"Фантастика 2026-42". Компиляция. Книги 1-13 - Соня Марей

class="p1">— По закону империи, — громче повторил Рай, — мы имеем полное право и будем расследовать любые преступления на любых участках земель Ангарии. Любое препятствование расследованию будет классифицировано, как измена.

— Вы приходите… — пылко начала девушка, но мужчина положил ей руку на плечо, заставив смолкнуть.

Рай же окинул их всех взглядом, после чего уверенно продолжил:

— Когда на ваших священных землях граф Сайвелджен попытался построить шахту, вы обратились в столицу, и специальная служба расследований тут же вмешалась, приструнив его, по закону об исконных землях граждан империи Ангарии. Это ваши земли, и мы будем так же отстаивать ваши права на неё, как отстаивали до этого, но помимо этого мы расследовать любые преступления, свершённые на этой территории.

Он смолк и повисла тишина, нарушаемая лишь воем ветра, который вновь начал усиливаться. Мужчина, что был главным молчал лишь до поры до времени.

— Там нечего искать. Их нет, а виновные будут наказаны так или иначе нашими землями.

— Тогда тем более вам не очень беспокоиться. Чем быстрее мы приступим, тем раньше покиним эти земли.

— Хорошо, я услышал вас, — согласился он. — Езжайте к деревне, если считаете нужным, но там вы ничего хорошего не найдёте.

— Империя выражает благодарность за сотрудничество, — ответил Рай спокойно несмотря на то, что уже на полуслове всадники развернулись, не дослушав его.

Девушка плюнула им под ноги, бросив напоследок:

— Смотрите, не исчезните в снежной мгле. Эти земли очень голодные.

После чего поехала за остальными прочь.

Они проводили их взглядом.

— Они не сильно дружелюбны, — заметил Кондрат.

— Просто напоминают, кто здесь хозяева, — пожал Феликс плечами.

— Едем, — поторопил их проводник. — Надвигается снежная буря. Надо добраться к вечеру, если не хотим, чтобы её слова стали для нас пророческими.

Они вновь устремились вперёд в сторону деревни Уюг.

Всю оставшуюся дорогу не происходило ничего интересного. Кондрат молча наблюдал за тем, как белоснежный снег проплывает мимо их саней. Как природа, дикая и неукротимая иногда показывает характер, словно напоминая им, кто здесь в гостях. А ведь сколько людей здесь вот так исчезло, замёрзло в снежных степях и никогда не будет найдена.

— О чём говорил Рай, когда упомянул шахты? — спросил Кондрад, пытаясь перекричать усиливающийся ветер.

— Там были найдены залежи угля. Граф хотел их разрабатывать, но то священные земли, и малхонты возмутились. Едва не дошло до резни, но их старший, как его… вождь или шаман, не помню, как они его зовут, обратился в столицу империи. Там подключили нас, и мы наложили запрет на разработку.

— Доход не оправдывал вложения?

— Можно и так сказать. Да и проблемы были не нужны. Как я говорил, может они и часть империи, но здесь свои законы и легче соблюдать определённый нейтралитет и уважение к друг другу, чем потом расхлёбывать проблемы.

— А насколько прибыльным было то место?

— Да не очень, если быть честным. Просто ещё одна шахта, не более. Есть и другие места, где можно добывать уголь без каких-либо проблем. Я знаю, ты думаешь, мог бы граф на это обидеться на малхонтов, но там игра просто не стоило свеч.

И тем не менее мог ли граф затаить обиду на них? Вообще без проблем, учитывая самомнение аристократов. Вырезать деревню, чтобы припугнуть остальных — это было вполне вероятно. Самый край империи, власть далеко, и ты сам себе здесь хозяин. Случись что, вряд ли кто-то хватится за твои тёмные делишки.

Но он не мог не знать, что за это возьмётся служба расследований, которая, на минуточку, имела иммунитет перед аристократией. Да и вырезать деревню, чтобы запугать? Так они потом и сами начнут вырезать людей графа, что так или иначе привлечёт внимание власти, а там после разборов уже он отправится в один конец в снежные земли. Слишком грубая работа, если предположить этот вариант. И глупая.

С другой стороны, нежелание пропускать их виднелась невооружённым взглядом. Местные будто что-то скрывали и не хотели, чтобы служба расследований это нашла или увидела. Если это не их проделки, то пропустили бы и всё, а здесь пришлось надавить, чтобы ехать дальше.

Но опять же, это одни предположения, а они даже места не видели ещё.

К вечеру погода начала резко портиться. Ветер усилился настолько, что некоторые порывы, налетающие сбоку, едва не переворачивал сани. По правой стороне к ним стремительно приближалась белоснежная стена снега. Она выглядела, как огромная волна, от земли до самого неба. От того она выглядела ещё масштабнее, что с других сторон было чистое голубое небо и даже светило солнце.

— Осталось немного, — прокричал проводник. — Вон уже деревня!

По идее, деревня должна была быть прямо у них по курсу, но Кондрат как не приглядывался, ничего не мог различить на фоне блестящего на солнце снега. Только по прошествии пятнадцати минут он наконец начал замечать чернеющие точки домов, которые с каждой минутой становились всё больше и больше.

Они добрались до деревни ровно в тот момент, когда буря настигла их. Вот ещё даже солнце не скрылось за горизонтом, заставляя сверкать снег, как вдруг стало темно, и весь мир погрузился в снежную пелену. Все дома впереди сразу скрылись за снежным бураном. Видимость сократилась буквально метров до пяти.

Последние десятки метров им буквально пришлось прорываться, борясь с ветром, который только усиливался.

— НАДО СПРЯТАТЬ СОБАК! — ПРОКРИЧАЛ ПРОВОДНИК. — ДАВАЙТЕ, БЫСТРЕЕ!!!

Буквально наощупь они добрались до ближайшего дома и ненароком проехали над заметённым забором — об этом сообщили скребнувшие о доски лыжи саней. Стараясь не разделяться, они двигались вперёд, пока не наткнулись на дом, сложенный из брёвен, — далеко же пришлось их везти, — после чего кое-как нашли сарай.

Двери открывались вовнутрь и были заперты на засов, поэтому проблем попасть внутрь не возникло. Быстро отцепив собак и раскинув по мискам еду, они цепочкой вышли из сарая и вернулись к дому. Здесь все двери предусмотрительно открывались вовнутрь, поэтому не пришлось ничего откапывать, иначе это заняло бы порядочно времени — без людей дома занесло по самые подоконники.

Внутри их встретило пустое помещение. Только вой ветра снаружи и поскрипывания дома нарушали мёртвую тишину помещения. Изо рта шёл пар. Казалось, что даже сам дом слегка искрится от мороза.

Проводники тут же бросились растапливать печь, пока Кондрат медленно обходил дом. Здесь было всего четыре помещения: коридор, кухня, зал, совмещающий спальню, и туалет в самом углу, больше похожий на шкаф. Из дыры задувал холодный ветер, и Кондрат серьёзно опасался, что пока будешь здесь сидеть, всё отморозишь.

Восемь дней без человека не прошли для здания бесследно.