Система для друзей. Том 2 - Люцида Аквила

– Не обожгись, – предостерег его Ло Хэян.

– Единственное, обо что я могу обжечься, – это ты, – бросил Циян без задней мысли, но слова его прозвучали двояко, и Ло Хэян слегка нахмурился. – Кстати, в истинном теле ты такой же горячий? – глотнув чай, спросил он и снова улегся, почувствовав себя чуть лучше, чем до этого.

– Думаю, буду еще горячее, – со смешком ответил Ло Хэян. – Гуань Юй говорил, мой отец имел горячую кровь, это раскрывалось во время битв, когда он, даже будучи израненным, все равно боролся в полную силу и оставался неумолим. Сам я уже и забыл об особенностях тела, моя температура не настолько высока, чтобы обычный человек это заметил. Только когда касаюсь тебя, я чувствую себя пламенем.

– Разве у меня температура не как у всех? Я ведь тоже человек.

– После совместной медитации кожа у тебя стала как у того, кто долго стоял на прохладном ветру. Для меня ты теперь очень холодный.

Циян фыркнул.

– И что, теперь тебе неприятно до меня дотрагиваться? – Он посмотрел на Ло Хэяна снизу вверх, уткнувшись взглядом в линию его челюсти. – Я, наверное, теперь на змею похож?

– Скорее уж на дракона, ведь для жалкой змеи ты слишком могущественный. А что касается моих ощущений, то ты ошибся. Рядом с тобой я будто вдыхаю свежий воздух, и мне нравится эта прохлада, она расслабляет, – ответил Ло Хэян, глядя на него.

Услышав его слова, Циян неловко кашлянул. Лучше бы ничего не спрашивал.

После испытания дракона и спасения из тюрьмы Яньло-ван как-то… ну совсем изменился. Если до этого он приходил, когда вздумается, и бесцеремонно увлекал его в гущу проблем, то сейчас о подобном даже не заикался.

Система в его присутствии молчала и не тревожила постоянными напоминаниями о заданиях и печати, а барьер вокруг дома защищал от внешнего мира и невзгод. У Цияна появился шанс зажить спокойно, не переживая о баллах и обязанностях, но он понимал, что это, к несчастью, ненадолго. Как бы Яньло-ван ни вел себя сейчас, он вряд ли забыл о своей истинной цели.

Циян вздрогнул, вспомнив кошмар, в котором умирала Фэй. Его жажда мести в том сне была столь велика, что даже через столетия он бы не отпустил ее – точно как и Яньло.

Циян вновь вернулся к мыслям о разговоре, который мог бы расставить все по своим местам. Как бы он ни хотел еще немного побыть в покое, разумом понимал, что это не продлится вечно. Лучше покончить с этим сейчас, чем когда он окончательно привыкнет к этому или заклинатели снаружи снова решат атаковать, втянув его в очередную бойню.

Тоскливо вздохнув в мыслях, Циян сказал:

– Помнишь, я говорил, что как только поправлюсь, нам нужно будет серьезно поговорить?

Теплый взгляд Ло Хэяна похолодел в один миг. Нежно-розовые губы поджались, брови слегка нахмурились, казалось, он даже еле заметно вздрогнул, услышав чужие слова.

– И что, ты уже поправился? – тихо спросил он, отвернувшись к саду.

– В целом, да. Даже почти не шмыгаю, поэтому… мы можем поговорить?

Ло Хэян невесело усмехнулся и немного помолчал.

– Можем. Но сначала я бы хотел извиниться за то, что тебе пришлось пережить в иллюзии, – неторопливо произнес он, словно путник, осторожно ступающий по скользким камням. – Я…

– Не говори, – перебил его Циян, предположив, что услышит дальше. – У меня тоже было время подумать, и я понимаю твои чувства, понимаю, почему ты так поступил, так что тебе незачем объясняться передо мной. Но несмотря на все это я… – слова застряли у него в горле. – Я не стану помогать тебе убивать его. Не предам тебя, как в иллюзии, но и стоять в стороне и смотреть, как ты уничтожаешь верховное божество, не буду.

С губ Ло Хэяна сорвался неприятный смешок, словно он ожидал такого ответа, но в то же время разочаровался. Он не стал уточнять, что имел в виду Циян под словами «не стану стоять в стороне», поэтому спросил о другом:

– Теперь, когда знаешь и не одобряешь мои намерения, ты все еще готов пойти за последним фрагментом?

– Да. Не у тебя одного есть вопросы к Юй-ди. – Циян нахмурился, вспомнив о лучшем друге.

Ло Хэян тихо ахнул и бросил на него взгляд.

– И что ты планируешь узнать?

– Догадайся.

– Как вернуться домой? Как ты связан с Гуань-ди?

– И как ты связан с Сяо Яном.

Циян почувствовал, как Ло Хэян напрягся и выпрямился.

– А сам ты об этом не размышлял? – глухо спросил тот.

– Пытался. – Циян вспомнил, как задал этот вопрос системе, но вместо ответа она отослала его искать Нефритовую печать. – Но ничего разумного в голову не пришло. – Он вздохнул и сел, пристроившись рядом с Ло Хэяном. – Ну а ты? Строил теории на этот счет?

Ло Хэян кивнул, но следующие его слова заставили Цияна внутренне содрогнуться.

– Твоя подруга. – Он выдержал напряженную паузу. – Ты уверен, что она именно та, за кого себя выдает?

Циян стиснул зубы. Он был готов говорить с владыкой Диюя о ком угодно, но только не о Фэй. Он молился, чтобы Ло Хэян не заинтересовался ею и не узнал о ней из воспоминаний, но в этом мире его молитвы предпочитали игнорировать.

– О чем ты? – мрачно спросил Циян, предостерегающе глядя на него.

– Она предсказала будущее другого мира, находясь там, где нет колдовства и пророков, разве это не странно? – Ло Хэян звучал так, словно размышлял вслух. – И, похоже, она совсем меня не боится, что тоже не укладывается в голове. – Он чуть подался вперед, приблизив свое лицо к чужому, и прошептал: – Понимаешь ли… в этом мире меня боятся все, даже Нефритовый император. Не верю, что спустя год твоя подруга все еще считает, что я выдуманный персонаж и она способна на меня повлиять. В нашу последнюю встречу я встретился с ее взглядом, и он принадлежал владельцу большой силы, уверенному, что может противостоять мне. – В глазах Ло Хэяна возник опасный блеск. – Разве может обычная ученица, человек без духовных сил в прошлом, так смотреть на божество из загробного мира? Ты никогда не думал, что твоя подруга причастна к тому, что ты здесь?

Циян покачал головой, сразу вспомнив слова системы, что Фэй должна была остаться в их мире, но ее душа увязалась следом.

«Ее даже хотели вернуть обратно, но оставили здесь на всякий случай…»

– Фэй точно не могла повлиять на мое переселение. К тому же она считает себя автором, создавшим этот мир,