путь напрасно.