Смерть октановых богов - Юрий Владимирович Харитонов

СВД, плотно прижатая к худенькому плечу девочки и заботливо обёрнутая белой тряпкой — одновременно защита от предательских бликов и маскировка среди заснеженных бастионов — начала плавно скользить по узкому подоконнику. Целую вечность Ю выжидала идеальный момент, её руки двигались с гипнотической плавностью, следуя за непредсказуемыми зигзагами альбатроса, постоянно меняющего направление и высоту. Наконец, задержав дыхание, девочка с неожиданным для её возраста хладнокровием медленно выбрала свободный ход спускового крючка и...

Огромный альбатрос, словно почувствовав смертельную угрозу, продолжал невозмутимо нырять в чернильные тучи, оставляя снайпера с горьким привкусом неудачи.

— Да чтоб тебя! — с досадой воскликнула она, когда раздался второй выстрел — кому-то тоже явно надоели маняще-дразнящие движения наглой птицы — и альбатрос рухнул вниз, кувыркаясь и вертясь в воздухе, словно большой бадминтонный волан.

— Второй — Пятому! Второй — Пятому! — В потрескивающей статике рации Вит безошибочно узнал самоуверенный голос мальчика с «Элары». Ал, как и Ю, принадлежал к элитному корпусу снайперов и совершенно не скрывал своего интереса к Юле Смирновой, демонстрируя свои намерения с настойчивостью, граничащей с бесцеремонностью.

Месяц назад Алу исполнилось пятнадцать — возраст, автоматически повышавший его котировки среди девочек Ледяного города. Этот факт, словно заноза, засел в сознании Вита. Соколов прекрасно понимал, что явным преимуществом соперника было принадлежность к тому же клану — Ал был не только снайпером, но и рыбаком. Два критически важных плюса в хрупком социальном балансе их замкнутого сообщества! Для семьи Ю это означало, что мальчик — «свой», и им не придётся интегрировать в родовую линию рыбаков чужака-охотника.

Виту до скрежета зубов не нравился этот самодовольный мальчишка с его отточенными навыками стрельбы и привычкой хвастаться каждым удачным уловом. Перспектива открытого противостояния с Алом казалась удручающей — шансы оказаться в проигрыше были непозволительно высоки.

Однако, судя по всему, Ю придерживалась иного мнения. Поймав взгляд Вита, она скривила лицо в такой выразительной гримасе отвращения, что мальчик невольно улыбнулся. Этот молчаливый обмен сигналами ясно демонстрировал, насколько неприятна ей перспектива общения с напыщенным поклонником.

— Пятый, слушаю! — процедила Ю в рацию тоном, в котором энтузиазма было не больше, чем тепла в январской метели.

— Мы сделали это, детка! — голос Ала сочился самодовольством, а фамильярное обращение повисло в морозном воздухе, как оскорбление. То ли он намеренно игнорировал протокол связи, то ли просто не считал нужным придерживаться общепринятых правил приличия.

— О да! — протянула Ю с таким убийственным сарказмом, что даже дрейфующие за окном снежинки, казалось, замедлили свой полет. — О да, детка!

— О да... — подхватил было Ал, явно не распознав насмешки, но его прервал грозный голос, от которого затрещала даже помехоустойчивая рация:

— Хватит засирать эфир! — Это Кирилл Викторович, отец Ю, решил положить конец этому подростковому флирту. Его тон не оставлял места для возражений — так мог говорить только человек, привыкший командовать в экстремальных ситуациях.

— Так точно! — виновато пробормотал Ал, мгновенно перейдя от самоуверенности к покорности. В наступившей тишине Кир обратился к дочери:

— Второй, что там с альбатросом?

— Упал, не двигается, — отрапортовала девочка с профессиональной чёткостью, которая резко контрастировала с её недавним подростковым сарказмом.

— А твари? Те, что обходили стороной? Альбатроса не тронули? — В голосе Кира проскользнула тревога, которую он не сумел полностью замаскировать.

— Нет! — Ю бросила быстрый взгляд на Вита, и мальчик увидел, как в её глазах мелькнуло осознание — что-то пошло не так.

— Черт! Плохо! — В динамике раздался приглушенный стук, словно Кир ударил кулаком по столу. — Перед обедом лучше не портить аппетит... — Он сделал паузу и продолжил с нажимом: — Ю! И... всех остальных тоже касается.

— Да? — В голосе дочери прозвучало удивление — отец редко переходил с позывных на имена во время официальной связи.

— Твари обошли альбатроса, потому что готовится нападение на нас, — произнёс Кир с тяжёлой уверенностью человека, слишком часто оказывавшегося правым в подобных предсказаниях. — Так бы они его обглодали, конечно. Когда будет атака, не знаю, но на всякий случай передадите по вахте. Это всех касается! Подтвердить!

По рации пошла волна чётких подтверждений, напоминающая перекличку перед боем: — Первый принял! Второй принял! Третий принял! Четвёртый принял! Пятый принял!

— Второй! — внезапно добавил Кир, когда перекличка закончилась.

— Да? — В голосе Ю проскользнула настороженность.

— После смены ко мне зайди с Соколовым! Как приняла? — Эти слова заставили Вита вздрогнуть. Личный вызов к командиру сектора никогда не предвещал ничего хорошего.

— Приняла, приняла, — быстро повторила Ю и отключилась, избегая встречаться взглядом с Витом.

Почти тотчас два раза прозвенела рында — древний корабельный колокол, чудом сохранившийся со времён Катастрофы. Этот звон, пронзительный и чистый, разносился по всему периметру Ледяного города, возвещая смену вахты. Вскоре должны были появиться сменщики, а Вит и Ю получили несколько драгоценных минут, чтобы собраться с мыслями перед встречей с Кириллом Викторовичем.

Услышав своё имя, Вит на мгновение замер. Он всё ещё не привык к такому вниманию, особенно со стороны Кира — Кирилла Викторовича Смирнова, главы Ледяного Города, человека, перед которым склоняли головы даже самые гордые охотники.

Сам факт, что взрослый мужчина, а тем более сам Кир, видел в нём будущего наследника, того, кто, возможно, однажды поведёт свободных людей в будущее, грел душу, но одновременно пугал. Вит был охотником, а не рыбаком, как семья Ю, и ему всего тринадцать. Какой из него глава объединённых семей, когда наступит долгая зима? Однако Кир Смирнов