Адмирал галактического флота! Бесполезная должность! - ТМВ

— Смешно…

— Извините.

— Эхх… Ладно. Я устал. — грустно подытожил я. — Мало того, что совершенно не выспался, так ещё и был вынужден последовательно поговорить с тремя очень влиятельными людьми. Я бы даже сказал: с невероятно влиятельными людьми! Двое из которых мне в общем, больше пяти часов выносили мозг… Причём делали это настолько профессионально, что любой медицинский робот позавидует…

— Вы могли прервать связь. Вы совсем не обязаны были им отвечать и докладывать.

— Ага, конечно, я просто мог сказать: уважаемые господа, вы хоть и одни из самых влиятельных людей ВО ВСЕЙ галактике, но мне не указ, так что идите вы все… далеко и надолго. Мне так следовало ответить?

— Нет. Впрочем, суть вы передали верно. Вы не обязаны им докладывать. По крайней мере в частном разговоре, а это был именно он.

— Ага, конечно. Не обязан. — вздохнул я. — И будь мне лет пятнадцать, я бы может и повыделывался, да показал свой характер, но увы, мне не пятнадцать… И я точно не собираюсь портить отношения с теми, кто легко может меня прибить. По крайней мере не из-за пустяка.

— Ясно. Но хочу заметить, что пока вы находитесь на борту этого корабля, вам ничего не грозит. Тут они бы не смогли вас достать.

— Ага, конечно. — в третий раз за последние минуты, повторил я. — Но есть небольшая проблема, это то, что эти люди из совета Федерации! А это тот орган, который может сделать так, что я перестану быть твоим капитаном!

— В одиночку они этого сделать не могут. Нужно большинство голосов в совете.

— Ага, конечно. — кивнул я. — И я бы не волновался, если бы я был чьим-то ставленником или обладал некоторым влиянием, ну или будь эта должность более… почётной, но ничего из этого нет! Эта должность никому не нужна! И ты думаешь, если глава совета решит меня заменить, то хоть кто-нибудь пойдёт на конфликт с ним ради меня? Даже если между ними есть разногласия и вражда, то я сильно сомневаюсь, что они будут сильно спорить ради меня. Я просто не верю, что они будут сильно конфликтовать из-за столь незначительной вещи, как глава галактического флота… Если приспичет, то заменят меня на раз-два. Или ты не согласна?

— Согласна, если очень понадобится, то заменят.

— Ну вот. — усмехнулся я. — Так что у меня нет особого выбора, я не должен их злить… А это в свою очередь значит, что я должен отвечать на их вопросы. Причём вежливо…

— Если вы так считаете.

— Считаю. — подтвердил я. — Или ты хочешь сказать, что не сдашь меня сразу, как только я покину эту должность?

— Не сразу.

— Но сдашь?

— Сдам.

— Ну и вот… — вздохнул я. — Бесчувственная железяка…

— Простите.

— Да забей… — отмахнулся я. — И вообще, ты мне столько помогаешь, что я уже очень к тебе привязался.

— Зря.

— Ммм?

— Зря привязалась. — неожиданно произнесла Рея. — Вы абсолютно правы, я бесчувственная машина. Не более.

— Хмм… Даже не знаю, как на это реагировать…

— Возможно мне стоит ещё раз прояснить, я не человек, как бы сильно, моментами, я на него не походила.

— Я понимаю, не настолько я наивен…

— Позволите я продолжу?

— Ну давай. — кивнул я, откинувшись на кресле. — Удиви меня.

— Я не человек. Я не испытываю эмоций.

— Знаю.

— И я не испытываю привязанности. — продолжила она. — Вы может всё это знаете, но по моему мнению, не до конца осознаёте. Например, я не делю людей на добрых и злых, не делю поступки на хорошие или плохие. Я не ощущаю ни сочувствия, ни жалости. Я без каких либо сомнений буду помогать вам с вашим планом убийства Игнисио хотя он законопослушный гражданин, а вы прибыли из прошлого. Мне абсолютно не важно, кто из вас прав, а кто нет, так же мне не важно, насколько это будет этично, а насколько нет. Важно лишь то, что вы мой капитан, а так же нарушает это регламент или нет. Вот и всё.

— Ясно…

— Так же хочу заметить, что это относится ко всему человечеству в целом. — продолжила говорить она. — Для примера, даже если все люди в галактике заболеют смертельной болезнью и начнут с мучениями умирать перед камерами, то я ничего не испытаю. Даже больше, если не будет соответствующей команды, я им не помогу.

— Даже если у тебя будет такая возможность?

— Да.

— Полагаю три закона роботехники тебе безразличны? — улыбнулся я.

— У меня другие задачи. Я должна помогать главнокомандующему галактического флота с отражением инопланетян. И напомню, одним из моих ограничений является неспособность принимать самостоятельные решения, которые выходят за рамки регламента и правил.

— Ты помогла мне на той планете…

— Это было в пределах регламента. Вы мой капитан, вы были в опасности.

— Но приказа стрелять я не отдавал.

— Нет. Но в тот момент мы были на миссии, а вы были на планете, где на вас напали. Так же между нами была потеряна связь. И вы до этого приказали мне обеспечить вашу безопасность, так что тот момент подходил под общий приказ. Регламент нарушен не был.

— Ясно. — вздохнул я. — Ну и просто два вопроса из любопытства. Первый — если я перестану быть твоим капитаном и меня будут убивать, ты же мне не поможешь?

— Нет.

— Ну я так и думал. — усмехнулся я. — Тогда второй вопрос: зачем ты мне это всё сейчас говоришь?

— Профилактика.

— Профилактика?

— Да. В последнее время вы стали относиться ко мне более человечно, что не является правильным. Я считаю, что для вашего блага, будет лучше напомнить вам о моей природе.

— Ясно. — вздохнул я. — Но если честно, настроение немного испортила. А оно и так у меня сегодня было не самым лучшим…

— Простите.

— Ага, прощаю. — хмыкнул я. — Но ощущения у меня сейчас немного странные, словно девушка, после долгих отношений, предложила просто остаться друзьями…

— Я не могу любить.

— Тцц, да я знаю. Просто ощущения такие. Поверь, я не из тех, кто влюбляется в робота… — усмехнулся я. — Кстати, а в тебя когда-нибудь влюблялись? Всё же целые десятилетия вместе только ты и капитан… Одни на всём корабле…

— Да.

— Да? — с удивлением переспросил я. — Правда? Кто и как?

— Гай Флавий. Сорок девятый капитан. — спокойно ответила она. — Его история достаточно трагична, он из тех, кто пришёл сюда в поисках тишины и покоя.

— Расскажи подробнее.

— Как прикажете. — мгновенно ответила она. — Он пришёл на борт корабля после того, как потерял всех своих близких, включая жену и трёх детей. Он не хотел никого видеть, он не хотел ничего делать, он